четверг, 7 мая 2020 г.

Валерий Дунаевский | Артиллерия бог войны

Валерий Дунаевский | Артиллерия бог войны

Витольд Шмульян и другие российские математики подтверждали это на фронтах Второй мировой войны. (К 75-летию победы над Германией/75th anniversary of VE Day tribute.)
Московский Парад Победы. 24 июня 1945 г. Советская почтовая марка 1946 г. с лозунгом Артиллерия на Параде Победы.
Советская почтовая марка 1947 г. c лозунгом Артиллерия бог войны!

Предисловие

Невероятный, чудовищный разгром, который понесла советская Красная aрмия в первые месяцы войны с нацистской Германией, приводит к тяжёлым раздумьям. Как могло случиться, что за лето 1941 г. армия потеряла несколько миллионов солдат и офицеров, включая убитых и попавших в плен, а десятки тысяч танков и других единиц вооружения были уничтожены? При этом огромные территории европейской части Союза с населением около 60 млн человек, были оккупированы. Считается, что одним из главных факторов, определивших эти катастрофы, было уничтожение существенной части комсостава Красной Армии в период Сталинских репрессий второй половины 1930х годов.
Невероятными же усилиями и ценой большущих жертв Советскому Союзу, который с лета 1941 г. принял на себя основную тяжесть Второй мировой войны (ВМВ), удалось разгромить силы Германии на восточном фронте и вынудить её подписать в Берлине 8 мая 1945 г. Акт о безоговорочной капитуляции. Даже со слов Сталина это было бы невозможно без колоссальной помощи союзников (Америки и стран Британского содружества), на стороне которых СССР находился последние четыре года войны, период, идентифицированный в Советском Союзе, как Великая Отечественная Война. В свою очередь, 7 мая была подписана капитуляции Германии с союзниками, событие, празднуемое в Европе как V-Day 8 мая.
Понимание американцами в годы войны значимости вклада Советского Союза в разгром Германии (который в настоящее время зачастую затушёвывается нашими СМИ) видно из представленного ниже американского почтового конверта, посвящённому VE Day. Это был один из последних почтовых выпусков с изображением Сталина перед началом холодной войны, характеризовавшейся, в частности, более скрупулёзным вниманием публики к внешней и внутренней политике Советского Союза.
Американский почтовый конверт 1945 г., посвящённый победе над Геpманией.
Англоязычная периодика пестрит материалами, где в основном освящается роль западных союзников в битвах ВМВ, а также стран оси. Изредка появляются там также статьи, проливающие свет на роль Советского Cоюза в этой войне. Так, например, в журнале “World at War. The Strategy & Tactics of World War II” за июнь-июль 2019 г. была опубликована статья о советских снайперах женщинах.
Полагая, что было бы достойным также отдать дань памяти советским командирам, которые были или стали потом известными учёными, я подготовил для журнала статью о нескольких офицерах математиках, принимавших непосредственное участие в боях. Данный материал представляет расширенную русскую адаптацию этой статьи. Главное внимание в статье уделяется В.Л. Шмульяну, как наиболее близко знакомому мне математикy.

