среда, 28 августа 2019 г.

УНИЖЕНИЕ СУЛТАНА

Унижение султана

В последние дни резко обострилась обстановка в районе единственной территории сирийских повстанцев с центром в городе Идлиб. На фоне удачного наступления сил Асада в неловком, если не сказать позорном, положении оказалась Турция и ее президент Реджеп Тайип Эрдоган.
Photo copyright: kremlin.ru
Небольшая предыстория. Около 30% Сирии (с львиной долей запасов нефти и большей частью сельхозтерриторий) контролируется Сирийскими демократическими силами (СДС), поддерживаемыми США, костяк которых составляют курды. Большая часть этих территорий лежит восточнее Евфрата. Западнее реки, вдоль границы с Турцией, начинаются “владения” этой страны – земля, которую турецкая армия заняла в ходе двух операций вместе с абсолютно марионеточными формированиями сирийских повстанцев. Первая проводилась против ИГ, а в рамках второй был уничтожен курдский кантон Африн. Будучи изолированным, поддержки США он не имел, чем и воспользовалась Анкара. Почти все его курдское население, около двух сотен тысяч, было вынуждено бежать. Южнее всей этой подтурецкой “зоны безопасности” остались, что называется, настоящие повстанческие группировки с центром в Идлибе. Кроме одноименной провинции под их контролем также небольшие части провинций Латакия, Хама и Алеппо. Здесь, по ряду оценок, скопилось около 3 млн гражданских лиц и десятки тысяч боевиков различных группировок. Часть организаций подконтрольна Турции, часть ею поддерживается, но немалое количество практически самостоятельны. Наиболее влиятельным является “Хайат Тахрир аль-Шам” – весьма независимое исламистское объединение, часть которого под названием “Джабхат ан-Нусра” когда-то была официальным филиалом “Аль-Каиды”, а затем от этой организации отреклась.
С момента вступления в войну России и Ирана осенью 2015 года (для Ирана, проиранских формирований и “Хизбаллы” первая фаза началась еще весной 2013-го) режим Асада и его союзники придерживались весьма однотипной стратегии. С рядом повстанческих территориальных анклавов заключались перемирия. Временно их соблюдая, асадиты, союзные ему террористы, иранцы и россияне, концентрировали силы для успехов на других фронтах. Ну а затем возвращались к “примиренным”. Тех, кто поверил Асаду и россиянам, а именно они, как правило, выступали в качестве посредников и гарантов, ждало горькое разочарование. Но – горе побежденным, думавшим отсидеться в стороне, пока уничтожают их собратьев в других местах.
Стратегия по заключению перемирий и их нарушений в удобное время продолжалась, пока повстанческие территории летом 2018 года попросту не закончились. Кроме одной – Идлиба.
Здесь Дамаск, Москва и Тегеран столкнулись с серьезным препятствием в лице Турции. На протяжении всей войны политика Эрдогана в Сирии была то осторожной, то импульсивной, то просто непоследовательной. Ее описание не является темой статьи, но на протяжении этих лет турецкий подход объединяли лишь антикурдская направленность и враждебность режиму Асада. После неудавшегося военного переворота в 2016-м и сближения Эрдогана с Путиным, турецкий президент, получивший от Москвы карт-бланш на создание той самой “зоны безопасности” вдоль границы за счет ИГ и Африна, фактически продал основные силы повстанцев, ведущих борьбу против Асада. Именно благодаря договору Эрдогана с Путиным турки фактически увели с фронта своих марионеток, после чего рухнула оборона города Алеппо, значительная часть которого контролировалось повстанцами, а репутация “султана” как защитника суннитов получила серьезный удар.
К сентябрю 2018-го для Турции сложилась крайне проблематичная ситуация. С одной стороны, Дамаск, Москва и Тегеран горят желанием захватить Идлиб и поставить точку в войне. С другой стороны, это стало бы невиданным личным позором для Эрдогана, и крахом его сирийской политики. Уже окончательная сдача суннитских “братьев” неверным (алавитам, шиитам и россиянам) после всего, что он сделал и не сделал в Сирии, стала бы полным провалом для исламиста со столь большими амбициями, каковым является Эрдоган. Положение осложняло то, что к этому моменту он всерьез поссорился с США и наоборот сблизился с Россией. Наконец, еще один важнейший фактор. Падение Идлиба, где сконцентрированы самые непримиримые противники Асада, с большой вероятностью привело бы к очередной волне беженцев в Турцию. Возможно, исчисляемой миллионами. А ведь в этой стране и так уже миллионы сирийцев. Часть беженцев Эрдоган смог переправить в Европу, за оставшихся ему неплохо платит ЕС, но все равно налицо серьезная проблема. Новые сирийцы, да еще и больших количествах – это серьезная социальная и политическая угроза для Турции, чья экономика и так находится в скверном состоянии и держится на плаву в основном благодаря катарской, и, в меньшей степени, китайской помощи.
