понедельник, 26 июня 2017 г.

ВОЙНА ЗА КОНСТАНТИНОПОЛЬ - СТАМБУЛ

«Константинополь должен быть наш...» 140 лет назад Россия объявила войну Турции


140 лет назад, 24 апреля 1877 года, началась очередная русско-турецкая война. Россия объявила войну Турции. Петербург надеялся на быструю войну, чтобы избежать вмешательства великих европейских держав, опасавшихся усиления России на Балканском полуострове, на Кавказе и захвата русскими проливов Босфор и Дарданеллы Константинополя-Стамбула. Однако из-за стратегических ошибок русского верховного командования война приняла затяжной характер и Россия не смогла решить основные стратегические задачи на Балканах и в зоне проливов.

Русско-турецкая война 1877-1878 гг. стала одним из важнейших событий второй половины XIX столетия. Она оказала большое влияние на исторические судьбы многих народов, на внешнюю политику великих держав, на будущее Турции, балканских стран, Австро-Венгрии и России. Во многом эта война стала прологом будущей мировой войны. Незавершенность войны превратила Балканы в «пороховой погреб» Европы. Россия не смогла решить исторические задачи по получению проливов и Царьграда-Константинополя, что показало слабость политики России Романовых. С другой стороны, в результате победы русского оружия освободилась от многовекового османского ига Болгария, получили полную национальную независимость Румыния, Сербия и Черногория. Россия вернула южную часть Бессарабии, потерянную после Крымской войны, присоединила Карсскую область, населённую армянами и грузинами, и заняла стратегически важную Батумскую область.

Предпосылки войны. Положение Турции.

Война была вызвана двумя основными предпосылками. Во-первых, это историческое противостояние России и Турции в трех регионах — на Кавказе, в Причерноморье (включая зону проливов) и на Балканском полуострове. При этом русская цивилизация решала стратегические задачи по созданию устойчивых естественных границ на Кавказе и Дунае, обеспечению безопасности на южном направлении. А для этого необходимо было занять проливы Босфор и Дарданеллы, чтобы закрыть Чёрное (Русское) море для враждебных держав. У России уже был печальный опыт Восточной войны 1853-1856 гг., когда флоты Англии и Франции блокировали более слабый русский флот и высадили экспедиционную армию в Крыму. Деградация вооруженных сил, экономики, внутренняя нестабильность Османской империи облегчали эту задачу.

С другой стороны, Турция надеялась при поддержке западных держав взять реванш за прежние поражения, удержать за собой владения на Балканах. Османскую Империю поддерживали Англия, Австрии и Франция, которые боялись экспансии России на Балканах и на Кавказе, выхода русских к южным морям. Поэтому британцы и французы пытались стравить Россию и Турцию.

Во-вторых, в середине XIX в. Османская империя находилась в состоянии затяжного социально-экономического, национального и политического кризиса. Прежние реформы и попытка модернизировать страну по западному пути не смогли остановить разложение основ турецкого феодального государства и его распад. Некогда могущественная военная держава представляла собой экономически отсталую аграрную страну, экономика и финансы которой были подчинены западным странам.

Сельское хозяйство в Анатолии стояло на той же ступени, что и 500 и даже 1000 лет назад. Крупные помещики владели большой и лучшей частью земли, сдавая её в аренду крестьянам. Помещики беззастенчиво грабили полностью зависимых от них арендаторов. В отдельных районах империи сохранялись оброк и барщина. Всё это самым отрицательным образом сказывалось на сельском хозяйстве страны и было тяжелым бременем для крестьянства. Налоговая система разоряла страну. Основным сельскохозяйственным налом был ашар (натуральный налог), который, как правило, отдавался властями на откуп. Откупщики собирали десятину, четверть или даже треть урожая, разоряя крестьян. Другие налоги также были разорительны для населения. Налоговый гнёт усиливался процветающим в стране ростовщичеством. В стране была крайняя неразвитость транспортной сети. Длина всех железных дорог империи составляла в 1870-х годах только 1600 км, в Анатолии было всего две небольшие железнодорожные линии. Шоссейных дорог почти не было, грунтовые находились в очень плохом состоянии.