Введение

После нападения нацистской Германии на Советский Cоюз 22 июня 1941 г. многие советские ученые добровольно записались в армию. Один из них был Витольд Львович Шмульян, докторант престижного Московского Института Математики им. В. А. Стеклова. Вместе с группой сотрудников института он в начале войны ушёл в одну из московских дивизий народного ополчения и проделал с ней большой боевой путь от Москвы до стен Варшавы. 29 августа 1944 г. ему исполнилось бы 30 лет, но за несколько дней до того он пал смертью храбрых и был в то время похоронен в Праге, предместье Варшавы.
К ноябрю 1941 г. В. Л. Шмульян был произведён в офицеры и занял должность командира топографического разведывательного взвода артиллерийского дивизиона. Он успешно нёс боевую службу и, основываясь на своих знаниях математики, в частности, теории вероятностей, вносил много улучшений в боевую деятельность дивизиона. Это приводило, в частности, к повышению точности и увеличению кучности стрельбы по вражеским целям, что всегда было желательным результатом для артиллерии на поле боя.
Как и В. Л. Шмульян, несколько других советских математиков оказались на передовой во время войны и успешно применяли там свои математические навыки. Среди них были Алексей A. Ляпунов (1911–1973) [1], который впоследствии стал ведущим специалистом по кибернетике в СССР, и будущий академик Юрий В. Линник (1915–1972) [2], который командовал артиллерийской батареей на стратегических Пулковских высотах под Ленинградом. К его работам, относящимся к тонким теоретическим вопросам математической статистики и прикладным вопросам измерения шероховатости поверхностей, мне не раз приходилось обращаться в моей профессиональной деятельности.
Интересно, что упомянутый Алексей Ляпунов, как и Шмульян, тоже служил командиром топовычислительного взвода. Находясь во фронтовой полосе в 1943 г. в районе Курской магнитной аномалии, он впервые разработал артиллерийские расчеты/таблицы с учетом поправки на магнитное отклонение/траекторию артиллерийского снаряда. Это должно было обеспечивать повышенную точность поражения цели.2
Что было беспрецедентным в случае Витольда Шмульянa, так это то, что, несмотря на бремя войны и его обязанности командира, которые он успешно и героически выполнял, он нашел в себе силы продолжить свои научные исследования. Они соответствовали теме топологии линейных пространств, математической дисциплине из области функционального анализа, которая развивалась выдающимся польским математиком Стефаном Банахoм (1892–1945)1 [3]. Свои математические разработки, сделанные буквально в окопах, лейтенант Шмульян отправлял в Академию наук СССР. При поддержке его коллег, в частности, академика Андрея Николаевича Колмогорова, выдающегося математика 20-го века (который также разработал собственные вероятностные методы и таблицы для улучшения точности артиллерийской стрельбы), одна из работ Шмульянa была опубликована летом 1944 года и еще одна посмертно после войны. В современные времена мало известно случаев таких научных подвигов, достигнутых во фронтовых условиях. Один из них связан с именем Карла Шварцшильда (1873–1916), физика и члена Прусской академии наук, который добровольно служил в немецкой армии во время Первой мировой войны. В 1915 году, будучи лейтенантом артиллерии, он дал первое точное решение полевого уравнения относительности Эйнштейна [4].
Моё стремление высветить в данной статье образы советских математиков, служивших на фронте, было встречено в штыки рецензентом одного американского математического журнала, куда я послал статью. В своей рецензии, выполненной, очевидно, на основе очень поверхностного прочтения статьи, он заметил, что это не новость, что математики в разных странах принимали участие в военных проектах и привёл примеры Тьюринга/Turing (в Англии) и Техмюллера/Teichmuller (в Германии). В своём ответе ему я указал, что его примеры не соответствуют профилю, на котором я фокусируюсь, – математиков продолжавших их научную деятельность в боевых условиях. Turing не участвовал в боях, а был вовлечён в расшифровку кодов немецкой шифровальной машины Enigma, работая в условиях относительного комфорта Bletchley Park. В свою очередь нацист Teichmuller, который призывал бойкотировать еврейских профессоров в своём университете в Гёттингене, хоть и был выдающимся математиком и участвовал в боях на восточном фронте, где и погиб в 1943, не был известен тем, что продолжал бы там научную деятельность.