Понимая, что Эрдоган вот так вот взять и сдать последний оплот повстанцев не может, в Кремле решили действовать “методом салями” – “нарезая” оппонента с перерывами и по кусочкам.
Перемирие было заключено с Турцией, но априори на неприемлемых для противников Асада условиях. Среди прочего оно подразумевало создание “зоны безопасности” внутри повстанческой территории глубиной 15–25 км, вывод оттуда всего тяжелого оружия и всех, кого объявили радикалами (а их там большинство). Кроме того, сторонникам режима, например, должен был быть обеспечен проезд по шоссе, проходящему внутри Идлиба. Было понятно, что эти и другие условия Турция, если она не пойдет на боевые действия с частью местных группировок, выполнить не сможет. Но это показалось Эрдогану лучше, чем полная капитуляция, тем более что Анкара получила вроде как реальную возможность гарантировать неприкосновенность повстанческих территорий: создание вдоль линии соприкосновения цепи опорных (наблюдательных) пунктов со своими военными, ставшими своего рода живым щитом, от сил Асада.
Однако время платить по счетам приходит неумолимо. Конечно, Турция – не те повстанческие анклавы, которые Дамаск и Москва “кидали” в прошлом, но и здесь было понятно, что в удобное время перемирие снова нарушат – благо, реальных и мнимых предлогов хватает.
Основные события начали разворачиваться еще с зимы вокруг южного выступа Идлиба, а точнее, северной части провинции Хама, с весьма значимыми городами Кафр-Зита, Мурек, Хан-Шейхун и другими. Первым этапом салями-тактики стали беспощадные воздушные бомбардировки российскими и сирийскими ВВС, в том числе и непосредственно населенных пунктов с их жителями, в результате чего огромное количество беженцев ушло на север. В апреле началось и наземное наступление. Однако турецкие обсервационные пункты мешали, а повстанцы серьезно сопротивлялись. Так что, несмотря на тяжелые потери, успехи асадитов, которые, кстати, действовали почти без участия проиранских сил, были минимальны. Но вода, а вернее артиллерия с авиацией, камень точит. Видя нерешительность Эрдогана и то, что на глазах его солдат можно безнаказанно превращать в пыль суннитские города, в Москве и Дамаске почувствовали пришедший во время еды аппетит. Турецкий же лидер снова со всей тяжестью почувствовал то двусмысленное положение, в которое сам себя и загнал: с западом отношения ухудшились, экономика в кризисе, и, если начать упираться в Идлибе, можно испортить отношения с Россией – страной, на которую он сам совсем недавно сделал серьезную ставку. Все, что Эрдоган смог себе позволить, это подкинуть повстанцам некоторое количество оружия, что не остановило Асада, начавшего решающее наступление на южный выступ, на этот раз, полностью наплевав на наличие турецкого обсервационного пункта. Здесь-то и наступила еще невиданная для Эрдогана в Сирии стадия позора. Надеясь, что тактика “живого щита” сработает, он направил в угрожаемую зону, в сторону своей базы в городке Морек, колонну войск. Однако осмелевшего Асада, пользующегося молчаливой поддержкой Москвы, это не остановило. Сирийская авиация нанесла бомбовые удары вплотную к колонне, что заставило ее остановиться. Артиллерия продолжила бить по повстанцам, а сухопутные силы сирийцев – наступать. Весь южный выступ повстанческой территории оказался на грани краха, а турецкий обсервационный пункт в Мореке и застрявшая из-за бомбардировок колонна – в оперативном окружении! На момент написания этих срок турки все еще там, где их остановили, а шоссе, по которому они прибыли, перерезано в тылу. По сообщениям проасадовских СМИ, в воздухе над Идлибом имел место инцидент между турецкими F-16 и российскими истребителями, который, правда, не привел к открытию огня.
Ситуация с колонной вышла для турок крайне нелицеприятной. Особенно оскорбительно даже не то, что не удалось выполнить запоздало поставленную задачу, а то, что весь этот “цирк” проделывается даже не непосредственно россиянами, а силами считающегося абсолютно никчемным Асада.
Попытка президента Турции усидеть одной пятой точкой на двух стульях привела к ожидаемому итогу. Думаю, все кончится тем, что южный выступ окажется окончательно потерян для вооруженной оппозиции, а турецких военных и оставшихся в живых повстанцев под всеобщие насмешки выпустят из мешка. Первый этап нарезки “салями” близится к завершению. Как Эрдоган хотя бы частично постарается спасти лицо, и что будет, когда начнется второй – в следующих сериях этой трагикомедии.
Давид ШАРП
“Новости недели”

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..