понедельник, 15 апреля 2019 г.

ЕСЛИ ДОЛГО И МНОГО ВРАТЬ...

 Автор: Виктория Вексельман Фото:Проект Викимедиа

Если долго и много врать…

“Нью-Йорк таймс” не удержалась и опубликовала мнение, как всегда, анонимных, но проверенных источников из команды Мюллера о том, что генеральный прокурор Уильям Барр сделал слишком вольные выводы из отчета спецпрокурора Мюллера касательно обструкции и все обстоит не так гладко, как хотелось бы Белому дому.
А главу комиссии конгресса по разведке Адама Шифа до сих пор посещают видения, и не далее как в воскресенье, 7 апреля, на любимом своем канале CNN он заявил, что у него имеются “полные и убедительные доказательства” сговора между кампанией президента Трампа и Россией.
“То, что я говорил на вашей и других передачах более года, что есть убедительные и совершенно очевидные свидетельства сговора. Это еще не доказывает несомненного наличия преступного заговора. Я бы тут полагался на мнение Мюллера, что я и делаю. Я думаю, что мы говорим здесь о разнице между поведением, которое доходит до уровня преступления, и неэтичным, непатриотичным и коррумпированным поведением, которое может и не быть криминальным”.
Между тем бывший адвокат президента Трампа Джон Доуд дал интервью для Washington Examiner, в котором довольно откровенно рассказал о ряде закулисных моментов этого процесса. И его рассказ сильно отличается от того, чем почтеннейшую публику потчевала центральная пресса, а уж Доуд знает, о чем говорит, так как был в группе юридической поддержки президента в критический период с июня 2017-го по март 2018 года.
Он подчеркнул, что Трамп полностью сотрудничал со следствием и такое же указание дал всему своему окружению. Если он на публику ругал Мюллера, называл его расследование охотой на ведьм и фальшивкой, а следователей – “17 сердитыми демократами”, то делал он это исключительно на публику.
По словам адвоката, Трамп обычно действует на двух уровнях. На поверхности – гонит волну, создает противоречия, говорит и пишет нечто возмутительное, и пресса это немедленно подхватывает. Но есть еще глубинные процессы, подводные течения, и вот тут Трамп предпринимает реальные шаги, чтобы работа была сделана – и сделана хорошо.
В этом же ключе он действовал и с расследованием Мюллера. На публику он выступал с громкими заявлениями, но за кулисами шел на полное сотрудничество и такое же указание дал своим сотрудникам. Все сотрудники Белого дома, за исключением самого президента, были допрошены следователями Мюллера, спецпрокурору было передано огромное количество документов, которые Белый дом вполне законно мог бы засекретить, ссылаясь на президентскую привилегию. В какой-то момент Мюллер поинтересовался, не означают ли нападки президента указание об отказе от сотрудничества, и Белый дом ответил, что все остается по-прежнему.
Это была игра на публику, и “Боб понимал это, это была политика. Трампу нужно было заниматься политической стороной, и он делал это в присущей ему манере, с его твитами и комментариями. Боб был большим мальчиком и понимал политическую подоплеку. Он понимал, что президенту нужно было заниматься политической стороной вопроса. Не мог же он просто молчать. Люди теребили его ежедневно, и ему приходилось нападать на Мюллера”.
“Вначале, когда президент начал нападки на Мюллера, Мюллер дал мне знать, что опасается, как бы люди не отказались сотрудничать, – вспоминал Доуд. – Я сказал: мы всех призвали полностью сотрудничать, и если вы хотите, чтобы я или президент выступил с публичным заявлением, то мы с радостью это сделаем. Боб был удовлетворен и больше никогда не поднимал этот вопрос”.
В конце Мюллер признал, что “все свидетели говорили правду, все документы были предоставлены, не было никаких упущений, документы не уничтожались”. Уровень сотрудничества, по его словам, был замечательный, пока Трамп вводил весь мир в заблуждение своими твитами.
В качестве примера такого сотрудничества Доуд назвал заметки, которые вела Энни Дональдсон, начальница канцелярии советника Белого дома Дона Макгана. В этих стенограммах были записаны многие совещания в Белом доме, где обсуждался российский вопрос. Записи были обширными, и одно только чтение их занимало несколько часов. Трамп мог бы не передавать эти материалы, воспользовавшись президентской привилегией, но он этого не сделал.
Еще один адвокат президента, Тай Кобб, предложил довольно интересный вариант. Поскольку и Мюллер, и Белый дом были исполнительной ветвью власти, то документы передавались от одной исполнительной ветви другой, но при условии, что если команда Мюллера захочет их опубликовать, то они должны будут проконсультироваться с Белым домом. Заместитель Мюллера Джеймс Кворлес такое обещание дал. Это свидетельствует об огромном уровне доверия между сторонами.
Кроме того, “Боб просто занимался расследованием, проверял определенные моменты, на которые ему указывали, и в наших отношениях было больше доверия, чем за всю мою остальную карьеру”.