До войны

Витольд Шмульян родился в 1914 году в Херсоне, Украина, городе на Черном море в устье реки Днепр (в настоящее время важный порт и центр судостроительной деятельности). Его отец, Лев Юльевич Шмульян, был адвокатом, а его мать, Изабелла Шмульян, также получила юридическое образование, но в основном занималась воспитанием детей и литературой. У Витольда был брат Теодор, на два года его старше, и сестра Алла [5] (мать автора), которая родилась в 1920 году. Витольд воспитывался в интеллигентной семье; его мать была дочерью известного адвоката в Херсоне, присяжного поверенного Соломона Невельштейна, который играл видную роль в местном отделении кадетской (конституционно-демократической) партии в качестве избирателя в Государственную думу. Оригинальной особенностью литературной деятельности Изабеллы было, в частности, то, что она переложила на стихи некоторые известные русские сказки и пьесы и аранжировала их в форме мюзиклов для детей.
Студенческие годы Витольда совпали с реставрацией Одесского государственного университета. Его бывший профессор математики М.Г. Крейн писал [6], что, когда он встретил Витольда Шмульянa в 1934 году, он уже был самым сильным студентом на своем факультете. В 1936–37 учебном году профессор Крейн начал курс лекций и семинар по темам, касающимся т.н. банаховых пространств. Эта важная математическая концепция была впервые описана Стефаном Банахом и его коллегами в 1920-х годах. По словам Крейна, одним из самых активных участников этого семинара был Шмульян. Он разработал ряд изящных решений в этой области, которые сегодня продолжают изучать и развивaть математики. За очень короткое время, с 1937 по 1941 год, Шмульян опубликовал около двадцати работ. Даже на фронте Шмульян не прекращал свою научную деятельность, некоторые результаты которой были отправлены в Институт Стеклова. Часть из них была опубликована в годы войны в Докладах Академии наук СССР и в её Математическом сборнике. Другая часть осталась в рукописях (двенадцать статей и несколько писем). Тем не менее, вполне возможно, писал М.Г. Крейн, что Шмульян не успел отразить в этих разработках все свои идеи и намерения.
Учитывая математические достижения Витольда Шмульянa, следует помнить, что они произошли в контексте огромных потерь и стрессов в его семье. Чуть более чем за три года до его добровольного ухода в действующую армию, в январе 1938 года, в период “ежовщины,” отец Витольда, тогда известный адвокат и преподаватель права в Одессе, был арестован НКВД (организацией, которая в то время совмещала функции обычной и тайной полиции) по сфабрикованным обвинениям в искажении в его лекциях официальных политических догм. Лев Шмульян, уже не молодой человек с высокой гипертонией, был приговорен тройкой к шести годам каторжных работ в отдаленных северных лагерях ГУЛАГа [5].
В рамках операции Барбаросса страны, присоединившиеся к нацистской Германии, а среди них и Румыния, также приняли участие в нападении на СССР. Румынские войска заняли Одессу в октябре 1941 года. Жена Витольда, Вера Гантмахер, которая сама была признанным математиком, с которой Витольд опубликовал несколько работ, оставалась в Одессе, потому что она отказалась бежать и оставить своих пожилых родителей. Все трое были убиты в гетто под Одессой в феврале 1942 года румынскими фашистами [7]. Брат Веры, Феликс Гантмахер (1908–1964), случайным образом избежал трагического положения его семьи и после войны стал одним из ведущих советских экспертов по механике баллистических ракет.


