вторник, 21 декабря 2021 г.

На рынке труда растет спрос на «специалистов по вопросам многообразия»

 

На рынке труда растет спрос на «специалистов по вопросам многообразия»

Мне кажется, что если бы подобные статьи появились в прогрессивных изданиях, то половина американских университетов не набрали бы нужного для их финансового благополучия студентов, ну а любимая партия Кампуса недосчиталась бы пары миллионов голосов. Потому что даже завзятый демократ, который вкалывает за 40 тысяч без продыху, узнав, что эти люди, ничего не делая, получают в 10 раз больше, как минимум, не пошел бы на участок.

На рынке труда растет спрос на «специалистов по вопросам многообразия»

Photo copyright: Quinn Dombrowski, CC BY-SA 2.0

Впрочем, за него правильный почтовый бюллетень всё равно опустят.

(Комментарий переводчика).

Итак:

Сокращение DEI (Diversity, Equity, Inclusion) довольно сложно адекватно перевести на русский. Буквально все слова вроде понятны: Разнообразие, Равенство, Включение, но фактически каждое означает не то, что читатель может себе вообразить. Более того, сторонники этого самого DEI тоже определяют его компоненты несколько по-разному. Так что я попробую дать какое-то общее истолкование с позиций тех, кто защищает все это направление деятельности и добавлю свои короткие комментарии.

Разнообразие – борьба за то, чтобы во всех сферах было как можно больше людей разного типа, главным образом по полу, сексуальной ориентации, расе, религии и др. (но отнюдь не по политическим взглядам – с этим как раз категорически борются, выпалывая отовсюду «консерваторов» по мере возможности).

Равенство – это не то равенство каждого перед законом, которое и так уже давным-давно существует, равенство возможностей (оно определяется словом equality и строго отличается от equity), а равенство результатов: например, доходы белых и черных как групп населения должны быть равны; доля черных и белых в тюрьмах должна быть пропорционально их доле в населении и подобные вещи. Идея в том, чтобы исторически пострадавшим группам как-то компенсировать их отставание.

Inclusion (Включение) лучше перевести, наверно, как Участие – имеется в виду система организации этого самого Разнообразия: все должны на равных участвовать в труде, и этому надо способствовать.

В недавнем обсуждении ситуации «пробуждения» в американских университетах профессор Кимберли Джонсон представила таблицу, в которой показаны данные о заработной плате сотрудников DEI (Diversity, Equity, Inclusion) (Разнообразие, Равенство, Включение) в Университете штата Мичиган (MSU) в 2018–2019 годах.

В нем 82 штатные должности – от скромной зарплаты в 42 000 долларов для помощника по административным вопросам до 408 000 долларов для главного сотрудника по вопросам разнообразия (это чуть выше зарплаты POTUS (Президента Соединенных Штатов Америки), составляющей 400 000 долларов). Общая годовая оплата труда сотрудников DEI в MSU составляет 10,6 миллиона долларов. Не слишком ли много для одного университета?

Количество студентов в MSU составляет около 50 000 человек; штат состоит из 5500 ученых и 7400 администраторов. Так что один специалист DEI должен идеологически обслуживать в среднем 767 человека.

Советский Союз, заметьте, не мог позволить себе такой роскоши.

Например, в 1970 г. численность населения в возрасте 15–59 лет составляла в CCCР 142,6 млн человек; количество оплачиваемых партийных работников («номенклатура») на всех уровнях составляло 99 505 человек. Это 1433 взрослых на одного партийного бюрократа (конечно, точное сравнение невозможно; все цифры здесь и ниже приведены только для демонстрации уровня масштабов).

Если предположить, что не более 20% «аппаратчиков» работали исключительно на «идеологическом фронте», каждый советский бюрократ отвечал за 7,5 раз больше умов, чем их коллеги в MSU. На самом деле, это число было даже больше – в моем университете, в котором учились многие тысячи студентов, был только один оплачиваемый партийный секретарь на полную ставку; все остальное делали бесчисленные «добровольцы», совмещавшие свою основную работу с партийной деятельностью. В Америке нет такого массового «волонтерства» (хотя и есть призывы в этом направлении); бизнес DEI передан в надежные профессиональные руки.

(Мой комментарий: Я не совсем понимаю, почему автор приводит цифры всего населения CCCP и всех партийных работников. Ведь вначале идет речь только об идеологической обработке студентов. Именно их – 50 тысяч.

Очень может быть, что в частных компаниях, которые имеют по 100 тысяч работников по всей стране нет никаких специалистов DEI. T.e., я не думаю, что за основу сравнения стоило брать число жителей в СCСР.

