понедельник, 2 декабря 2019 г.

ЦЕРКОВЬ ГЛОБАЛЬНОГО ПОТЕПЛЕНИЯ


Обозреватель «Новой»

32 4112
 
Видеоверсия лекции о религии глобального потепления. Канал Юлии Латыниной / Youtube

«Множество достойных упоминания
авторитетов были убеждены,
что по мере течения времени
погода и климат меняются».

Колумелла, De Re Rustica, I в. н. э.
В течение последних двух тысяч лет человечеству часто говорили, что вот сейчас ему точно каюк. Сейчас будет Апокалипсис, саранча с золотыми венцами и всадники в гиацинтовой броне, засуха, наводнение, звезда Полынь, вода превратится в кровь, — в общем, Конец Света.
Массовые эпидемии, связанные с ожиданием Конца Света, охватывали человечество регулярно.
В V–VI вв., во время глобального похолодания и эпидемий чумы, в результате этих ожиданий верующие массово уходили в пустыню, где стояли на одной ноге в собственных экскрементах, а богатые дамы массово завещали свои состояния церкви, которая одна бралась в такой тяжелой ситуации — разумеется, совершенно бескорыстно — спасти их души.
В XIV в., опять-таки во время глобального похолодания и эпидемий чумы, Европу сотрясали процессии флагеллантов. Эти замечательные люди опирались на серьезное, достоверное, хорошо задокументированное свидетельство. А именно — на Небесное письмо, которое опустилось в присутствии многих свидетелей на алтарь Церкви Гроба Господня в Иерусалиме. В нем говорилось, что Бог разочарован в человечестве. Он уже наслал на него землетрясения, наводнения, засухи, голод, чуму и войны. Он собрался убить его совсем, но в этот момент дева Мария и ангелы упали ему в ноги, и Господь смилостивился. Он сообщил, что если человечество раскается, и верующие пойдут в городах в длинных процессиях, бичуя друг друга, то Конец Света будет предотвращен.
В 1534 году анабаптисты, ожидавшие Конца Света, пришли к власти в Мюнстере. Эти бескорыстные люди немедленно изъяли у неверующих все имущество, которое у тех было, и обобществили жен,
а их Мессия лично рубил на главной площади головы тем, кто был не согласен с месседжем.
Сейчас нам тоже сообщают, что Конец Света близок.
«Мир кончится через 12 лет, если мы не займемся переменой климата», — заявила демократическая социалистка Александри Оказио-Кортес. «Мы стоим в начале массового вымирания», — заявила шведская школьница Грета Тунберг в ООН. Чтобы предотвратить Конец Света, Грета стала прогуливать школу по пятницам, и после того как она выступила в ООН, к ней присоединились миллионы школьников. Последний раз так массово прогуливали школу хунвейбины при Мао Цзе Дуне. Члены Extiction Rebellion, чтобы привлечь внимание мира к вопросу скорого Конца Света, перегораживают улицы Лондона и обливают Казначейство ярко-красным раствором. «Время кончается», — говорят они.
Кончается время уже давно. Так, вице-президент США Альберт Гор в 2000-м предсказал, что мир достигнет точки невозврата через десять лет. Спустя два года тот же Гор заявил, что через пять лет на Северном полюсе растает лед. Принц Чарльз Уэльский в 2009-м заявил, что у нас есть «96 месяцев, чтобы спасти мир». Профессор Columbia University Джеймс Хансен заявил в 1988 году, что к 2000 году Вестсайдское шоссе, которое идет в Манхеттене параллельно Гудзону, «будет под водой»(the West Side Highway will be under water). А программа ООН по защите окружающей среды (UNEP) в 2005-м заявила, что в 2010-м мир увидит 50 млн климатических беженцев. Они даже опубликовали подробную карту, показывавшую, откуда именно убегут несчастные. В 2010 г. оказалось, что население в долженствующих обезлюдить районах только возросло, и ООН по-оруэлловски стерло линк.
Неудача этих предсказаний никого не остановила. Нам продолжают предсказывать засухи и наводнения, тайфуны и ураганы, нам предсказывают, что к концу столетия 400 млн человек окажется под водой, что Сахара расширится и превратит в пустыню прилегающий к ней Сахель, что со дна Ледовитого океана высвободится замороженный там метан, и Земля превратится в Венеру, что будет звезда Полынь и всадники в гиацинтовой броне на конях со змеиными хвостами, и что