Воин-математик

Во время службы в армии Витольд Шмульян регулярно переписывался со своим бывшим профессором математики М.Г. Крейном. Представленные ниже выдержки из этой переписки [6] помогают лучше понять характер Витольда. «Вот что писал мне с фронта…Витольд Львович Шмульян… летом 1942 г.: “Пишу это письмо на верхушке церкви. Здесь я веду наблюдение за расположением немецких войск. Утром я был на другом наблюдательном пункте и тоже определял координаты целей…”
[Письмо кончалось] не совсем обычно:
“Скоро пришлю Вам письмо с сообщением моих последних результатов”.
Разумеется, имелись в виду результаты математических исследований, которые В.Л. Шмульян непрерывно вел на фронте в периоды относительного затишья.
16 июня 1943 г. А.Н. Колмогоров, выступая в радиопередаче об учёных, находящихся на фронте, отметил непрекращающуюся научную деятельность Витольда Львовича. Кстати, последняя из опубликованных работ В.Л. Шмульяна была подготовлена к печати также А.Н. Колмогоровым, когда её автора уже не было в живых.
В боях за город Севск в 1943 г. В. Л. Шмульян был награжден медалью ‘За отвагу’, а в 1944 г. за участие в Ковельской операции – орденом Отечественной войны II степени. В наградных листах отмечается, что “лейтенант Шмульян, несмотря на обстрел и бомбардировку вражеской авиации, всегда вовремя производил привязку боевых порядков дивизиона и организацию засечек целей…”
“В боях за г. Ковель, с 7 июля лейтенант Шмульян обеспечил точную привязку боевого дивизиона и засечку целей. По его данным…уничтожено два орудия ПТО, семь станковых и ручных пулеметов, разрушено один НП и два дзота, подавлен огонь двух минометных батарей противника.”
Из фронтовых писем В.Л. Шмульяна, а также из воспоминаний его однополчанина подполковника Г. П. Тарасова [с которым автор познакомился в середине 1960-х годов] возникает живой облик … патриота, воина-математика. Неуёмная жажда знаний, которой он всегда отличался, в армии приобрела еще более глубокий и широкий характер. До армии страстная увлечённость математикой создавала впечатление о нём, как о человеке, отрешённом от ‘суеты мирской’.
Aртиллерист В.Л. Шмульян, став командиром взвода артдивизиона, очень скоро завоевал доверие у своего командования и подчинённых. Он изучил специальную геодезическую литературу (письма с фронта пестрят просьбами о присылке …новых книг в этой области) и поставил всю топо-разведку на серьезную научную основу. Как офицер-воспитатель, он обучил этому делу и своих подчинённых. В условиях фронтовой обстановки он читает своим товарищам офицерам лекции по теории вероятностей. В.Л. Шмульян вносит, и командование принимает ряд его ценных предложений, по вопросам маскировки, устройства ложных огневых позиций огня и т.п.
В письмах ко мне В. Л. Шмульян расспрашивает о новых результатах своих коллег, просит присылать новые книги и монографии по математике. Весной 1942 г. я отправил ему незадолго перед тем вышедшую нашу с Ф. Р. Гантмахером книгу “Осцилляционные матрицы и малые колебания механических систем”. Вряд ли в мирное время В. Л. Шмульян стал бы прорабатывать книгу, столь далекую от его науч­ных интересов. Через некоторое время мы узнали, что он изучил ее от начала и до конца. Мало того, он прислал длинный список необходимых исправлений и уточнений, которые впоследствии были использованы при подготовке второго издания книги в 1950 г.»