Промышленность была в бедственном состоянии. Её уровень был таким низким, что Османская империя покупала в Европе почти все потребительские товары, кроме продукции сельского хозяйства. Страна не имела предприятий сталелитейной промышленности и машиностроения. В жалком состоянии были немногочисленные предприятия добывающей промышленности. В полном упадке была даже ранее процветающая текстильная отрасль. Резко упало производство изделий из шелка и шерсти в таких древних традиционных центрах, как Дамаск, Халеб и Бейрут. Незаконные поборы и взяточничество, которые в XIX столетии, поразили буквально все сферы жизни Турции, самым пагубным образом сказывались на экономике страны. Дело дошло до того, что управу на местных чиновников можно было найти только с помощью ещё большей взятки вышестоящему должностному лицу в соответствующем ведомстве. Продавалось и покупалось буквально всё — от важнейших постов в центральном и провинциальном аппарате до рядовых, но доходных должностей в судебном ведомстве и полиции и т. д.

Кроме того, развитию экономики мешали внешние фактора. Западный капитал превращал Турцию в рынок сбыта европейских промышленных товаров и источник дешевого сельскохозяйственного сырья. На основе режима капитуляций, который западные страны навязали Стамбулу, иностранные товары облагались крайне низкими ввозимыми пошлинами. В таких условиях местное промышленное производство, находившееся в зачаточном состоянии, не могло конкурировать с развитыми западными производствами. Турция постепенно становилось полуколонией Запада. С середины столетия Порта постоянно погашала дефицит государственного бюджета с помощью внешних займов. К 1876 году Турция получила 14 займов, её внешний долг составлял 277 млн. лир (более 6 млрд. франков). Выплата долга обеспечивалась обычно передачей иностранным банкам ряда статей государственного дохода. В результате османское правительство постепенно утрачивало контроль над финансами страны. В 1870-х годах около половины бюджетных расходов империи шло на погашение долга и выплату процентов. И ситуация постоянно ухудшалась.

К подчинению страны иностранному капиталу вело и безоглядное представление концессий западным предпринимателям и банкирам. Так, иностранный капитал получил несколько концессий на строительство железных дорог, на разработку природных ископаемых, учреждение банков. В 1856 году англо-французским капиталом был учрежден Оттоманский банк. Он получил статус государственного банка империи. При этом условия концессионных соглашений были крайне невыгодны для Османской империи. Они разоряли страну, усиливали её зависимость от Запада и обогащали западных промышленников и банкиров. Внешняя торговля страны также попала в зависимость от западного капитала. Значительный дефицит внешнеторгового баланса был постоянным. Турция стала рынком сбыта и источником сырья для иностранного капитала.

Несмотря на столь плачевное состояние экономики, султан и его окружение расточительно распоряжались доходами страны. Огромные суммы тратились на содержание султанского двора, строительство дворцов, покупку за границей современного оружия. Только в годы правления султана Абдул Азиза (1861-1876) на сооружение дворцов было истрачено более 7 млн. лир (161 млн. франков). Огромные средства уходили на пополнение флота, корабли заказывали за границей. Расточительство султана и Порты дополнялись казнокрадством в военном ведомстве, махинациями поставщиков снаряжения и продовольствия для армии и флота.

Внешнеполитическое положение империи было также весьма неблагоприятным. После Крымской войны Турция не добилась значительных территориальных уступок и контрибуции от России. При этом Стамбул всё больше терял самостоятельность во внешней политике. Европейские державы постоянно и по любому поводу вмешивались даже во внутренние дела некогда могущественной османской державы. Турция не стала полной колонией и не была разделена между колониальными империями Запада только потому, что соперничество держав мешало прямому захвату ими территорий Османской империи. Стамбул стал ареной постоянной дипломатической борьбы и интриг западных держав за преобладающее экономическое и политическое влияние. Под предлогом помощи в проведении реформ или под видом защиты той или иной группы немусульманского населения Турции ведущие европейские державы через своих послов в Стамбуле вмешивались в дела страны, стремясь закрепить и усилить свои позиции в экономике, финансах, обеспечить доминирование в сфере политики. При этом дело доходило до военно-политического давления на Стамбул. Так, 1860 году в Ливане друзы (арабская этноконфессиональная группа) при попустительстве османских властей вырезали тысячи христиан (преимущественно католиков-маронитов, но также греческих католиков и православных). Угроза французской военной интервенции заставила Порту восстановить порядок. Под давлением европейских держав Порта пошла на назначение в Ливане христианского губернатора, кандидатура которого выдвигалась османским султаном после согласования с европейскими державами.

