пятница, 24 марта 2017 г.

Аdolf Hitler Street в Америке

Аdolf Hitler Street
в Америке, ч.2
Элеонора Шифрин, Иерусалим

(Окончание. Начало в «МЗ», № 494) 

Часть вторая: Ураган «Лонг-Айленд Экспресс» 


"Но Господь навел на море ветер большой,
и была в море буря великая..." 

(Книга пророка Ионы 1:4) 

Как уже говорилось в первой части этого очерка, к 1938 г. антисемитская кампания против евреев в Америке достигла апогея. На фоне ужесточавшихся репрессий против евреев в Германии, которые стали официальной политикой гитлеровского режима после принятия в 1935 г. Нюрнбергских законов, американская пресса лишь изредка упоминала преступления нацистов против евреев. Эти события вызывали не возмущение и сочувствие к жертвам погромщиков, а страх перед инспирировавшей эту политику властью. Журнал "Time" выбрал Гитлера "Человеком года" за 1938 год. В определении причин такого решения говорилось, что это "величайшая угроза, перед которой стоит сегодня демократический, свободолюбивый мир". Речь шла об угрозе войны, и лишь парой фраз упоминались пытки, ограбления, конфискации и физическое насилие, которым подвергались евреи, и даже эти упоминания были лишь в контексте преследований других групп населения. 

Подавленные Великой депрессией американцы, еще не забывшие свои потери в Первой мировой войне, откровенно боялись Гитлера и возможности быть снова втянутыми в мировую бойню. В этом контексте их мало волновали преследования евреев. Напротив, очень многие, не только рядовые граждане. но и политики, и общественные деятели, такие как Джозеф Кеннеди (отец будущего президента) и знаменитый авиатор Чарльз Линдберг, прямо обвиняли американских евреев в том, что они толкают Америку к войне. Это трансформировало возможное сочувствие к жертвам преследований во враждебность к ним. 

Страх сковал Америку и определил дальнейшую политику администрации. В частности, был забаллотирован законопроект об увеличении квоты виз для немецких иммигрантов, среди которых большинство составляли еврейские беженцы. Не прошел даже законопроект, предполагавший разрешение на въезд 20 тысяч еврейских детей. Некоторые противники спасения детей ссылались на то, что это может быть расценено Гитлером как враждебный шаг, спровоцирует его действия против США и втянет Америку в войну. Другие не скрывали своего антисемитизма, заявляя, что проблема с детьми в том, что они скоро вырастут во взрослых евреев. Некоторые утверждали, что среди немецких иммигрантов может быть большой процент шпионов и подрывных элементов, хотя открыто действовавшие в стране пронацистские организации имели полную возможность проводить подрывную и шпионскую деятельность - никто им не препятствовал. 

Подобные массовые настроения привели антисемитов в Конгресс и на высокие должности в администрации, в первую очередь в Госдепартаменте, где они формировали внешнюю политику администрации Рузвельта. 

В результате к тому времени, когда Гитлер, обнаглевший после аннексии Австрии в марте 1938 г., против которой не возразила ни одна страна, сделал следующий решительный шаг к завоеванию Европы, предъявив претензии на Судетскую область Чехословакии, единственным стремлением американцев было - любой ценой не допустить войны. Ключевые слова здесь - "любой ценой". В данном случае ценой была Чехословакия, обладавшая мощной (1 500 000 человек) армией и готовая сопротивляться гитлеровской агрессии, но нуждавшаяся в поддержке Британии и Франции. Однако политики этих стран готовы были скорее сдать Чехословакию без боя, чем дать Гитлеру повод развязать войну. Скованные страхом, они не понимали, что стремление избежать войны любой ценой неизбежно вело к войне. 

Решение было за Америкой, которая спасла Европу от немецкой агрессии в Первой мировой войне и без поддержки которой европейские страны не видели спасения от Германии гитлеровской. Глаза всей Европы и всего мира были обращены к президенту Ф.Д. Рузвельту. И он принял решение, продиктованное волей американского народа. 

Говоря о мюнхенском сговоре и предательстве Чехословакии, мы привычно обвиняем Британию и Францию, подписавших позорную мюнхенскую сделку с Гитлером. При этом мы забываем, что инициатором "мирной конференции", завершившейся подписанием этой спровоцировавшей войну сделки, был ни кто иной как президент Ф.Д. Рузвельт. Он не только выдвинул идею конференции, но и дважды обращался к Гитлеру, умоляя на нее согласиться. "Если вы согласитесь на разрешение (судетской проблемы) таким мирным путем, я убежден, что сотни миллионов людей во всем мире признают ваши действия выдающимся историческим благодеянием для всего человечества", - писал в своем обращении к Гитлеру президент Рузвельт. 