Преждевременный конец

Профессор M.Г. Крейн писал далее [6]: «С фронтовой фотографии на нас глядит лицо человека с задорными весёлыми огоньками в глазах. Вместе с тем он вполне понимал всю тяжесть происходящей исторической битвы и допускал, что он не будет “…иметь возможности заниматься математикой … Хотелось бы, чтобы этими вопросами занялся кто-нибудь иной. Было бы очень жалко, если бы мои начинания остановились”.
Начинания Витольда Львовича не остановились. Они получили развитие в трудах нового поколения математиков, а память о талантливом математике и прекрасном человеке живёт в сердцах его друзей. M.Г. Крейн».
29 августа 1944 года ему исполнилось бы тридцать лет, но несколькими днями ранее старший лейтенант Витольд Шмульян героически погиб в предместьях Варшавы и был перезахоронен после войны в Варшаве на советском воинском кладбище. Год спустя его отец умрет, отбывая свой срок в ГУЛАГе. Его мать пережила войну, но потеряла мужа и сына от разных зол; скончалась в 1975 году. Его брат Теодор пережил войну и продолжал свою деятельность инженера котлостроителя. Он скончался в 1998 году, но до сих пор его помнят, как мастера спорта и ведущую фигуру в мире русских шашек. После войны его сестра Алла стала авторитетным врачом-рентгенологом. Она скончалась в 2010 г. в Питтсбурге, США, куда в конце 1970х годов, переехал с семьёй автор статьи и племянник В.Л. Шмульянa, специалист в области прикладной механики. Один из ученых, знавших Шмульянa, заявил: “Благодаря своим работам по топологии линейных пространств, выполненным в 1940-х годах, Витольд Шмульян опередил свое время примерно на 20 лет; возможно, война оторвала от мира нового Лобачевского или Эйнштейна”. Работы Шмульянa, некоторые из которых сразу приняли статус математической классики, не потерялись, но нашли новую жизнь в работах современных математиков и преподаются на университетских курсах [7–10]. А память о замечательном человеке живёт в сердцах его друзей и близких
Хотя окончательное число все еще обсуждается и, возможно, никогда не будет точно определено, во время Второй мировой войны Советский Союз потерял гораздо большее число солдат, по сравнению с войсками союзников. В западных СМИ эти солдаты часто изображаются как интенсивные идеологи или наивные агнцы, которых ведут на убой. Однако, как и в любом конфликте, каждый был человеком с надеждой и мечтами на будущее. Страсть и жизненная деятельность Витольда Шмульян не прекращались, пока его жизнь буквально не была отнята у него. Хотя он погиб на поле битвы, его работа продолжает приносить пользу поколениям математиков, которые последовали за ним. Освещение образа учёного, который несмотря на любые препятствия успешно претворял в жизнь его воинские задачи и научные устремления, является целью этой статьи.
В 1939 году, после присоединения Западной Украины к СССР, Банах занял должность декана физико-математического факультета Львовского университета и одновременно находился на руководящей работе в Институте математики АН УССР (Львовский филиал); также некоторое время по совместительству заведовал кафедрой теоретической механики Львовского политехнического института. В 1940 году был избран депутатом Львовского городского совета.
После захвата Германией Львова в 1941 году во время операции Барбаросса, все университеты были закрыты, а польская интеллигенция, включая университетских профессоров, подвергалась репрессиям и всяческим унижениям со стороны нацистов. В частности, Банах вместе со многими коллегами и его сыном был вынужден работать как “кормитель вшей” в исследовательском институте тифа профессора Рудольфа Вейгла. Работа в институте Вейглa обеспечила многим безработным профессорам университетов и их сотрудникам защиту от случайного ареста и депортации в нацистские концентрационные лагеря.
Независимо от эффективности этих таблиц, которые вероятнее всего не были широко внедрены в армейскую практику во время битвы на Курской дуге, мощный и концентрированный артобстрел, длившийся не менее получаса на всём Kурско-орловском фронте, и начатый советской стороной 5 июля в ранние утренние часы по московскому времени, не имел ожидаемого успеха.
Сообщалось, в частности, что советская сторона не учитывала/не знала того, что немцы действовали по берлинскому времени и, на основании их разведданных, смогли организовать их боевые порядки так, чтобы обеспечить их наименьшее поражение при артобстреле. При этом артподготовка привела к демаскированию огневых позиций русских и неэффективному использованию боеприпасов.
Советское командование было не единственным, которое совершало крупные стратегические и тактические промахи.
Все стороны конфликта сумели в различные периоды войны продемонстрировать колоссальные ошибки, стоившие несчётного количества жизней. Взять хотя бы разгром японцами военно-морского флота США в бухте Пeрл Харбор 7 декабря 1941 г., или сдачу британцами Сингапура 15 февраля 1942 г., в результате чего японцы взяли в плен свыше 80 тысяч солдат и офицеров войск Британского Содружества. Это была крупнейшая капитуляция британских войск в истории. Последнее произошло, как мы знаем, в частности, из-за того, что береговые орудия были направлены в сторону моря, откуда ждали японцев, а они зашли с тыла. Учитывая также все другие факторы, в конечном счёте одну из крупнейших же ошибок совершил сам Адольф Алоизович, который пренебрёг предостережениями Бисмарка об опасности нападения на Россию и ведению войны на два фронта.
