понедельник, 1 августа 2022 г.

Зеркало будущей Русской Революции?

 

Зеркало будущей Русской Революции?

Второе пришествие «Кота Шрёдингера – в Киев! 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Игорь ЦЕСАРСКИЙ & Владимир СОЛОВЬЕВ-АМЕРИКАНСКИЙ не только о литературе 

Игорь Цесарский. Начну с поздравлений Владимиру Соловьеву – нашему автору, писателю и публицисту. Вы постоянно печатаетесь в интернет-газете «Континент» (kontinentusa.com) и рекордно издаетесь в издательстве «Континент» (Kontinent Publishing) – четыре книги кряду за год с небольшим. А теперь о том, с чем я вас поздравляю – с выходом обогащенного издания знакового романа-трактата «Кот Шрёдингера». Нет нужды представлять эту книгу – она повсеместно известна, впервые издана нью-йоркским издательством «Либерти», а до и после печаталась главами в СМИ по обе стороны Атлантики – от российской «Независимой газеты» до американских изданий, таких как «Времена» и «Панорама». И, наконец, последнее полное серийное воспроизведение опять-таки в нашей интернет-газете «Континент». Не говоря уже и о рецензиях и интервью с вами в Америке и России. Само название вашего романа стало нарицательным – так теперь в определенных кругах называют прототипа главного героя. И тут вдруг как гром среди ясного неба – новое бумажное издание в два раза больше изначального за счет политических эссе и докурассказов на ту же кошачью тему, но уже не метафорически, а прямым текстом, с открытым забралом, называя героя, точнее антигероя его настоящим именем – В.В. Путин. Не переиздание, а фактически две книги под одним переплетом. С двойным названием на обложке, на корешке, на титуле: «Кот Шрёдингера – Самоубийство России». И даже автор вроде бы тот же самый, но с удлиненным именем – Владимир Соловьев Американский. Знакомый незнакомец! А главное – где этот сенсационный том издан! Не в Америке и уж подавно не в России, а в Киеве, где, казалось бы, не до книг, когда в самом разгаре русско-украинская война. Однако зная содержание этого ошеломляющего издания в качестве первопечатника – «Континент» и «Панорама» первыми публикуют вашу актуальную политикану – могу перефразировать английский мем: книга вышла в нужное время и в нужном месте. Вот уж, действительно, язык до Киева доведет.

Владимир Соловьев-Американский. Сходу продолжу цитатой Велимира Хлебникова: «Кто из Москвы в Киев поедет через НьюЙорк? А какая строчка современного книжного языка свободна от таких путешествий?» Произведем рокировку и переместим эти слова из стихового поля в литературно-политическое: начав свою жизнь в Нью-Йорке моя «зашкварная мениппея» движется – надеюсь – из Киева в Москву. Киевская Русь берет реванш у Московии? Молчу, молчу, замок на уста мои. Таков, впрочем, был вектор украинско-русской истории – от Киевской Руси в Московию и далее – вплоть до Российской империи, которая наглядно доказывает сейчас – сей час! – свое реноме империи зла. А вертая к «Коту Шрёдингера», в России книга известна не целиком, а только по нескольким главам и многочисленным упоминаниям в тамошней периодике.

И да, вы правы: идентификацией Кота Шрёдингера с нынешним хозяином страны, что мне, как кошатнику, немного обидно за весь кошачий род. Скорее неологизм, чем синоним. Иное дело – аллегорический смысл этой квантовой метафоры: Кот Шрёдингера сидит в экспериментальном бункере ни жив, ни мертв. О великий и могучий, какой еще язык лучше опишет состояние бедного котяры! А заодно и кремлевского лидера, который угодил по дурости в собственный капкан, и теперь из него, ну, никак не выбраться. Беда в том, что он в эту западню затащил и свою вотчину, а иначе, чем вотчиной, он и не воспринимает Россию. У этого властолюбца вотчинное сознание по исторической русской традиции, увы.