А когда Чехословакия (которую даже не включили в число участников конференции) была отдана ее европейскими союзниками Гитлеру на растерзание, американский президент промолчал, позволив своему госсекретарю Корделю Халлу заявить, что подписание Мюнхенского соглашения "вызвало всеобщее чувство облегчения". 

Забываем мы и еще об одном событии, не менее, а, возможно, и более важном, которое предшествовало сентябрьской конференции в Мюнхене. Его инициатором также был президент Рузвельт. 

С 6 по 15 июля во французском городе Эвиан-ле-Бен собрались представители 32 стран, 39 частных и 24 добровольческих организаций, чтобы обсудить, что делать с волной еврейских беженцев, искавших приюта от нацистов. Не желая идти против общественного мнения США, Рузвельт не собирался выдвигать предложений о повышении иммиграционных квот для евреев Европы. Но он надеялся, что с такими предложениями выступят другие страны, а он пожнет плоды своей гуманной инициативы. 

Единственным представителем евреев была Голда Меир от еврейского ишува в Палестине. Но ей не позволили ни выступить, ни принять участие в обсуждении, кроме как в роли молчаливого наблюдателя. Вместе с ней за ходом конференции наблюдали 200 журналистов со всего мира.

Гитлер, узнав о созыве конференции, откликнулся заявлением, что если другие страны захотят взять евреев к себе, он будет способствовать их выезду. "Я могу лишь надеяться и ожидать, что остальной мир, который выражает такое сочувствие к этим преступникам (евреям), будет по крайней мере достаточно щедр, чтобы превратить это сочувствие в практическую помощь, - издевательски заявил он. - Мы же, со своей стороны, готовы предоставить всех этих преступников в распоряжение этих стран, я даже не возражу, если они будут погружены на роскошные корабли". 

Однако после восьми дней обсуждений и дебатов практически ни одна страна, следуя примеру Америки и Британии (закрывшей евреям Европы въезд в Палестину), не выразила желания предоставить убежище гонимым евреям Германии и Австрии. Тем самым, страны демократического мира дали Гитлеру понять, что евреи никому не нужны, фактически вынудив его задуматься о иных способах "окончательного решения еврейского вопроса". 

Таким образом, первой инициативой президента США с целью предотвращения войны стало предательство европейских евреев, а уже второй - предательство Чехословакии, сдавшее в руки Гитлера еще 120 тысяч евреев. Две эти конференции сделали практически неизбежной мировую войну, поскольку главная цель Гитлера была известна - очистить Европу от евреев и освободить ее от принесенной евреями библейской морали, противной исконной германской культуре, уходящей корнями в язычество. 

***

Америка, как и весь мир, была настолько поглощена нарастающим штормом в Европе, что не придала значения сообщениям о надвигающемся шторме у себя дома. Хотя ураган, который двигался на Америку, едва ли можно было считать рядовым. И чтобы его не заметить и не принять всерьез, нужно было совершенно не принимать в расчет предупреждения Всевышнего о карах, которые падут на тех, кто поднимет руку на Его народ. Их и не принимали всерьез, как не принимают и сейчас. 

Ураган, который ударил по северо-восточному побережью Америки 21 сентября, по внезапности и разрушительным последствиям можно сравнить разве что с атакой Японии на Пирл-Харбор три года спустя. Однако, в отличие от воздушного налета японцев, ураган приближался постепенно, его можно было предвидеть, к нему можно было подготовиться, хотя бы эвакуировав население оказавшихся под угрозой штатов. Оглядываясь назад, приходится констатировать, что каким-то непостижимым образом у всей страны оказались закрыты глаза и уши, и когда 21 сентября сейсмографы от Нью-Йорка до Аляски зарегистрировали удар такой силы, что его поначалу приняли за землетрясение, это явилось для всех полной неожиданностью. 

Но это было не землетрясение. Это был ураган 5-й степени, шириной свыше 640 км (от Нью-Джерси на востоке до Бостона на западе), один лишь эпицентр которого превышал в ширину 80 км. Он врезался с юга в побережье Лонг-Айленда и Новой Англии со скоростью 112 км в час, которая остается рекордной по сей день. Именно поэтому его назвали "Лонг-Айленд Экспресс", хотя в те дни ураганам еще не давали имен. 