Внутриполитическое положение страны в 1860-1870-е годы было весьма напряженным. Уровень жизни различных слоев населения падал. Усиление налогового гнёта всё более ухудшало положение крестьянства. Недовольство властями проявлялось как в городе, так и деревне. Против роста налогов и дороговизны бунтовали даже солдаты. Таким образом, Турция была «больным человеком» Европы и дело шло к её разделу между великими державами.

Национально-освободительное движение

Одновременно продолжало набирать силу национально-освободительное движение нетурецких народов Османской империи, которое и стало главным поводом для войны. В XIV-XVI вв. Османская империя захватила Балканский полуостров. Южные славяне находились в самом тяжелом положении среди населения империи, они дополнительно испытывали национальный и религиозный гнёт. Султанское правительство и феодалы стремились любой ценой не допустить отделения от империи какой-либо из захваченных ранее территорий, сохранить власть османов над покоренными народами. Поэтому отвечали на национальные восстания масштабными репрессиями, террором и локальными бойнями.

Однако по мере ослабления Османской империи сопротивление христианских и славянских народов усиливалось. Особенно широкого размаха национально-освободительное движение на Балканах достигло в 1860-1870-е годы. К этому времени только Греция добилась независимости. Черногория в упорной борьбе де-факто получившая независимость, не имела юридического статуса суверенного государства. Сербия и Румыния считались вассальными государствами и платили Турции дань. Бесправными провинциями Османской империи оставались Болгария, Босния, Герцеговина и другие области полуострова, где турецкие чиновники и феодалы имели неограниченную власть. «Мы — рабы… Мы не можем даже сказать, что голова, которая у нас на плечах, принадлежит нам», — писал болгарский поэт и революционер Христо Ботев.

В 1868-1869 гг. тяжелую и кровопролитную борьбу против османов вело население Крита, стремившееся присоединить свой остров к Греции. Порта жестоким образом расправилась с критскими повстанцами. Однако из-за внимания европейской общественности, Турция пошла на уступки, введя на острове самоуправление, укрепившее права христиан.

Наиболее сильным и организованным национально-освободительное движение было в Болгарии, которое значительно усилилось в 60-70-е годы. В 1860-е годы революционер и писатель Георгий Раковский отмечал, что путь к освобождению лежит не через месть отдельным турецким насильникам, а через общенародное вооруженное восстание, которое может возглавить отряд болгарских патриотов, организованный на территории соседнего государства. Летом 1868 года в Болгарию отправился отряд, возглавляемый Стефаном Караджой и Хаджи Димитром, чтобы поднять всенародное восстание. Турки подавили очаг восстание, его лидеры погибли.

Во главе национально-освободительного движения встали Васил Левский и Любен Каравелов. Они пришли к мысли, что восстание надо готовить в самой Болгарии. Был создан Болгарский центральный революционный комитет (БРЦК). В Болгарии создают сеть подпольных революционных комитетов, которые занимались обучением членов военному делу и снабжением оружием. В 1873 году Васил Левский и его товарищи были казнены в Софии. Массовые аресты и казни дезорганизовали революционную организацию. БРЦК раскололся на фракцию Стефана Стамболова и Панайота Хитова, требовавшую немедленного восстания, и фракцию Любена Каравелова, главы БРЦК, склонявшуюся к необходимости дополнительной работы по подготовке. Сторонники восстания получили преобладающую роль в движении. Революционную организацию возглавил Христо Ботев.