Думаю, в контексте нынешнего времени и именно в Украине мой провидческий роман прозвучит с особой силой, паче там дан анализ вечной русской триады вождь – народ – история. А из Киева если не в Москву, то в Московию, пусть и через Нью-Йорк (мощная американская помощь) чисто топографически не так чтобы далече – украинское издание «Кота Шрёдингера» на русском языке обитает теперь в непосредственной близости к России, а тем более к оккупированным ею украинским территориям. Вот я и надеюсь на доступность этой книги для россиян, что поможет им понять, в какую историю они вляпались и как из нее выбраться наперекор Коту Шрёдингера. Не сравниваю, конечно, но в Первую мировую немецкое командование отпечатало «Как говорит Заратустра» миллионным тиражом и забрасывало в окопы для поднятия боевого духа своих солдат. Потому и ожидаю, предвижу, уповаю на обратное воздействие «Кота Шрёдингера» на моих бывших соотечественником, трупами которых их лидер устилает украинскую землю. Все мои симпатии, понятно, на стороне Украины, но «краем сердца» (метафора Шекспира) мне жаль и подневольных российских солдат, которые брошены кремлевским трупоедом на заклание ради сохранения своей власти. И своей жизни – за счет их жизней.

Игорь Цесарский. Вы желаете поражения России?

Владимир Соловьев-Американский. И чем скорее, тем лучше: меньше трупов. Коли не только стратегически, но исторически поражение России неизбежно. Я это предсказывал еще до начала войны в «Московском комсомольце», статья так и называлась «За что воевать россиянам против украинцев». В том-то и дело, что не за что, а украинцам есть за что – за свою землю и за свою свободу. А сразу же после начала этой спецоперации – какой мерзкий эвфемизм! – опубликовал уже в Америке (в том числе в вашем «Континенте») статью «Проигранная война Путина» с подробным анализом причин неизбежного фиаско этого горе-вояки. Не хочу повторяться. Кому интересно, легко разыщет эти мои статьи в Инете. Мое пораженчество альтернативного характера: Россия или русские? Третьего не дано. Империя – фетиш, иллюзия, пшик, а россияне – реальность. Империя – ноша, и она не по силам русским и не позарез им. Империя зла – не только для соседних народов, но и для титульной нации. В отсутствие избирательного права, русская история раздваивается на государственную и народную, которые движутся врозь, в параллель, с редкими точками схода.

Игорь Цесарский. Но давайте вернемся к новой книге. Хотелось бы отметить превосходный дизайн киевского издания. Причем, обе обложки – в эстетическом и семантическом плане. Хотя, конечно, это совпадает: изобразительный ряд с текстовым. К примеру, на заднем переплете даны рядышком, в сопоставлении две прежние обложки – с котом в короне нью-йоркского издания, стилизация под таймовскую обложку с портретом персоны уходящего года – и реальная обложка журнала «Тайм» с Person of the Year – Путиным. Чтобы ни у кого не оставалось сомнений кто есть кто в вашем метафорическом романе, как бы автор не открещивался от прямоговорения. Зато на передней обложке помимо Владимира Соловьева на фоне Кота Шредингера с его презентации на Манхэттене идет по вертикали снизу вверх один из первых отзывов на ваш иносказательный роман: ЕСЛИ КНИЖКУ КОГДА-НИБУДЬ ИЗДАДУТ В РОССИИ, ОНА БУДЕТ ЗНАКОМ И ЗЕРКАЛОМ РЕВОЛЮЦИИ. Вопрос не на засыпку, а на затравку: вы на это рассчитываете, Владимир?

Владимир Соловьев-Американский. Хороший вопрос! Точнее три вопроса в одном – тем и хорош. Я люблю такие разветвленные вопросы.  По порядку. Сначала о дизайне: согласен – супер. Спасибо издательству Друкарський двір Олега Федорова и лично издателю, который еще и поэт с философическим уклоном – Олег Никоф, за оперативное, стремительное издание новой книги в непростых военных условиях. Кстати, об условиях издания. Автор отказывается от аванса и роялти в пользу детей – будущего Украины. То же с ценой книги – произвольная, кто во что горазд, все деньги от продажи пойдут в том же направлении – украинским детям.