Ураган, который двигался от западных берегов Африки еще с начала сентября, постепенно набирая силу и меняя направление, подошел к побережью Новой Англии и Лонг-Айленда в день осеннего противостояния, когда самый высокий прилив. Поэтому поднятая ураганом десятиметровая стена воды летела к берегу на высокой приливной волне. Она появилась в море к югу от Лонг-Айленда 21 сентября к 3 часам дня и была так высока, что люди принимали ее за возникший над морем туман. Стена воды стремительно приближалась и подоспела как раз к тому времени, когда ничего не ожидавшие люди начали выходить из учреждений по окончании рабочего дня. Они тонули, даже не успев сообразить, что произошло.

В отличие от обычных обстоятельств, когда ураганы ослабевают после первого удара по побережью, "Лонг-Айленд Экспресс" не потерял своей первоначальной силы, а продолжил свое разрушительное движение вглубь континента. Обсерватория "Блу Хилл" в штате Массачусетс, находящаяся на расстоянии 209 км от берега, зарегистрировала постоянный ветер 124 км в час с порывами, доходившими до 299 км в час. С такой скоростью ураган двигался по американской территории вплоть до Канады и постепенно растворился уже вблизи Монреаля.

Тот факт, что ураган не ослабевал так долго, объясняется тем, что как раз в последнюю неделю перед его подходом в Новой Англии шли непрекращающиеся теплые дожди, промочившие землю от Лонг-Айленда до Вермонта на большую глубину. Поэтому налетевший ураган двигался над промокшей теплой землей, что мешало его ослаблению. 







«Лонг-Айленд Экспресс», сентябрь 1938 года. Фото: photos.masslive.com 

Ураган причинил страшные разрушения в восьми штатах: Нью-Йорк, Нью-Джерси, Коннектикут, Род-Айленд, Массачусетс, Вермонт, Нью-Хэмпшир и Мэйн. Погибло более 700 человек (странно, что не больше). Было разрушено или повреждено около 9 000 зданий, и 63 000 человек остались без крыши над головой. Уничтожено 26 000 автомобилей. Были смыты в море целые марины, а с ними 3300 лодок, яхт и кораблей. Был уничтожен практически весь рыболовецкий флот Новой Англии.

Многие реки к моменту подхода урагана разлились после недели дождей и затопили ряд городов. Принесенная ураганом вода превратила наводнение в катастрофическое и рекордное по силе и масштабам. Были смыты многочисленные мосты и дороги, затоплены и изолированы от внешнего мира целые города. 

Все это происходило настолько неожиданно и с такой скоростью, что предупредить никого не успевали. Под ударами ветра падали столбы и деревья, обрывая линии электропередач и прекращая электроснабжение и телефонную связь. 

Страшная катастрофа постигла леса Новой Англии. Деревья слабо держались в глубоко промоченной дождями почве и падали под сильнейшими порывами ветра. Те, что устояли под ураганом, погибли в течение двух недель после него, так как их листья и почва, в которой они росли, оказались просолены принесенной морской водой. В результате погибли по разным подсчетам, от 750 миллионов до 2 миллиардов деревьев. Исчезли целые леса. 

Падение миллионов деревьев усугубило разрушения, причиненные порывами ветра, так как при падении деревья срывали еще уцелевшие электрические и телефонные провода. Возникшие короткие замыкания привели к многочисленным пожарам, в результате которых в ряде мест выгорели целые кварталы. 

Такого страшного разрушения на такой громадной территории Соединенные Штаты не видели никогда до того и ни разу после. Федеральное правительство было вынуждено направить целую армию - 110 000 человек, для спасения пострадавших и восстановления разрушенных населенных пунктов. 

На фоне массовых разрушений мало кто обратил внимание на тот факт, что центральная точка эпицентра урагана пришлась на городок Беллпорт на южном берегу Лонг-Айленда и стоявший сразу к северу от него городок Япанк и лагерь "Зигфрид" - эпицентр нацистского движения в Америке. 

***

Как пишет в своей книге Джон МакТернан, этот небывалой силы ураган обрушился на Америку 38 дней спустя после того, как там прошел самый крупный за пределами Германии пронацистский марш. Каждый волен считать это совпадением, как и тот факт, что эпицентр урагана пришелся как раз на место проведения этого марша - нацистский лагерь "Зигфрид". 

Ураган ударил в те дни, когда президент Рузвельт, предавший перед этим европейское еврейство на Эвианской конференции и полностью игнорируя антиеврейскую политику Гитлера, умолял его принять "мирное решение". 

Когда ураган шел по северо-восточным штатам, первые страницы всех американских газет были поделены между сообщениями об этой трагедии и событиями в Европе. Они шли бок о бок, и трудно было не заметить этой корреляции. Нужно было совершенно исключить из сознания слова библейских пророков, чтобы не увидеть грозного предупреждения Всевышнего, когда за пять дней до американской инициативы с целью умиротворения Гитлера ураган прошел по улице его имени в Америке.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..