Впрочем, может я чего-то не понимаю и поэтому, неправильно вижу эти сравнения?)

Важно отметить, что эти сотрудники DEI обычно даже не проводят презентации; они их просто организуют. Реальную работу обычно выполняют профессионалы. По данным специального расследования, звезда этого бизнеса, профессор Ибрам Кенди, берет от 10 000 до 20 000 долларов за лекцию.

(Мой комментарий: Этого выдающегося ученого, главного специалиста по КРТ пригласили на штатную должность в наш BU, так что Бостон может гордиться, удалось заполучить самого-самого.

Его главный тезис «антирасизм» постулирует, что любые различия между различными расовыми группами по разным показателям (доход, уровень образования и т.д. объясняются только одним фактором: «белым расизмом» и единственным средством от него является «обратная дискриминация».

Сама по себе «критическая расовая теория» (CRT), лежащая в основе деятельности всех этих «DEI менеджеров» не является теорией ни в каком смысле, который обычно вкладывается в это слово. Она не выдерживает ни малейшей критики, когда сталкивается с какими-то внятными возражениями. Все ее «тезисы» насквозь фальшивы, когда рассматриваются хотя бы на один шаг дальше первоначальных пустых деклараций. Например, как можно доказать, что различия в доходах между черными и белыми объясняются только белым расизмом и дискриминацией? Понятно, что масса других факторов играет тут роль: общий уровень интеллекта, социальные условия, система образования, культурные традиции в семье, неполные семьи (настоящее бедствие для черных), преступность в ближайшем окружении и т.д. Даже если некая дискриминация (которая официально отсутствует около шестидесяти лет) и имеет место, требуется очень серьезное специальное исследование, чтобы определить ее уровень. Но ничего подобного не делается, тезис просто голословно провозглашается.

Или: как доказать, что «скрытый расизм» незримо сидит в каждом белом человеке (но не в черном, что характерно)? Это тем более невозможно (попробуй найди что-то скрытое), разве что с помощью изощренных психологических экспериментов. Но и этого не делается; тезис выдвигается как самочевидный. Или: как относиться к выходцам из Азии, которые в Америке в среднем более успешны чем белые? Этот вопрос приверженцы CRT замалчивают или искривляют как могут: например, заявляют, что они «примыкают» (adjacent) к белым – вроде их нельзя назвать опрессорами, как ненавистных белых, но и нельзя зачислить в свои сторонники, ибо вся конструкция сразу рассыпается. Или: что вообще делать с огромным количеством людей со смешанной расовой идентичностью? Если кто-то наполовину черный, наполовину белый – он «опрессор» или «пострадавший»? Или: если в целях «разнообразия» на работу берут человека меньшей квалификации, но правильного цвета кожи (чем, собственно, и занимаются все борцы за счастье), то это неизбежно понижает качество деятельности компании. Да или нет? Если скажешь «да»-то попадешь в дурацкое положение, защищая практику, ведущую к регрессу в бизнесе (именно это и происходит). Если скажешь «нет» – попадешь в еще более дурацкое положение, отрицая очевидное.

Все эти и многие подобные вопросы никогда открыто и особенно публично не обсуждаются. Как только такие попытки предпринимаются – сторонники CRT либо уклоняются от ответов, либо вообще заявляют, что никакого CRT они не знают, заявляя что это чисто академическая дисциплина, а не повседневная практика и т.п.

Точно так же профессор Робин ДиАнджело с ее концепцией «хрупкости белых» (основа чрезвычайно популярной идеологии DEI «спасения людей» от непризнанных или самоотверженных расистских грехов) в 2021 году взимала в среднем 14000 долларов за выступление, что в два раза больше, чем в 2018 году. Спрос на «правду» быстро растет.

(Ещё один комментарий:

Oб этой красавице и умнице я писал вот здесь

Про умницу я пишу без всякой иронии, на этой очень нужной всем в хозяйстве науке получать такие огромные деньжищи может только умный человек. Остапу Бендеру до профессоров Кенди и ДиАнджело – недосягаемо далеко с его четырёхстами сравнительно честными способами отъёма денег у клиентов.)

Средний уровень зарплаты «Менеджера DEI» составлял 124 383 доллара США (по состоянию на 29 октября 2021 г.). Такая зарплата неплохая вещь для воинов «справедливости», особенно по сравнению со средним уровнем США в 51 470 долларов. Цифры для MSU теперь становятся менее исключительными. Как и во многих случаях в истории, бесстрашные борцы за всеобщую «справедливость» почему-то не совсем равны другим, когда дело касается личного дохода.

