среда, 24 мая 2017 г.

В Иране реформатор победил «мракобесие»

В Иране реформатор победил «мракобесие»

Хасан Роухани избран президентом ИРИ на второй срок. Отношения Тегерана и Москвы, вероятно, останутся прежними, а вот от Вашингтона можно ждать «сюрпризов».


Действующий президент одержал победу в первом туре.© Фото пресс-службы президента РФ
В Иране в конце прошлой недели состоялись президентские выборы. При высокой явке — 70% — их выиграл нынешний президент Хасан Роухани, набравший 57% голосов избирателей. Его основному сопернику Ибрахиму Раиси отошло 38% голосов. По данным МВД ИРИ, эти результаты являются окончательными.
Напомним, на пост президента претендовали еще 4 кандидата, но двое из них незадолго до голосования сняли свои кандидатуры: один — в пользу Роухани, другой — в поддержку Раиси. Оба лидера президентской гонки оставили баллотирующихся конкурентов далеко позади себя. Заметим также, что из-за высокой активности электората время голосования МВД продлевало несколько раз. В итоге избирательные участки вместо 18.00 по местному времени закрылись в полночь.
Фактически население Ирана выбирало между умеренно-либеральным и ультраконсервативным укладом жизни страны, причем не только во внутренних делах, но и во внешней политике. И выбрало первый — в лице Роухани, хотя президент в Иране главой государства фактически не является — в этой роли выступает духовный лидер (аятолла) Али Хаменеи, который, как считают многие эксперты, «болел», скорее,  за Раиси. Электоратом последнего также значилась большая часть консервативных сил во главе со Стражами Исламской революции, судебная система и довольно солидный сегмент военных и духовенства.
Между тем иранские выборы показали, что в стране не абсолютной свободы избирательный процесс прошел в конкурентной среде и прозрачно, что выгодно отличило их от выборов почти во всех государствах Ближнего Востока.
Во-вторых, итоги выборов продемонстрировали готовность большей части иранского общества к политической открытости страны, превалированию, условно говоря, просвещенности над мракобесием, поддержку тому курсу, по которому Иран шел последние 4 года президентства Роухани. За этот период главным достижением исполнительной власти страны, руководимой президентом, стало подписание ядерной сделки, позволившей Ирану избавиться от части санкций, наращивать экспорт углеводородов и внешнюю торговлю в целом.
Добиться экономического расцвета Ирана за истекшие 4 года не удалось (аукнулись многолетние санкции), однако на соответствующий путь политика, проводимая Роухани, страну все-таки вывела: интерес инвесторов к ней велик, если их не застращают США, об отношении которых к Тегерану будет сказано ниже.
В-третьих, именно при президентстве Роухани был сформирован «астанинский формат» взаимодействия Ирана, России и Турции по Сирии, который, если не подкачает Анкара, может стать успешным и расшириться. В общем, Роухани умеет договариваться с самыми разными мировыми полюсами и находить с ними общий язык — при отсутствии нарастающего агрессивного отношения внешних игроков к Ирану.
Здесь уместно заметить, что президент Ирана начал налаживать диалог с США. Но на его открытость к разумным компромиссам встречных шагов со стороны новой американской администрации не последовало: она продолжает тиражировать — действительно веря в это или нет, что ИРИ является «террористической страной номер один в мире».
Что же касается России, отношения Ирана с ней останутся прежними, если не более тесными. Прочная смычка этих двух государств может произойти, если Запад, в частности, США, «насолят» Тегерану сильнее, чем они это делают сейчас.
Еще большая, и не только военно-политическая, но и торгово-экономическая «завязка» Ирана на России, конечно, устроит последнюю. Внешняя торговля между двумя странами растет, но, имея в виду масштабы Ирана и России, их промышленный и иной потенциал, она пока достаточно хилая. Однако планов у российских компаний в Иране — громадье. В их числе — наращивание экспорта стали и продукции из нее; строительство иранских железных дорог и их электрификация под кредиты России; поставки вагонов; развитие отрасли автомобилестроения и экспорт машин; продолжение строительно-монтажных работ на местах сооружения АЭС «Бушер-2» и «Бушер-3» суммарной мощностью 2 100 МВт; сотрудничество в военно-промышленном комплексе и т. д.
Между тем Иран и Россия являются — и этого не следует забывать — конкурентами в добыче и экспорте нефти и газа, что может омрачить взаимоотношения между двумя странами, хотя Тегеран неоднократно упоминал, что не претендует на традиционные российские углеводородные рынки. Отметим также, что все еще не решена проблема раздела Каспийского моря.
В общем, Россия в лице Роухани во второй раз получила прогнозируемого и довольно комфортного партнера. А вот как насчет США, требующих, среди прочего, свертывания ракетной программы Ирана, на что эта страна не согласится даже под большим давлением — не впервой, в конце концов.
Роухани придется корректировать отношения с новой администрацией США, учитывая, во-первых, ее растущую агрессивность в отношении Тегерана; во-вторых, критику определенных сил в Иране в адрес президента за его «слишком дружеские» отношения с Западом. На антииранские выпады Трампа придется реагировать — помимо всего прочего, это является и «заказом» иранской общественности, которую новый президент США сильно разочаровал.
Кроме того, Роухани придется учесть, что отношения Ирана ухудшаются не только с США, но с Израилем и Саудовской Аравией, что закономерно: в президентство Барака Обамы модальность Вашингтона с Тель-Авивом и Эль-Риядом носила откровенно напряженный характер. И это было на руку и Тегерану, и Москве. Но Трамп снова приблизил ближневосточных недругов Ирана, цементируя антииранский блок в регионе, что во многом обусловлено ситуацией в Сирии и ролью в ней Ирана. Также создается впечатление, что «наездами» на Тегеран Трамп пытается через «иранский вопрос» реабилитировать себя из-за своей предвыборной «лояльности» к России.
Так что второй срок Роухани может оказаться не столь триумфальным и относительно спокойным, как первый. Действовать в западном направлении ему придется крайне осторожно — своего рода хождение по острию бриты как на международной арене, так и в самом Иране. Потому как президент этой страны все же человек зависимый от духовного лидера и его окружения, которым может сильно не понравиться способность Роухани не доводить обострение ситуации с влиятельными внешними игроками до крайности.
Второй президентский срок Роухани будет сложным еще и в силу того, что ему придется вплотную заняться развитием экономики и созданием новых рабочих мест — тем, что он пообещал населению в ходе своей первой предвыборной кампании, однако с выполнением не дотянул, и это стало основной темой критики оппонентов в его адрес.
Сейчас экономические показатели Ирана лучше, чем в период санкций — с их частичного снятия прошло слишком мало времени для радикального улучшения ситуации. Но для иранцев, отдавших ему свои голоса, «свободы», как видим, оказались актуальнее бурного экономического развития.
Для «просвещенной публики» на данном этапе достаточно и того, что в прошлом году рост ВВП в стране слегка превысил 4%, в то время как незадолго до этого он был отрицательным. Кроме того, резко — почти в пять раз — снизилась инфляция.
Словом, все эти позитивные сдвиги правительству Роухани предстоит не только сохранить, но и преумножить. И зависеть это будет не столько от профессионализма экономической команды президента  (она наверняка будет сильной), сколько от степени военно-политической агрессивности ключевых мировых игроков в отношении Ирана.
Ирина Джорбенадзе 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..