воскресенье, 25 июля 2021 г.

Рамона Бессинджер | Как поcеять раcовyю враждy

 

Рамона Бессинджер | Как поcеять раcовyю враждy

Я – учительница средней школы и вижу, как учебная программа, включающая Критическую расовую теорию, порождает расовую вражду в школе.

Photo copyright: Reading Tom , Providence, CC BY 2.0

Провиденс, Род-Айленд: Некоторые студенты начали называть меня «Америкой», потому что я белая, а коллеги обвиняют меня в наличии «привилегии белых».
13 июля 2021 г.

В последниее 22 года я работаю учительницей в государственной школе, последние семь лет – в Провиденсе, штат Род-Айленд. Мне выпала честь служить детям государственных школ и их семьям в качестве учителя английского языка: сначала – в старших классах средней школы, а сейчас – в средних классах средней школы.

На протяжении своей работы я всегда старалась дать своим ученикам лучшее образование. Департамент образования штата Род-Айленд присвоил мне звание «высококвалифицированного учителя», что означает, что у меня есть стаж, а мой опыт был подтвержден сертификатами. Я была награждена Шекспировской стипендией Союза говорящих на английском языке за отличное преподавание Шекспира. Я помогала внедрять учебную программу и организовала множество студенческих клубов, литературных журналов, молодежных групп и программ по работе с населением.

Мне нравится быть учителем, и я очень забочусь о своих учениках, почти все из которых – небелые. Прошедший 2020/21 учебный год стал печальным и тревожным поворотным моментом для меня как педагога. Учителей Провиденса познакомили с учебной программой, одной из наиболее вызывающих расовые разногласия, ненависть, по большей части исторически неточную, из тех, какие я когда-либо видела за свою педагогическую карьеру.

Да, я говорю о противоречивой Критической расовой теории, проникшей в наши государственные школы здесь, в Род-Айленде, под эгидой культурно ответственного обучения и преподавания, с акцентом на идентичности. Вы не увидите в материалах слов «критическая расовая теория», но это те концепции, которым теперь обучают. Новая расовая учебная программа и материалы к ней нацелены почти исключительно на рассказы об отношениях между «угнетателями и угнетаемыми», вызвающими расовую напряженность среди студентов и преподавателей там, где ее раньше не было.

В осеннем семестре 2020 года нам дали график нашей учебной программы по Войне за независимость и Гражданской войне. Я обратила внимание на то, что рассказы и книги, кажется, почти полностью посвящены рабству и расизму. Это достойные темы, о которых мы всегда говорили, но теперь фокус сузился, исключив многие другие аспекты нашей истории.

Вы можете видеть на этом фото меня в моем классе в 2019 году, когда я рассказывала о расизме, в том числе о работах доктора Мартина Лютера Кинга-младшего, о романе «Удар грома, услышь мой крик» среди прочих.

Я в моем классе, 2019

Нам не нужна была новая учебная программа для студентов, чтобы узнать о рабстве и расизме. Мы уже делали это очень глубоко, частично полагаясь на труды великих афроамериканских авторов.

Американская история сейчас пересказывается исключительно с точки зрения угнетенных народов в период революционного периода вплоть до гражданской войны, а также в литературе движения за гражданские права. С моей точки зрения, теперь большая часть американской истории и литературы исчезает. Ни одна из этих новых книг, сама по себе, не является проблематичной, проблема заключается в появившемся отсутствии разнообразия точек зрения. Хотя сам «Проект 1619» еще не внедрен, историческая перспектива теперь сместилась к тому, чтобы сделать рабство и расизм определяющими событиями создания и развития Америки.

В нашей учебной программе в 2020/21 учебном году не было разнообразия, перспектив, правды и строгости, которым учили раньше. Ранее запрещенные книги были удалены из нашего класса и отправлены на переработку. Исчезла разнообразная коллекция американской и мировой литературы: «Дом на Манго-стрит» Сандры Сиснерос, «Скажи это на горе» Джеймса Болдуина, «Ромео и Джульетта» Шекспира, эссе доктора Мартина Лютера Кинга-младшего, стихи Майи Анджелоу, Роберта Фроста, «Дневник» Анны Франк, «Ночь» Эли Визеля, «Мальчик в полосатой пижаме» Джона Бойна, «Макбет» Уильяма Шекспира, стихи Уолта Уитмана, «Салемские процессы над ведьмами», «Горнило» Артура Миллера, исследования Холокоста, геноцида в мире, мировое искусство, общие темы, универсальные персонажи, а также любые книги или рассказы из литературного канона.

Книги, отправляемые на переработку

Больше всего меня огорчало то, что я больше не буду рассказывать о Холокосте. Раздел программы, посвященный Холокосту, включал в себя одну из следующих книг: «Дневник» Анны Франк, «Мальчик в полосатой пижаме» и, в зависимости от уровня чтения, «Ночь» Эли Визеля. Когда я спросила школьного методиста по чтению, где теперь все книги о Холокосте, она ответила: «Мы больше не будем рассказывать о Холокосте, потому что дети не могут понять эту историю». Что? Дети не могут понять геноцид, ненависть, дискриминацию, предрассудки? Нет, дети могут понимать эти универсальные темы, мы все можем. Но теперь дети никогда не смогут узнать о пороке ненависти во время Второй мировой войны. Почему? Что такого в истине и перспективах, казалось, ускользнуло от нас в 2020/21 учебном году? Почему именно вся эта великая литература была исключена из нашей учебной программы?