Многие консалтинговые компании DEI предлагают свои услуги, добавляя изюминку этому быстроразвивающемуся рынку. Даже их названия отражают богатство проекта, от строгого «Института расового равенства» до делового «Центр управления» и игривых «Две коричневые девушки», которые больше похожи на рекламу эротических развлечений, чем на скучную накачку правильной идеологией.

Если данные MSU и другие приведенные выше цифры нам что-то говорят, то по всей стране есть много тысяч «специалистов DEI» (более точные оценки получить трудно), которые выросли, как грибы после дождя, политые беспорядками лета 2020 года. Кто они?

Проверка на одном из самых популярных сайтов поиска работы, проведенная 24–26 ноября 2021 г., дала следующие результаты (цифры показывают количество буквальных совпадений): «расовое равенство» – 5218; «разнообразие» – 2542; «DEI» – 11 355; «антирасизм» – 3 518 человек; «Включение Равенство Разнообразие» – 19 800 человек. Многие из этих терминов, вероятно, частично совпадают в описании вакансий, но, по безопасной оценке, около 20 000 уникальных должностей. Количество предприятий в США со штатом более 500 человек составляет 42 800. Скорее всего, только крупные компании примерно такого размера могут позволить себе открыть одну-две оплачиваемые должности для сотрудников DEI. Это означает, что примерно половина крупных компаний США прямо сейчас имеют открытые позиции в DEI. (Некоторые компании имеют более одной открытой вакансии.) Однако очевидно, что спрос на 20 000+ специалистов DEI действительно высок – намного выше, чем на «математика» (121), «физика» (1711), «химика» (4 304) и даже «журналиста» (2530).

Я также просмотрел десять случайно выбранных сообщений о должностях в DEI. Шесть компаний требовали степени бакалавра; четыре других – нет. Среди требований к работе были «глубокое увлечение DEI и вовлеченностью сотрудников», «страсть к развитию персонала и DEI в образовании» и «оспаривание предположений и/или потенциальных предубеждений в себе и других».

Практически во всех публикациях говорится, что кандидаты должны обладать «способностью отслеживать и сообщать о показателях программы DEI». Более или менее ясно, что означают эти «показатели»: какой процент определенной расы находится здесь или там?

Особенно показательно было одно объявление: Степень бакалавра специалиста по расовому равенству предпочтительна, но не обязательна.

Вот что требовалось: «Математические навыки: умение складывать, вычитать, умножать и делить… с использованием целых чисел, обыкновенных дробей и десятичных знаков».

Я подумал, что это мудрая компания – они знают, чего ожидать от соискателей, и изо всех сил стараются предотвратить еще более худшую ситуацию.

Что же делают эти «специалисты DEI»? В чем конкретно их работа? Честно говоря, я не могу представить себе повседневную деятельность 82 человек в MSU и тысяч других по всей стране по восемь часов в день, день за днем, месяц за месяцем, год за годом.

Расовые проблемы и конфликты не могут появиться из ниоткуда, превратившись из почти невидимого пять-десять лет назад в быстро развивающийся рынок.

Когда люди занимают оплачиваемые должности без четкой цели, они должны делать все возможное, чтобы продемонстрировать свою полезность и пропагандировать свое существование, как это делает любая бюрократия.

Им следует изобретать новые «расовые» ситуации. Как еще можно оправдать это время и деньги?

Предполагая, что все они могут складывать и вычитать, они должны сложить все случаи «несправедливости» и вычесть из них случаи «справедливости» таким образом, чтобы некоторая несправедливость всегда присутствовала, и им не нужно заботиться при этом, что реально, а что нет.

Эта ситуация прекрасно иллюстрирует, как это работает. Профессор права однажды назвал внезапное появление проблем в сцене из классического фильма ужасов «тараканами, вылезающими из стен дома». Умышленно или нет, но некоторые понимали эту фразу как сравнение меньшинств с тараканами.

Офис DEI сразу же громко заявил об этом, но, что примечательно, когда ошибка была обнаружена, руководство университета не сняло эти совершенно необоснованные обвинения.

Новая армия очень занятых полуграмотных людей занимает места практически повсюду.

Это идеологическое завоевание поддерживается сильными материальными стимулами.

Это лучший способ сделать «равенство результатов» реальным, как это было когда-то в Советском Союзе: все были равны друг другу на минимально возможном уровне бедности и интеллектуальной деградации.

Никакого другого «равенства» в будущем быть не может, если этот процесс не остановить.

Перевод и комментарии Дана Дорфмана

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..