В 1875 году восстала Герцеговина, а затем и Босния. Это привело к активизации болгарских патриотов. В следующем году началось Апрельское восстание, которые было жестоко подавлено турецкими войсками. Турецкие войска совершили массовые убийства мирного населения, в особенности свирепствовали нерегулярные части — башибузуки. Ботев, вместе с выпускником Николаевской военной академии лейтенантом русской армии Николой Войновским командовал отрядом из 276 человек, который высадился с прибывшего из Румынии по Дунаю парохода «Радецкий» близ Козлодуя, на северо-западе страны. Однако надежда на всеобщее восстание в данном регионе не оправдалась. К моменту высадки отряда Ботева восстание уже фактически было подавлено по всей стране. По официальной версии 20 мая (1 июня) Ботев был ранен в грудь и практически сразу же скончался.

Несмотря на поражение, Апрельское восстание поколебало турецкое феодальное господство в Болгарии, а османский террор привлек внимание мировой общественности, великих держав (в первую очередь, Англии и Российской империи) к событиям на Балканах. Восстание стало предметом рассмотрения на Константинопольской конференции и одной из причин русско-турецкой войны.

Общественное мнение в России

В России с осени 1875 года развернулось массовое движение поддержки славянской борьбы, охватившее все общественные слои. С русским народом славяне Балкан связывали надежду на освобождение от османского ига. Ещё в XVI среди болгарского народа родилась легенда о могучем «дядо Иване» — русском народе, который непременно придёт и избавит от рабства. Эта вера подкреплялась регулярными войнами России с Турцией в XVIII-XIX вв. Выдающиеся победы русского оружия постепенно ослабляли военную мощь Османской империи, подрывали её господство на Балканах и Кавказе, облегчали различным народам борьбу за независимость.

Большую помощь балканским повстанцам оказывали славянские комитеты — единственные легальные организации, собиравшие пожертвования и пересылавшие их к месту назначения. Деньги поступали со всех концов страны. Суммы, собранные по различным каналам и отправленные в помощь повстанцам Боснии и Герцеговины, были весьма значительными. Только Московский славянский комитет к концу 1875 года собрал более 100 тыс. рублей. По мере усиления борьба на Балканах движение в поддержку национально-освободительного движения усиливалось. Новая волна общественного негодования поднялась в России в связи с террором в Болгарии. В защиту болгарского народа выступили лучшие русские люди — Д. И. Менделеев, Н. И. Пирогов, Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, И. С. Тургенев, И. Е. Репин и т. д.

В июне 1876 года против Турции выступила Сербия и Черногория. Это вызвало новый подъём движения в пользу южных славян в России. Продолжался сбор денег. Всего в помощь братским народам было собрано около 4 млн. рублей. Началось добровольческое движение. Передовые русские офицеры требовали, чтобы им предоставили право уйти в отставку и поступить в ряды повстанцев. Под давление общественного мнения царь Александр II разрешил офицерам выходить во временную отставку и в качестве волонтеров вступать в сербскую армию. Сотни русских офицеров взяли отпуск и уехали на Балканы. Вскоре добровольческое движение охватило всю Россию. Правительственные учреждения и славянские комитеты получали тысячи заявлений от людей различного социального происхождения с просьбой отправить их добровольцами на Балканский фронт. Астраханский губернатор в августе 1876 года сообщал в Петербург: «В последнее время ко мне каждый день являются в значительном числе различного сословия лица с просьбой дать им материальные средства идти в Сербию на войну за единоверных славян, а 16 и 17 августа канцелярия моя была буквально с подобными требованиями осаждаема людьми разных сословий… В толпе находились и женщины, желающие также отправиться в Сербию в качестве сестер милосердия».

Славянские комитеты, которые имели крупные денежные средства от добровольных пожертвований, взяли на себя организацию отправки добровольцев на Балканы. Были созданы специальные «вербовочные присутствия». Крупными центрами вербовки стали Москва, Петербург, Одесса, Нижний Новгород, Орел, Екатеринодар, Новочеркасск, Владикавказ и т. д. Славянские комитеты старались в первую очередь послать офицеров, как специально вышедших в отставку, так и отставных. Им выдавали подъемные и оплачивали железную дорогу до границы. В Белграде они получили оружие и обмундирование. Таким образом, в Сербию было отправлено 700-800 русских офицеров, в основном людей храбрых и опытных. Турецкий офицер, вернувшийся в Константинополь с фронта, писал: «Таких воинов я не видывал, они всегда впереди своих солдат с обнаженной шашкой, нередко с непокрытой головой, бросаются в свалку, нанося жестокие удары направо и налево. Один восторженный вид их должен воодушевлять солдат. О, если бы у нас были такие офицеры!»

