вторник, 21 марта 2017 г.

КРЫМ СЕГОДНЯ


Три года с Россией. Что думают крымчане о своей новой жизни

Прошло три года после референдума, на котором 90% крымчан выбрали Россию. Многие надеялись на светлое будущее, но надежды оправдались не у всех. «Сноб» расспросил крымчан, как изменилась их жизнь, и сравнил ответы с прошлогодними

Фото: Станислав Красильников/ТАСС
Фото: Станислав Красильников/ТАСС
+T-
Александр Олещук, генеральный директор Феодосийского музея денег:
Что было обещано три года назад — не выполняется. Например, обещания по зарплате. Мы живем в иллюзорном мире: говорят, средняя зарплата по Крыму — 25 тысяч рублей, а нам бы хоть 15 тысяч получать.  
Мои знакомые, владевшие магазином, сейчас вышли на пенсию. Если бы не имели за душой денег, просто не смогли бы выжить на пенсию в 6500 рублей. При музее у меня есть комиссионный магазин. Сейчас многие пенсионеры приносят вещи, чтобы получить хоть какие-то деньги. Они на грани выживания.
Все скучают по качественным продуктам — я покупаю их только на рынке или если мне известен крымский производитель. Московские товары очень дорогие и некачественные.
Каждый квартал увеличивают тарифы на свет. Природного газа не хватало и в украинском Крыму. А сейчас часть газа идет на выработку электроэнергии, и если ты тратишь больше 600 киловатт, платишь по двойному тарифу. Раньше можно было спокойно принимать ванну, а сейчас десять раз подумаешь, потому что цены на воду взвинчены. А ее к тому же периодически отключают. Я, достаточно обеспеченный человек, ощущаю, что коммунальные платежи становятся для меня тяжелым бременем.
Все в ожидании новых налогов. Люди очень недовольны налогом на капремонт зданий — это чистой воды развод.  
В год экологии нашу Феодосию превращают в перевалку для сыпучих бетонных смесей. Карьеры разрабатывают в заповедных местах — нет никакой управы на этих людей!
Большинство людей замкнулись в себе, они боятся. Постоянно слышишь отовсюду: кто-то эсэмэску переслал — его посадили, кто-то сделал репост — значит, тоже тобой будут заниматься. При Украине такого не было. Ты мог говорить про Януковича что угодно и как угодно.
Я был противником референдума, я на него не пошел. И сейчас многие мои знакомые, которые тоже не ходили, сожалеют, что не проголосовали тогда против соединения с Россией.
Но мы не упали духом. Несмотря на то что мой музей закрыт, мы держимся. Нам расторгли договор об аренде помещения под музей из-за бюрократических проволочек. В Украине не было частного музея как учреждения, а в России есть. И я никак не мог перезаключить договор аренды из-за незнания закона. Но сейчас я разобрался, был в мэрии, где нам обещают новое помещение. Надеюсь, у нашего музея будет вторая жизнь. Нам обещают поддержку.
Что говорил год назад:
Административный ресурс Крыма был не готов к тому объему работы, с которым пришлось столкнуться из-за переоформления документов под российское законодательство, поэтому мы до сих пор не открылись после прошлого сезона. С другой стороны, Лаборатория музейного проектирования включила наш музей в пятерку лучших в России. Нами вообще очень сильно заинтересовались, потому что у нас представлено много памятников нумизматики, свидетельствующих о крымско-российских отношениях, и наш музей оказался «духовной скрепой» из-за своей уникальной коллекции монет. Нам приходится реконструировать стенды, потому что раньше мы выставляли монеты не только Крыма, но и Украины, Австро-Венгрии, Чехословакии. Сейчас они оказались никому не нужными и не интересными.
На референдум ни я, ни моя семья не ходили. И вообще, если честно, я придерживаюсь проукраинской позиции. Но для меня большим авторитетом является Владимир Вернадский, который создал в Симферополе университет вопреки всем перипетиям, когда Крым находился то под немецкой оккупацией, то под властью Временного правительства, то Соломона Крыма, то деникинцев, то большевиков во главе с Фрунзе. Мы, как научное и культурное подразделение, поставили перед собой задачу сохранить все наши фонды и проводить свою просветительскую политику независимо от тех властей, с которыми приходится работать.
Мы стремимся к тому, чтобы музей был автономным и независимым. Чтобы, кто бы ни был у власти, он пришел и увидел нашу качественную работу и поспособствовал ее развитию. Я оптимист, поэтому с боевым настроем буду бороться со всеми сложностями.