При этом окружение Трампа считало и считает, что самого расследования Мюллера не должно было быть, и назначение спецпрокурора 17 мая 2017 года было полной неожиданностью для Белого дома. В тот день президент интервьюировал Роберта Мюллера на должность директора ФБР и не утвердил его, и советники обсуждали давний конфликт между ним и Трампом в гольф-клубе. На следующий день Джефф Сешнс и начальник его канцелярии Джоди Хант пришли в Овальный кабинет, и в это время Макган вошел и сказал, что Розенштейн только что назначил Боба Мюллера спецпрокурором.
Сешнс, как известно, самоустранился от расследования “русского дела”, чем несказанно разозлил Трампа. И вот теперь генеральный прокурор был оглушен неожиданной новостью. Он ничего об этом не знал. Бедняга Сешнс в тот же день начал писать письмо об отставке. Ведь он оказался в крайне унизительном положении.
Потом Хант отправился в Минюст, зашел в кабинет к Розенштейну, и тот спросил: “Меня уволят?” “Только подумайте. Никто понятия не имеет, как Мюллер и Розенштейн успели сойтись, почему был выбран Мюллер. Никто и никогда не ответил на этот вопрос. Это следствие действий контрразведки. И Джоди Хант в своем дневнике отметил, что он сказал Розенштейну, что тот совершил отвратительный и непрофессиональный проступок. Это все, что я знаю об этом”, – заметил Доуд.
По мнению адвокатов президента, самоустранение Сешнса было не только неоправданным, но оно было сродни предательству, ибо он не предупредил президента об этом шаге. Получилось, что Сешнс и Розенштейн расставили Трампу западню.
Все адвокаты президента сходятся на том, что картинные аресты Пола Манафорта и Роджера Стоуна на рассвете вооруженными агентами ФБР были совершенно неоправданны. После ночного обыска у Манафорта федералы нашли только файлы адвокатской конторы, готовившей его для дачи показаний в сенате. Целью арестов такого рода является запугивание подследственного, и они применяются в отношении главарей ОПГ или особо опасных преступников. “Я думаю, что это не к чести следствия Мюллера. Мне было бы неловко, если бы я был с этим связан”.
Руди Джулиани, выступая на канале Fox, высказался более резко. По его словам, было бы неправильным утверждать, что утечек из штаба Мюллера не было, иначе как объяснить, что картинный арест Роджера Стоуна на рассвете освещался репортерами CNN? Он также отметил, что Мюллер пытался выбить показания против Трампа, используя методы запугивания. Он держал Манафорта в одиночке, добиваясь компромата, оказывал давление на Роджера Стоуна и Джерома Корси.
Методы Мюллера сработали лишь с одним человеком – Майклом Коэном, но и тот говорил о чем угодно, но только не о “русском сговоре”.
И самое последнее в этом деле – саморазоблачение левой прессы, ибо в течение двух лет СМИ освещали в основном тему следствия спецпрокурора Мюллера и, как мы знаем, ошибок и неточностей, а попросту говоря, лжи на головы читателей и зрителей было вылито немало.
Мюллер никогда не комментировал публикации, но всегда сигнализировал адвокатам президента о том, что публикация была далека от истины.
Так, 20 июля 2017 года Bloomberg News опубликовала информацию о том, что “Мюллер расширяет следствие и включает деловые транзакции Трампа”. Мы все помним реакцию справа и слева на эту публикацию. Левые радовались, правые задавались вопросом, как далеко простираются полномочия спецпрокурора Мюллера, почему Род Розенштейн ему попустительствует, президент Трамп отметился твитами в присущей ему манере. Далее разгорелся спор, нужно ли увольнять Мюллера и пойдет ли президент на этот шаг, а если пойдет, то Мюллера и его следствие нужно защитить законодательно. И только адвокаты Трампа и он сам знали, что вся публикация была выдумкой от начала и до конца.
Доуд проверил источники в Фонде Трампа и запросы, сделанные Мюллером для получения информации. Ничего подобного не было. “У нас с Бобом и его заместителем была договоренность, что если в список, данный ими нам изначально, будут внесены изменения, то они нам немедленно сообщат об этом, – объяснил Доуд. – Я знал и из других источников, что публикация в “Блумберге” была лживой. Я знал, что это нонсенс. Никто не расследовал деловые транзакции Трампа. Я сказал об этом репортеру “Блумберга”, но он отказался принять мое предупреждение, что этой темы в списке следствия Мюллера не было, а если бы она была, нас бы известили первыми”.
“Блумберг” не отказался от публикации. Тогда Доуд встретился с Кворлесом, заместителем Мюллера, и тот дал ему понять, что не нужно верить всему, что пишут в прессе. Тем не менее убедить редакторов Доуду не удалось. “У них была своя задача”.
Теперь, кажется, празднику безнаказанной клеветы и диффамации приходит конец. Начало положили адвокаты ученика католической гимназии Ковинтон, предъявив многомиллионные иски крупнейшим изданиям за клевету и травлю Ника Сэндмана. И вот теперь Девин Нуньес подал иск на 150 миллионов долларов против The McClatchy Company, утверждая, что репортеры этого издания всячески старались сорвать работу Нуньеса по проверке избирательной кампании Хиллари Клинтон и “русского сговора”.
Надо полагать, нас ожидает еще много интересных разоблачений и можно верить президенту, когда он сказал, что приложит максимум усилий для того, чтобы подобная травля никогда больше не повторилась.

Источник: "КСТАТИ"
журналист

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..