Затем, примерно в январе 2021 года, прибыли сотни новых буклетов в виде листовок, все плохо написанные, исторически предвзятые, неточные и выдвигающие расовый нарратив. Обложки книг сразу обратили на себя внимание. Они были странными. В некоторых случаях лица исторических персонажей на обложках книг были затемнены, как у Линкольна, для того, чтобы они выглядели черными или коричневыми, ни одну из книг нельзя было узнать, и все буклеты, казалось, вращались вокруг рабства или угнетения.

В недоумении я подумала, что это ошибка. Я спросила завуча, что происходит, и он в шутку посмотрел на меня и сказал: «Товарищ, нам сказали убрать все комплекты материалов для чтения в классе, чтобы освободить место для прибывающих новых комплектов книг». Я засмеялась, решив, что это шутка. Но это не было шуткой, это было реальностью, и это происходило в моей школе, в моем классе.

В изоляции и без исторической перспективы тематический посыл каждой книги ясен: белые европейцы были и остаются злом, а афроамериканцы были и остаются жертвами белых угнетателей. В этот новый учебный план был включен общешкольный мотив, направленный на группы поддержки Black Lives Matter и другие группы идентичности социальной справедливости.

Учителей поощряли к участию в «группах по интересам для белых педагогов», где нам давали эссе о том, как не быть сторонниками белого превосходства в классе.

Это общесистемная директива о разделении белых и небелых учителей для обучения.
Внутреннее профессиональное развитие, отделяющее белых учителей от черных учителей? И это называется инклюзивностью? Во время этих занятий по повышению квалификации черных учителей призывали рассказывать истории о расизме, а белых преподавателей приглашали говорить о том, что значит быть белыми. Я не могу придумать ничего более вызывающего разногласия, чем разделение нас по расам.

Наконец, для некоторых студентов защита «Клятва верности США» перестала быть чем-то, чем она была раньше. Нам не разрешено спрашивать, почему, и, по правде говоря, я знаю почему. Эти молодые люди уже начали ненавидеть Америку. Я была единственным человеком, от которого можно было услышать: «свобода и справедливость для всех».

В середине учебного года некоторые студенты начали называть меня «Америкой», потому что я – белая. Эти студенты, которых я люблю, нападали на меня из-за цвета моей кожи. Я не виню их, я виню расовые наративы, навязываемые им в школе.

Некоторые из моих коллег заявили, что у меня «привилегия белых». Я быстро почувствовала, что становлюсь врагом. Мои черные коллеги мимоходом добавляли похожие комментарии, например: «У вас есть привилегия белых, Бессинджер, ваши жесты – это жесты богатого человека».

Школьная культура для многих становилась все более напряженной. Дети постоянно задают нескончаемые вопросы на тему рабства. Они просят меня рассказать им, почему я живу в «белом замке». Откуда мои ученики взяли это? Конечно же, из новых книг и новой учебной программы.

В моей школе нарастает ненависть к Америке. Я виню книги, я виню СМИ, литературу, показывающую, что детские темы, близкие Америке, – это плохо, а белые люди – это враги. Хотя некоторые учителя приняли эту идеологию, многие тайно модифицировали уроки, чтобы включить в них исторически достоверные дополнительные материалы.

Спросив у руководителей школьной сети, откуда взялась эта учебная программа, я узнала, что она была приобретена у компании, у которой были все заранее подготовленные учебные материалы, в частности, предварительно отобранные книги, написанные преимущественно неизвестными авторами.

Я выразила свою обеспокоенность по поводу непроверенной учебной программы внутри школьной системы, а также в публичном выступлении перед комитетом Сената штата Род-Айленд. В ответ я подверглась запугиванию и преследованиям.

Мы должны всегда стремиться к лучшему в обществе, мы не можем допустить, чтобы история и культура были уничтожены политической идеологией. Мы не можем позволить, чтобы наших детей учили, что они неполноценны. Мы не можем учить молодых людей тому, что белые – это враги, потому что наши студенты, коричневые, черные, коренные, белые, заслуживают быть детьми, а не политическими пешками или политическим оружием. Любая учебная программа, которая стыдит наших детей или разделяет наших детей по цвету кожи, должна быть запрещена. Вместо этого нам нужно работать вместе, людям всех цветов кожи, всех рас, всех партий, чтобы восстановить истину и перспективу в наших классах и остановить идеологическую индоктринацию нашей молодежи.

Дополнение (7-16-2021)
Профсоюз учителей Провиденса подтверждает сегрегацию групп по интересам, уничтожение исторических книг и прекращение просвещения по вопросам Холокоста (обновление Рамоны Бессинджер)

Источник

Андрей Илларионов

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..