Олег Зубков, директор зоопарка «Сказка» и парка львов «Тайган»:
Ничего хорошего я не могу сказать о современном Крыме. У нас урезают свободы — не осталось независимой прессы. Все свободные журналисты уехали из Крыма, им на смену приехали люди с материка, которые по заказу Аксенова могут из любого сделать негодяя за неделю. Из-за Аксенова у крымчан страдает впечатление о России, которая не вмешивается в дела Крыма. Грустно все это.
Аксенов лютует, вводит свою диктатуру, свое понимание демократии. Путин дал ему полный карт-бланш на управление Крымом, чем тот с радостью пользуется. Аксенов считает себя истиной в последней инстанции. Человек, который никогда не руководил хоть сколько-нибудь солидным предприятием, а воротил непонятные дела в 90-е годы, не может быть руководителем Крыма. У него остался подход из 90-х: свой — чужой. Если ты родственник или бизнесмен, который принес чемодан с деньгами, — ты свой. Если ты чего-то добился самостоятельно, если говоришь что-то, что не нравится Аксенову, — ты чужой, ты враг, последнее дерьмо. А если враг Аксенову, то враг Крыму, а значит, и враг России — вот какая логика у нашего главы республики. Такие люди, как я, которые сами чего-то добились, сделали себе имя, не вписываются в картину мировоззрения Аксенова, поэтому их надо облить грязью и уничтожить.
Во время блэкаута у нас отобрали генератор, который вручила МЧС. Нас пытаются закошмарить проверками. В 2016 году по разным искам мы провели 150 судебных заседаний. У нас в парке закрыли кафе, снесли парковки. Я — первый предприниматель, которого оштрафовали за тень здания, падающую на поле. Здание заступает на поле размером в тысячу гектаров на четыре квадратных метра. Из-за этого при Украине меня оштрафовали на 136 гривен (около 400 рублей. — Прим. ред.), а в российском Крыму — на 100 тысяч рублей. И в постановлении суда говорится не о четырех квадратных метрах, а о 57. Когда я спрашивал у земельной службы, почему такой метраж, они ответили, что посчитали тень. Это не фантастика, это современная Россия.
На референдуме я голосовал за. За возвращение к стране, в которой я вырос, в которой учился — за Советский Союз. Но Россия — не СССР, она очень изменилась. Если бы я знал, что будет с моими парками, я бы не испытывал такого энтузиазма к референдуму.
Что говорил год назад:
Нечем гордиться и нечего мне поставить в заслугу крымской власти за два года. Все, к чему она прикоснулась, умерло. То, что в регионе нет войны, — единственная заслуга, но сколько можно прикрываться революционной ситуацией на Украине? Когда начнется созидание? Больше двух собираться нельзя, вышли с плакатом — будете сидеть в тюрьме. Выскажешься против власти — враг народа. Не успеешь лопату в землю вставить — двадцать проверяющих выпишут тебе штрафы. Как Крыму развиваться, как в регион вдохнуть жизнь, когда он занимает лидирующее место среди российских регионов по коррупции?
16 марта — годовщина разочарования. В Крыму перестали смеяться и улыбаться. Люди не знают, что будет завтра, какая чума нас настигнет в очередной раз. Все ждут только плохого, хорошего давно уже не происходит: воды нет, электричества нет. Для парка «Тайган» это угроза потерять животных. Мы сейчас живем только благодаря помощи людей: то там, то там удается перехватить мясо для львов и тигров. Никакой уверенности в завтрашнем дне.
У власти собралась команда, которая не терпит никаких самостоятельно мыслящих людей. За то, что я выдвинулся в 2014 году кандидатом в Госсовет Крыма, уже имея подобный опыт, мой бизнес решили растоптать, а на меня завели десяток уголовных дел с миллионными штрафами. Меня и десяток других кандидатов смешали с дерьмом. Руководство республики страшно боится любой политической конкуренции, особенно если она формируется среди местных жителей. Главный принцип нынешней власти — кумовство и клановость. Я для них — политический оппонент, а потому не должен вылезать из судов, а лучше из тюрьмы.