Теперь, касаемо моего отмежевания от прототипа, особенно наглядно это проявилось в часовой телепередаче о «Коте Шрёдингера», когда автор настаивал на художественном вымысле, а на экране шли кадры с Путиным. «Я честно вам сказал не то, что думал», как у нашего поэта-однострочника Леонида Либкинда? Уточняю: не совсем. Я против буквализменного восприятия многосюжетного и многопроблемного «Кота Шрёдингера», а тем более отождествления литературного персонажа с реальным историческим. Как и сведение романа-трактата к сатире: я – не Соловьев-Щедрин, как меня обозвали. Хотя допускаю, что кой для кого из читателей такое опознание моего антигероя – главное удовольствие, щекотка от прочтения романа. Уповаю, что далеко не для всех. Мой герой, пусть и антигерой, в разы умнее, сложнее, глубже прообраза, с самим Путиным роман сел бы на мель.

Да и как подушка безопасности мое отмежевание образа от натуры (и от натурщика) не сработало, зря старался, и если что меня и спасает (пока что) от агентов мстительного прототипа, то их нейтрализация контрагентами из американских силовых структур. Пусть автор «Кота Шрёдингера» для них не сам по себе, а подсадная утка, но отчасти благодаря мне разоблачена и разгромлена кремлевская малина в Штатах в самый канун войны. Зато в киевской книге все поставлено на свои места, и метафора самого «Кота Шрёдингера» заземлена второй частью «Самоубийство России. Парадоксы Владимира Соловьева» по поводу и округ украинской войны, где вещи названы своими именами, а тем более имена – naming names, как здесь у нас в Америке говорят, а по-ленински срывание всех и всяческих масок, как вождь мирового пролетариата определил метод графа Толстого, плюс три докуновеллы о преследовании автора «Кота Шрёдингера» котом Шрёдингером.

И, наконец, третий вопрос. Нет, расчета на бунт путинских крепостных не было. Помянем русскую историю – многие крепостные были против отмены крепостного права. Аналогично на данном витке истории: российский плебс в большинстве своем поддерживает самозваного лидера. Не приравнивая перо к штыку, полагаю, однако, что «Кот Шрёдингера», прочитанный в России, открыл бы титульной нации глаза на Кота Шрёдингера, уж если пользоваться моим неологизмом – мем в московских слоях, к тому же камуфляж, эвфемизм, эзопова феня. В отличие от своего квантового двойника, бункерный Кот Шрёдингера в рисковом возрасте дожития, неуклонно приближается к тройке кремлевских септуагенариев – Брежневу, Андропову, Черненко, над которыми не насмешничал только ленивый. Если даже Кощей Бессмертный оказался смертным, а тут при старческих и нестарческих, а личных хворях столько вдобавок стрессовых «украинских» переживаний! Это тебе не за амфорами нырять! Нет, неизбежного поражения в Украине путинскому режиму никак не пережить, а свита играет короля, без своей камарильи король голый по Андерсону, а по русской поговорке – гол как сокол.

С «Котом Шрёдингера» в геополитическом контексте русско-украинской войны мы вступаем в сослагательную историю, хотя кто знает? Если один из первых отзовистов предсказал, что изданный в России «Кот Шрёдингера» будет знаком и зеркалом революции, то тем более обогащенное вдвое его киевское издание, если оно попадет в руки солдат, офицеров и гражданского сословия. Украинская авантюра – это агония путинского режима, когда русская империя дышит на ладан, исчерпав все свои человеческие, военные и исторические ресурсы, а потому революция не так чтобы обязательна. Сама загнется. Если «Кот Шрёдингера» поспособствует ускорению этого исторического процесса, автор возражать не будет.

Чикаго – Нью-Йорк

Владимир Соловьев
Автор статьиВладимир Соловьев Писатель, журналист

Владимир Исаакович Соловьев – известный русско-американский писатель, мемуарист, критик, политолог.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..