В целом же известно, что, хотя потери русских в живой силе и технике (включая танки, артиллерию и авиацию) существенно превысили потери немцев в период Курской битвы с 5 по 23 июля 1943 г., они не были так стратегически важны для Москвы как для Берлина.
Хотя Манштейн и настаивал на возможности и необходимости продолжения атак на Советские позиции для окончательного разгрома российских резервов, Гитлер снял с Курского фронта существенные силы и направил их в Италию, чтобы стабилизировать там обстановку после падения фашистского правительства Муссолини и взятия его под арест, и чтобы противостоять союзникам, высадившимся в Сицилии. Историческая наука считает, что после потерь на Курской дуге, немцы лишились инициативы на Востоке. Таким образом, в результате провала операции германского командования “Цитадель,” Курская битва явилась, как писал фельдмаршал Манштейн, один из командующих операцией, решающим, поворотным пунктом в войне на Восточном фронте.
Библиография
  1. “Алексей Андреевич Ляпунов-краткий очерк деятельности.” Accessed April 26, 2020. http://www.prometeus.nsc.ru/science/schools/lyapunov/about/sketch.ssi.
  2. Ибрагимов, И.И., et al., “Математическая Жизнь в СССР. Юрий Владимирович Линник. (К пятидесятилетию со дня рождения.), Усп. Матем. Наук, т. ХХ, вып. 2 (122), (1965): 221–236. Москва, Наука.
  3. “Stefan Banach.” Accessed May 13, 2019. https://en.wikipedia.org/wiki/Stefan_Banach.
  4. “Karl Schwarzschild.” Accessed May 5, 2019. http://en.wikipedia.org/wiki/Karl_Schwarzschild.
  5. Dunaevsky, V., “A Daughter of the ‘Enemy of the People.’” Xlibris, 2018.
  6. Крейн, М.Г., “Витольд Львович Шмульян. (К пятидесятилетию со дня рождения и двадцатилетию со дня смерти),” Усп. Матем. Наук, т. ХХ, вып. 2 (122), (1965): 131–133. Москва, Наука.
  7. Райков, Д.А., “О Работах В.Л. Шмульяна по Топологии Линейных Пространств,” Усп. Матем. Наук, т. ХХ, вып. 2 (122), (1965): 135–147. Москва, Наука.
  8. Rodrigues, B. and Simons, S. “A Minimax Proof of Krein-Shmulian Theorem,” Arch.Math, Vol. 51, 570–572 (1988).
  9. “Eberlein-Shmulian theorem.” Accessed May 13, 2019. https://en.wikipedia.org/wiki/Eberlein%E2%80%93%C5%A0mulian_theorem
  10. Whitley, R.J. (1967), “An elementary proof of the Eberlein-Shmulian theorem”, Mathematische Annalen, 172 (2): 116–118, doi:10.1007/BF01350091.
Иллюстрации.
Слева: Витольд Шмульян. Справа: Жена Витольда, Вера Гантмахер (тоже математик). 1935 г. Вера вместе с её родителями была убита в гетто под Одессой в 1942 г. Следом – запись на обратной стороне фотографии Веры, сделанная матерью Витольда после войны.
Удостоверение, подтверждающее зачисление Витольда Львовича Шмульяна докторантом Математического института Академии Наук СССР. Москва, 15 октября 1940 г.
От солдата до офицера. Витольд Шмульян осенью 1941 г.
Сертификат с выражением благодарности от командования за боевые заслуги: “Лейтенанту Витольду Львовичу Шмульяну. Вам, участнику боёв за освобождение г. Ковель, за отличные боевые действия приказом Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина объявлена благодарность” (1944 г.)
Командир части /Подпись/
Советская почтовая марка 1944 г. с изображением ордена Отечественной Войны, одной из военных наград Витольдa Шмульянa.
Удостоверение о смерти Витольда Шмульяна, присланное его матери, Изабелле Соломоновне Шмульян. Документ сообщает: “Извещение # 35. Ваш сын, командир топовычислительного взвода, старший лейтенант Шмульян Витольд Львович, уроженец г. Херсона, в бою за социалистическую родину, верный воинской присяге, был мужественно и героически убит 27 августа 1944 г. Он был похоронен в деревне Будковизна Волошинской Глины (Волоция), Варшавского повята (уезда) Варшавского воеводства, Польша. Это извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии (приказ НКО СССР №). Калининский ГРВК-ом. Подпись.
Наверху: Цитата из послесловия ко второму, 1950 г. изданию книги Ф. Р. Гантмахера и М.Г. Крейна о малых колебаниях механических систем, впервые вышедшей в СССР в 1942 г. В цитате авторы благодарят В. Л. Шмульяна за существенные поправки к книге, которые он прислал им с фронта. Книга была переиздана в 2002 г. Американским математическим обществом. Внизу: Обложка этой книги.
Сестра Витольда Шмульяна, Алла Львовна Дунаевская (1920–2010), MD, мать автора, которая работала медсестрой в эвакуационном госпитале в период 1942–1945 гг.
Автор (Валерий Викторович Дунаевский) на распродаже его книги, посвящённой семье Витольда Шмульяна. 2016 г.
Об авторе.
Valery Dunaevsky received his Ph.D.in mechanical engineering in Riga, Latvia. During his professional carrier in the former USSR and later, since 1979, in the USA, he became the acclaimed author of many technical papers and patents. His research has been effectively used in the development of engines, compressors, and brakes. He continues to be a reviewer in the field of lubrication and tribology for several international publications.  He is author of the biographical/autobiographical memoir “A Daughter of the ‘Enemy of the People’” about the life in the USSR during the 1930s–1970s, and the immigrant experiences in the USA. He is also the author of a number of the articles in several online periodicals addressing the anger of the day. He can be reached at valvic833@gmail.com.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..