Михаил Соколов, директор дайв-центра Black sea divers, Севастополь:
К референдуму я отнесся положительно. У меня не получилось проголосовать, поскольку я был не в Крыму. Мы радовались, но в другом месте, далеко от дома. Много делается, многое восстанавливается по мере возможности, улучшается, те же дороги, например. Сейчас стало очень неплохо жить пенсионерам, старикам, поддержка у них ощущается. С зарплатами всегда были проблемы у всех, может, у кого-то повысились, но они, конечно, невысокие.
С бизнесом есть некоторые проблемы. В составе Украине у нас было гораздо больше людей, потому что приехать в Крым с любой точки Украины было проще, чем летать откуда-то из России. Но сейчас начинают подтягиваться люди из отдаленных регионов России. Они для себя открыли много нового и интересного. Сейчас мы участвуем в выставках, дайвинг-шоу, у нас много контактов с клубами, дайверами. Народ начинает ездить, поэтому смотрим в будущее с оптимизмом.
Что говорил год назад:
Большая часть туристов раньше приезжала из Украины: из Донецка, Мариуполя или Запорожья до нас ехать буквально несколько часов на машине. Из нее приезжало и большинство инструкторов и учителей нашего центра. Сейчас Украины в Крыму нет вообще, а Россия только-только начинает добираться до нашего побережья. Я никогда не делаю прогнозов, сложно сказать, каким будет предстоящий сезон, но свою роль может сыграть то, что россияне не поедут в Египет и Турцию.
Большими сложностями обернулся переход на российское законодательство. Мы работаем на маломерных судах — до 20 метров. Россия предъявляет жесткие требования к их содержанию и оформлению документов. Это дорого стоит и для многих предпринимателей здесь оборачивается неподъемными выплатами. Ведь наш бизнес — сезонный, мы работаем интенсивно лишь 3 месяца в году, за которые должны заработать на жизнь на остальной год. Дополнительные траты на оформление новых документов становятся критичными для многих из нас. Некоторые мои коллеги начали продавать свои катера.
Крым должен стать важным туристическим центром. Вспомните деревушку Дахаб в Египте, в которой жили нищие бедуины, а теперь это международная мекка дайвинга. Мы надеемся, что власти серьезно возьмутся за развитие республики. В обыденной жизни за последние два года у нас ничего не изменилось. Крым жил в бардаке при украинской власти, и чтобы навести здесь порядок, понадобится больше, чем два года.
Я, как и большинство, голосовал за присоединение к России: все взрослые люди понимают, что Крым всегда был русским. Севастополь — самый русский город на территории России. Здесь героическая память о прошлом и уважение к истории лежат в основе психологии людей. Если наши новые власти отнесутся более лояльно к тем, кто занимается в Крыму развитием туризма, будет вообще замечательно. Ведь все, кто к нам приезжают, уже не хотят уезжать, если хоть раз увидели своими глазами природу мысов Фиолент или Айя.

Игорь Шептовецкий, владелец гостиницы «Усадьба», Коктебель:
Минусов много, особенно в экономическом плане. Например, к нам не поступают продукты из Украины, поэтому сейчас все подорожало. Но это было неизбежно, это мы нормально восприняли.
У меня как у предпринимателя сейчас дела не хуже и не лучше. Если говорить в целом о гостиничном бизнесе, в прошлом году был активный приток туристов, в этом году, видимо, будет хуже. При Украине в Крым приезжали отдыхающие более дешевого сегмента. Из России, особенно из нефтяных районов, приезжают люди более состоятельные. В прошлом году они ехали с энтузиазмом, а сейчас разочаровались: сервис недостаточно хорош. Цена не соответствует качеству. Состоятельные туристы хотят высокого уровня обслуживания, а его нет.
Но люди голосовали не столько за лучшую жизнь, сколько за выживание, тогда ведь война была. Если бы сейчас провели новый референдум, люди проголосовали бы так же.
Что говорил год назад:
Еще до референдума я предсказывал, что следующие пару лет для меня, как предпринимателя, обернутся некоторыми проблемами. Так и случилось: из-за изоляции со стороны Украины и транспортных проблем в регионе сильно выросли цены, а некоторое время мы вовсе жили без электричества. С другой стороны, неожиданным «подарком» стало закрытие туристических направлений в Турцию и Египет: очень многие россияне теперь обратили внимание на Крым — этот сезон обещает быть очень активным. Россияне более финансово обеспечены, чем украинцы, которые посещали нас до референдума: они могут позволить себе размещение в дорогих гостиницах и посещение дорогих ресторанов.
Глобальные планы российских властей на развитие курортной инфраструктуры Крыма неясны. Местные власти себя не проявляют вообще. Да им не до этого: мэра Феодосии арестовали за взятки, в Коктебеле один мэр повесился, другого тоже поймали за взятки. Все это не очень обнадеживает на большие перемены в ближайшее время.

