суббота, 8 июня 2013 г.

ГРЕХ ВЛАСТИ НАД ТЕЛОМ рассуждизмы





 Постоянно слышу, что иранские фанатики – шииты в погоне за властью над регионом подчинили себе террористов «Хамаса», раскололи территории, совершив еще один небольшой шажок к созданию нового Халифата. Это так, но за этим не таким уж приметным событием маячит, прежде всего, сама философия власти в исламе и та смертельная для окружающих народов опасность, которая стоит за этой не такой уж древней философией.
 Дело в том, что даже в Средние века церковь и власть в христианской Европе существовали отдельно. Иногда храм набирал силу и пробовал подчинить себе светскую власть, но, как правило, эти попытки заканчивались ничем. Люди отдавали «Богу-богово, а кесарю-кесарево». Сам характер христианства, веры, вышедшей из иудаизма, не склонен был смешивать грех власти над телами людскими со святостью власти над душами людей.
 Другое дело ислам. Здесь, уже с середины восьмого века, власть и мечеть слились воедино. Процесс слияния шел постепенно, у нас нет времени останавливаться на его деталях, но, в конце концов, сила арабского халифата, просуществовавшего 500 лет, основывалась на полном единстве светской и церковной власти.
 Мусульманское государство было теократическим. Только халиф слышал пророка, а через пророка выполнял волю самого Аллаха. Халиф судил и повелевал именем Бога. Он всегда находился на самой вершине, как теперь говорят: «вертикали власти». Властитель, кем бы он не был, считался хранителем духовных ценностей ислама, а потому и в светских делах был полным авторитетом.
 Иудаизм обращен только к Богу. Дети Адама не могут и не имеют права брать на себя функции Всевышнего, иудаизм возлагает духовную работу на самого человека. Человек свободен в выборе своего пути к Богу. Нет, и не может быть насилия в случае его ухода от веры. Все не так в исламе. Слуга Аллаха родится рабом божьим, им он и должен умереть. Иначе – казнь, а в лучшем случае – изгнание. Ислам жив единством рядов, потому он так нетерпим к неверным в своей среде, так агрессивен и считает заблудшим каждого, чей путь к Всевышнему лежит не через мечеть.
 Впрочем, сам ислам – всего лишь удобная подпорка абсолютной власти. Сама же подобная власть способна воспользоваться любой, подходящей идеологией. Деспотия Сталина держалась на классовом бреде, нацизм Гитлера – на расовом. В любом случае, главное не метод, с помощью которого человек достигает величия и забирается на трон, а сам культ власти. Издревле, от времен Мухаммеда, ислам способствовал созданию подобного культа.
 Имамы убеждены, что путь к вере лежит через смирение и подчинение Вождю – наместнику Бога на земле. И только  такая власть способна создать могучее государство и привнести в мир подлинную веру. В исламе монотеизм обрел свое абсолютное звучание, доведенное до полного абсурда. Иудаизм не просто отрывал Бога от человека. Он поместил его в Космос, сделал тайной, постижение которой бесконечно. Ислам притянул Аллаха к человеку – вождю и пророку. Слово смертного, греховного существа стало словом Бога.
 Победа аятолл в Иране была прямым возвращением к подлинному, почти утраченному, смыслу ислама. Шах олицетворял собой светскую, современную власть. Хомейни будто вернул народ персидский во времена средневекового могущества и процветания. По крайней мере, вернул ему веру, что такое возможно.
 Светлое будущее коммунизма, тысячелетний рейх, вот теперь еще и новый халифат. И все эти «высокие материи» ради одного – абсолютной власти человека над толпой, над массами. Человек же, любой человек, наделенный верховной     властью, неизбежно теряет почву под ногами, впадает в безумие, будто сам Всевышний проклял род людской за тягу к гордыне.
 Тоталитарная власть, а власть теократическая другой быть не может, способна существовать только, как власть агрессивная, как власть Молоха, постоянно требующего крови. Война Ирана с Ираком была войной теократии с социализмом, пусть и арабским. Битва эта стоила чудовищных жертв, но не принесла победу ни одной из воющих сторон.
 К стыду своему Запад не понял тогда суть процессов в далеком регионе, недооценил опасность режима в Тегеране, а принял шумные пассы воинственного Саддама за подлинную опасность миру.
 Боюсь, что США выполнили грязную работу  за Тегеран, повесив Хусейна и разрушив крепкое прежде государство. Шииты, при поддержке Ирана, неизбежно захватят в Багдаде власть и местные арабы без особого сопротивления станут слугами соседнего халифа. Расовые предубеждения в исламе - ничто перед единством веры. Слуги Аллаха в Индонезии, в Судане, Косово или Йемене – принадлежат к одному народу.
 Истоки, так называемого, «арабского возрождения» нужно искать в ведомстве на площади Дзержинского. Естественно, государство атеистов не было склонно способствовать росту теократии. Оружие и деньги шли тем, кто клялся в верности социалистическим идеям. Социализм же хорош на словах, но плох на деле. Исламские страны становились независимыми, но продолжали плодить нищету, а, значит, зависть, мстительность и пустые надежды на «светлое будущее». Истоки «исламского возрождения» имеют более глубокие корни, уходящие в психологию народных масс, в инстинкты толпы.
 Грянула революция в Иране, с полным отказом от политического космополитизма, с обещаниями одним лишь слугам Аллаха новых, упоительных горизонтов. Шариат стал законом. Вождь – наместником Бога на Земле. Средневековые, религиозные традиции сковали население Ирана. И это понятно. Без подобных цепей не может существовать власть на Востоке.
 Расклад нынешнего противостоянии цивилизаций прост, как никогда. С одной стороны нищета и аскетизм, почитаемые благом, культ жертвенности и смерти, с другой богатство «общества потребления» при всех его недостатках, подчас вопиющих, культивирующее гедонизм и жизнь.
 Везде, по всему миру, мы наблюдаем одну и ту же картину. Например, между Западом, Израилем и Россией много неразрешенных вопросов, но при этом Кадыров в Чечне – это тот же Абу Мазен на территориях, а боевики, сражающиеся за  «освобождение Кавказа от Русии» - местный «Хамас». Тот же расклад мы видим в Пакистане, в Индонезии, на Филиппинах…. Дело не в террористах Бин Ладена, а в общих, разрушительных процессах, захвативших мир.
 Опасность «исламского возрождения»  существенней эпидемии большевизма и нацизма. Население мира растет за счет беднейших, обездоленных масс. Ислам больше всего подходит  невежеству, нищете, несчастью, готовому принять ад на земле в ожидании райских кущ.
 Человек греха вновь идет к власти над более чем миллиардом покорных рабов-фанатиков. Человек греха плодит и культивирует бедность, но тратит бюджет государства  на оружие массового уничтожения. Человек греха ради упоения одной лишь властью над людьми готов уничтожить мировую цивилизацию, вернуть остатки человечества в пещеры….
 Он принял эстафету от подобных ему неудачников - вождей коммунизма и фашизма. Он надеется на реванш. Но сама, сатанинская природа тоталитарной власти рано или поздно уничтожает саму себя. Человека греха губят его собственные грехи. За безумием властолюбия и гордыни неизбежно следует смерть. Новый передел  мира, задуманный фанатиками веры в Аллаха, обречен на поражение. Нынешняя "арабская весна" и "турецкое лето" - прямое тому доказательство.
 Вопрос только в том, каких жертв это будет стоить  человечеству? Сколько крови прольет род людской, пока не рухнет эта новая пирамида зла, чтобы похоронить под собой очередные иллюзии и мифы несчастного «мыслящего тростника».

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..