среда, 9 декабря 2020 г.

Из кремлевского бункера закручивают гайки

 

Из кремлевского бункера закручивают гайки

08 декабря 2020

Президент РФ Владимир Путин на заседании Госсовета по развитию социально ориентированных НКО

Молодой бизнесмен Кирилл Шамалов, когда он был зятем президента, получил 3,8% акций "Сибура", выплатив всего $100. Рыночная цена его пакета могла составить около 380 миллионов долларов. Шамалов оказался замешан в ряде лоббистских историй, активно пользовался офшорными компаниями для своих сделок. Миллионы долларов от компаний с государственным участием получали проекты дочери Путина Катерины Тихоновой. В свободное время супруги украшали свой особняк в Усово и замок во Франции, утверждается в материале сайта "Важные истории", получившего доступ к переписке миллионера.

Дети путинской элиты красиво обустраивают жизнь, а владельцы российского государства делают все, чтобы система коррупции и обогащения была вечной. Администрация президента проводит через Госдуму новый пакет репрессивных законов, якобы направленных против "иностранных агентов", на самом деле ограничивающих НКО, правозащитников, тех, кто проводит протестные митинги или собирается баллотироваться в Госдуму от оппозиции. Власти хотят иметь возможность блокировать Facebook и YouТube, жестко регулировать просветительскую деятельность.

Каким после обнуления становится политический режим в России? Как будет идти закручивание гаек? Что ему может противопоставить общество? Обсуждаем с председателем партии "Яблоко" Николаем Рыбаковым и правозащитником Александром Черкасовым ("Мемориал").

Ведет передачу Михаил Соколов.

Видеоверсия программы

Михаил Соколов: Николай, надеюсь, вы знакомы со всеми последними скандальными публикациями "Проекта" и "Важных историй" о друзьях и родне Владимира Путина, которые невероятно обогатились. На ваш взгляд, это системный коррупционный вопрос?

Николай Рыбаков: Безусловно, конечно, системный. Есть три вещи, которые в любой стране мира способны это предотвратить, это те вещи, которых в России сейчас нет, – это свобода средств массовой информации, независимый парламент, который будет проводить антикоррупционные расследования, и это суд, который будет выносить решения, кто прав, а кто виноват. Ничего этого в России нет, поэтому это происходит совершенно естественным способом, когда правящая верхушка продолжает свое обогащение. Остановить это можем только мы с вами, сама она это не сделает, безусловно.

Михаил Соколов: Как вы прокомментируете официальные заявления, что Путин не собирается реагировать на участившиеся публикации о его личной жизни и здоровье? Можно ли вообще в это поверить, что его не волнует, что каждый день перемывают его косточки, рейтинг снижают?

Николай Рыбаков: Как он может на это отреагировать? Путин предполагал, что он будет руководителем государства 36 лет и это все так и будет продолжаться? Так можно ездить на лошадях, летать стерхом, погружаться. Надо посмотреть на Беларусь и понять, какие выводы нужно сделать для нашей страны. Для меня поразительно, почему власть этого не понимает.

Михаил Соколов: По поводу Беларуси, если мы посмотрим на рейтинги в России Александра Лукашенко, то они достаточно высоки. Поэтому, может быть, это не тот пример, который нужно приводить для российских слушателей и зрителей? Сочувствие к оппозиции действительно выросло, судя по тем социологическим опросам, которые были в последнее время, но все-таки оно не очень высоко по сравнению с рейтингом Лукашенко.

Николай Рыбаков: Можно сравнивать рейтинг многих политических деятелей накануне окончания их политической карьеры. Допустим, Чаушеску не хотелось бы приводить в пример, но помнить об этом надо, к чему приводят рейтинги, которые накануне нам рисуют все совершенно замечательно, а потом все оказывается очень печально, если ты не понимаешь, что нужно уж если не вовремя, то хотя бы в последний момент остановиться, потому что потом тебе такого права никто не предоставит – вовремя остановиться.

Последствия могут быть крайне тяжелые, если не задуматься о том, что необходимо менять политическую систему в стране, выстраивать систему передачи власти, сменяемости власти. Потому что сейчас все делается ровно в противоположном направлении. И это для страны очень опасно.

Михаил Соколов: Выводы как раз по примеру Беларуси, что там не докрутил Лукашенко якобы гайки, допустил до выборов оппозиционного кандидата, всех не побили, всех не посажали, поэтому происходит такая борьба который месяц на улицах.

Николай Рыбаков: Возможно, они делают такие абсурдные выводы. Потому что чаще всего наши власти находятся в плохом учебнике истории и не собираются оттуда выходить, не собираются понимать, что сейчас не 1975 год, а 2020 год, вообще все изменилось. Я понимаю, что они могут этого не понимать. И это их уже ответственность за то, что будет происходить. Но и наша с вами ответственность понять, что мы должны быть готовы к тому моменту, когда власть поменяется. Она поменяется в любом случае. Невозможно в России в XXI веке быть президентом 36 лет.

Другое дело, что Путин с Лукашенко постоянно играют в догонялки, что традиционно. Я встречался перед нашим эфиром с известным белорусским адвокатом Антоном Гашинским, который защищает политических заключенных в Беларуси, это известно и у нас, и в Беларуси, что там все происходит на несколько лет раньше, чем у нас, все политические процессы. Один процесс, Александр Григорьевич решил теперь, наоборот, догнать Путина, он озвучил сегодня, что тоже хочет создать некий надпарламентский большой орган, который будет определять политику в стране, туда и предполагается, что он пересядет, таким образом предположив, что он всех надует и перестанет быть президентом, станет главой другого органа, который все равно будет принимать все решения.