Сергей Филиппов, директор Государственного академического музыкального театра Республики Крым, Симферополь:
Нашему театру, как и всей театральной системе в целом, оказывается существенная финансовая помощь. Пополнилась материально-техническая база театра. С помощью средств, выделяемых Министерством культуры Крыма, мы можем в полной мере отслеживать состояние здания театра, можем позволить себе разнообразные постановки. У нас появилась возможность гастролировать по регионам Российской Федерации: мы были в Оренбурге, в Москве. Коллектив может ездить три-четыре раза в год на гастроли со своими новыми работами. Мы стали участвовать в региональных и международных фестивалях, чего при Украине из-за отсутствия средств мы позволить себе не могли. Сейчас артисты по-человечески стали жить в гостиницах во время гастролей — раньше, когда мы сами себя обеспечивали и все заработанное тратили на дорогу, артисты жили в общежитиях.
Поддержка государства стабильна все эти три года. Мы ни в чем не чувствуем ущемления по сравнению с «украинскими» годами. Наши артисты получают среднюю по Крыму зарплату — 26 тысяч рублей.
На референдуме я, конечно, голосовал за присоединение к России. Мое мнение не изменилось: я полностью поддерживаю политику государства, я чувствую себя свободным гражданином в Российской Федерации.
Главные отличия украинского Крыма от российского в том, что раньше мы не могли самостоятельно выбирать, что нам ставить. Мы должны были выполнять задачи, которые были поставлены Министерством культуры Украины. Они говорили: «Вы — украинский театр, поэтому должны поддерживать и пропагандировать украинскую культуру». Но никакой поддержки мы не ощущали. Загрузка залов в те времена не превышала 10–15%. Сейчас же, по сравнению с тем, что было, у нас аншлаги на представлениях.
Сейчас в России есть дискуссия по поводу цензуры в российском искусстве. Мы такого совершенно не ощущаем. Мы сами выбираем репертуар, сами реализуем постановки, и никто не смеет указывать, что нам делать.
Что говорил год назад:
С тех пор как Крым перешел в состав России, к крымскому искусству наконец-то повернулись лицом. Наш театр получил не только колоссальное финансирование, перед нами открылась возможность приглашать высококвалифицированных специалистов для работы. Мы почувствовали наконец, что нужны зрителю: за два года к нам стало приходить в 2,5 раза больше посетителей и из России, и из Украины, а билеты распроданы на два-три месяца вперед. Я работаю в этом театре 25 лет, и никогда такого не было.
Жизнь в Крыму меняется, это очень заметно. Мои племянники, которые учатся в школе, стали патриотично относиться к государству, стали гордиться своей страной. Хотя раньше они обучались в украинской гимназии, но этих чувств они не испытывали. Я рад, что позитивное отношение к государству сформировалось у подрастающего поколения.
При украинской власти Крым был пущен на самотек. Никакой поддержки не оказывалось ни одному театру региона, и смешно смотреть, как сейчас они рассказывают об обратном. Наш театр был обречен на ликвидацию, и украинским властям было все равно. А сейчас мы чувствуем истинную и реальную заботу.

Екатерина Покровская, директор фотошколы «Белый кролик» в Симферополе:
Я не могу говорить за весь Крым и настроения крымчан, только за свое. Не стало ни хуже, ни лучше, мы просто живем дальше. Разве что теперь я могу позволить себе чуть больше свободы перемещений. Теперь слетать в Москву мне по карману. Крым стал дорогим — в этом и минус, и плюс. Многие моменты стали проще — налоговые и так далее. Все это лучше того болота, которое было раньше. Но выводы делать рано. Я не ждала какой-то лучшей жизни, но более стабильной, насколько это возможно в условиях перемен. В принципе все так и получилось.
Что говорила три года назад:
В кругу моих знакомых другие темы больше не обсуждаются. Мнения у всех разные, кто-то придерживается пророссийских настроений, не меньшее число людей присоединения к России не хочет. Но почти все уверены, что сейчас решают за нас.
Я пойду на референдум. Я еще не решила, как голосовать: мне не нравятся оба варианта. Я буду исходить из ближайших действий официальной украинской власти: приведут ли ее действия к тому, что Крым отбросят, как ящерица отбрасывает хвост, или для Крыма все же будут что-то делать, чтобы выровнять ситуацию.
Конечно, результаты референдума как-то отразятся на том, чем я занимаюсь. Но кризис начался еще с Майдана, когда поменялась власть.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..