Важное значение имела организация медицинской помощи. В декабре 1875 года в Черногорию выехал один из первых санитарных отрядов Российского общества Красного Креста. Русские медики организовали госпиталь в Цетинье и лазарет в Грахове. Группа врачей находила в Дубровнике, принимая беженцев. В 1876 году в Черногории открыли новые пункты медицинской помощи. Руководил ими профессор Медико-хирургической академии Н. В. Склифосовский. В Сербии сначала работал санитарный отряд, который возглавлял известный врач С. П. Боткин. Затем туда стали прибывать новые санотряды из различных городов России. В госпиталях Белграда помогали людям врачи Киевского и Московского санитарных отрядов, в Делиграде — медики из Новгорода, в Крагуеваце — из Рязани, в Ягодине — из Харькова. Большую помощь оказал санитарный отряд Дерптского университета. Российское общество Красного Креста направило в Сербию 115 врачей, 4 провизора, 118 сестер милосердия, 41 студента и 78 фельдшеров. Общество Красного Креста затратило на помощь раненым и больным Сербии и Черногории около 700 тыс. рублей.

В России прогрессивные круги обосновывали освободительные цели войны, консерваторы говорили о захвате Константинополя, проливов и создание славянской федерации во главе с монархической Россией (идеи мессианства и панславизма). На этот спор наложился традиционный русский спор между славянофилами и западниками. Славянофилы, в лице писателя Ф. М. Достоевского, видели в войне выполнение особой исторической миссии русского народа, заключавшейся в сплочении вокруг России славянских народов на основе православия. Достоевский в своём дневнике в 1876 году писал: «Да, Золотой Рог и Константинополь — всё это будет наше... это случится само собою, именно потому, что время пришло, а если не пришло еще и теперь, то действительно время уже близко, все к тому признаки. Это выход естественный, это, так сказать, слово самой природы. Если не случилось этого раньше, то именно потому, что не созрело еще время».

В 1877 году великий русский писатель подтвердил своё мнение: «Константинополь должен быть наш, рано ли, поздно ли… Не один только великолепный порт, не одна только дорога в моря и океаны связывают Россию столь тесно с решением судеб рокового вопроса, и даже не объединение и возрождение славян... Задача наша глубже, безмерно глубже. Мы, Россия, действительно необходимы и неминуемы и для всего восточного христианства, и для всей судьбы будущего православия на земле, для единения его. Так всегда понимали это наш народ и государи его... Одним словом, этот страшный Восточный вопрос — это чуть не вся судьба наша в будущем. В нем заключаются как бы все наши задачи и, главное, единственный выход наш в полноту истории. В нем и окончательное столкновение наше с Европой, и окончательное единение с нею, но уже на новых, могучих, плодотворных началах. О, где понять теперь Европе всю ту роковую жизненную важность для нас самих в решении этого вопроса! Одним словом, чем бы ни кончились теперешние, столь необходимые, может быть, дипломатические соглашения и переговоры в Европе, но рано ли, поздно ли, а Константинополь должен быть наш, и хотя бы лишь в будущем только столетии! Это нам, русским, надо всегда иметь в виду, всем неуклонно».

Западники, в лице И. С. Тургенева, отрицали значение мессианского, религиозного аспекта и считали, что целью войны является не защита православия, а освобождение болгар. Тургенев писал: «Болгарские безобразия оскорбили во мне гуманные чувства: они только и живут во мне — и коли этому нельзя помочь иначе как войною, — ну, так война!» Таким образом, в целом общественное мнение России выступало за освободительную войну против Турции.

Автор: Самсонов Александр

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..