Михаил Соколов: Кстати говоря, сегодня Владимир Путин как президент подписал закон о Госсовете. В России от Госсовета ожидали поначалу чего-то одного, как в Казахстане, а получилось нечто другое, то есть можно сделать все, что угодно.

Николай Рыбаков: Владимир Путин, выйдя на послание 15 января, сообщил свои личные мысли о том, какую систему надо создать, не советуясь с юристами, правоведами, конституционалистами, озвучил Госсовет. Но его невозможно создать в том варианте, который он предполагал, в рамках неизменной части Конституции. Но ведь никто вокруг не может сказать Путину, и в этом беда любого руководителя, когда у тебя рядом нет человека, который подойдет к тебе и скажет: ты неправ, здесь надо изменить. С другой стороны, беда, когда ты уже понял, что ты ошибся с Государственным советом, признать, что это не надо делать и не создавать этот орган. В итоге этой замкнутости либо сейчас создается очень серьезная угроза на будущее, когда создается орган с полномочиями, схожими с полномочиями президента, но не имеющим официальные конституционные полномочия.

Михаил Соколов: Какое-то будущее политбюро, говорили об этом. Теперь опять непонятно, что это такое.

Николай Рыбаков: Это, возможно, повторение 1993 года. Совершенно забыли за всего лишь 27 лет, к чему привело такое противостояние и дублирование функций между президентом и парламентом, решили это повторить.

Михаил Соколов: Вы имеете в виду Съезд народных депутатов, который мог принять к рассмотрению любой вопрос. Кстати говоря, есть еще один пример про Конституционное собрание, которое в Венесуэле устроили, когда проиграли выборы в парламент власти. Тогда они решили, что они созывают Конституционное собрание и объявляют его типа парламентом. Собственно, несколько лет так и прожили, оппозиционный парламент и какое-то Конституционное собрание. В конце концов кончилось все псевдовыборами, которые только что прошли.

Николай Рыбаков: Мы хотим идти по пути Венесуэлы? Я часто с прокремлевскими спикерами сталкиваюсь на передачах, они начинают приводить в пример законодательство Турции для России. Совершенно спокойно можно представить, что Россия с ее достаточно серьезным опытом будет идти по пути Венесуэлы, Турции, еще Северной Кореи. Китай – совсем другая цивилизация, здесь им совсем ничего не светит. Просто полный абсурд, потеря абсолютно рамок, куда мы движемся. В этом огромная ответственность лично Владимира Путина за то, что произошло за этот революционный, можно сказать, год.

Михаил Соколов: Вы сказали об ответственности оппозиции. Предположим, пришли к власти "Яблоко" и какие-то союзники "Яблока", что делать с тем, что действительно эта вся группа людей, которые окружали Путина в вашем родном городе, в Петербурге, воспроизводит себя, расставляет целые семейные кланы в государственных структурах, в государственных компаниях. То есть создается такая сеть путинцев, бенефициаров современного режима.

Николай Рыбаков: Возвращаясь к началу передачи, есть три инструмента, с помощью которых можно это решить, никаким другим способом невозможно. Это суд, которому власть не может давать указания, это средства массовой информации, которые сами проводят журналистские расследования, и это парламент, который проводит парламентские расследования.

Михаил Соколов: Если сохранятся все эти государственные огромные монополии, то, простите, они будут государством в государстве. Что с ними делать?

Николай Рыбаков: Понятно, что это болезненная вещь для страны, которая, безусловно, подлежит реформе.

Михаил Соколов: Знаем одного человека, который проводил приватизационную реформу, Анатолий Чубайс. На днях про него много говорили. Он теперь уже не "Роснано" руководит, а полпред Путина по климату. Это новое назначение – почетная пенсия или реальное дело?

Николай Рыбаков: Это такой символический приз человеку, который привел Владимира Путина из Петербурга, трудоустроил его в управделами президента. Безусловно, постоянно Владимир Путин будет ему за это благодарен, такие незначимые назначения предоставлять.

Михаил Соколов: То есть это приятное предпенсионное назначение.

Николай Рыбаков: Может быть, уже пенсионное, сложно сказать. Это на самом деле серьезная проблема, потому что направление работы по устойчивому развитию в рамках программы ООН могло быть для России очень значимым. Но учитывая репутацию Анатолия Чубайса внутри России, учитывая то, чем эта репутация завоевана, а именно в основном приватизация и "Роснано", приватизация, которая лишила людей возможности стать собственниками и сформировала очень небольшую группу лиц, в руках которой находится собственность страны, после этого "Роснано", которое потеряло в два с половиной раза капитализацию в результате деятельности руководства "Роснано". Вложено было примерно в два с половиной раза средств больше, чем сейчас оценивается "Роснано" на рынке. Все это говорит о неэффективности и ровно противоречащей деятельности устойчивому развитию страны. Поэтому, конечно, никакого устойчивого развития можно не ожидать. Притом что, скорее всего, Анатолий Чубайс будет говорить правильные вещи в области климата, образования и других вещей, которые относятся к Организации Объединенных Наций, к принципам устойчивого развития.

Полный текст будет опубликован 9 декабря

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..