предупредить все это возможно, только передав власть над всем миром людям доброй воли из Чрезвычайной Климатической Ассамблеи.
Человечество не первый раз предупреждают, что оно вот-вот погибнет, и, надо сказать, раньше для этого имелись основания.
И в V, и в XIV вв. на людей обрушивались войны и страшные эпидемии. Голод был повседневной частью жизни человечества. Эпидемия чумы при Юстиниане 541–542 гг. уничтожила 25 млн человек. В 1315–1317 гг. голод, наступивший по всей Европе в результате похолодания, унес жизни до 10% населения, а последовавшая за голодом и тоже имевшая в качестве конечной причины похолодания эпидемия чумы обезлюдела Европу так, что в некоторых местах Франции население еще в XIX в. было ниже, чем начале XIV. Во Франции с 1692 по 1694 год голод уничтожил 15% населения, или 2,8 млн человек. Великий Голод 1845–1849 гг. уничтожил четверть населения Ирландии.
Мы вполне можем понять настроения флагеллантов, которые видели неожиданный холод, голод и чуму, обрушившиеся на мир, и пытались как-то обобщить все происходящее.
Но сейчас — впервые за десятки тысяч лет существования человечества — все эти беды ушли в прошлое. Страшные эпидемии кончились.
Как ехидно заметил в своей последней книге Юваль Ноа Харари, в современном мире вас скорее убьет неумеренное потребление гамбургеров, чем голод.
Житель страны первого мира может погибнуть от инфаркта, инсульта, под колесами машины, но вероятность того, что его убьют во время войны ворвавшиеся в его дом мародеры-наемники, равна нулю по всей Европе, не считая Донбасса.
Это радикальное увеличение продолжительности жизни и улучшение ее качества произошло благодаря современным технологиям и рыночной экономике. Однако это-то улучшение пророки Нового Апокалипсиса и называют смертным грехом человечества, которое приведет его к гибели.
Белохвостый орлан Виктор облетает место своего обитания с камерой GoPro. Фото: Reuters
Оказывается, — сообщают они, — современный капиталистический мир в погоне за прибылью сжигает уголь, нефть и газ, выбрасывая в атмосферу миллионы тонн СО2, диоксида углерода. А диоксид углерода — это смертельный яд, который изменяет кислотность океана, и парниковый газ, который вызывает разогрев атмосферы. Вскорости, — объясняют нам, — благодаря неконтролируемой цепной реакции разогрева растения и животные вымрут, уровень моря вырастет на десятки метров, тайфуны и ураганы сметут с лица Земли все живое, и мир погибнет.
Парниковые газы, — говорят нам, — являются главным драйвером климатических колебаний. А происходящее потепление (с 1900-х гг. Земля потеплела приблизительно на 0,8 градусов Цельсия) — это ужасная катастрофа. Остановить эту катастрофу можно, только радикально уничтожив все особенности нынешней проклятой цивилизации (той самой, которую уничтожил голод, эпидемии и войны, и которая изобрела вакцины, самолеты и компьютеры) и передав власть над миром бескорыстным людям доброй воли.
При этом нам объясняют, что, в отличие от Иоанна Богослова, все нынешние предсказания основаны на науке. С наукой, знаете ли, не поспоришь. Наука — это дело серьезное. Это вам не Небесное Письмо, которое опустилось в Храм Гроба Господня при свидетелях.
Ну, раз наука — давайте начнем с науки.
Наука?
Начнем с того, что все самые громкие недавние события, связанные с глобальным потеплением, — будь то выступление Греты Тунберг или The Green New Deal Оказио-Кортес, которая будет стоить каждому домохозяйству по 600 тыс. долларов, — к науке не имеют никакого отношения. Точно так же не имеет отношения к науке Extinction Rebellion, которое было основано в результате откровения, полученного в ходе наркотического трипа, и которое требует объявить «климатическую чрезвычайную ситуацию» и передать власть «Ассамблее граждан по климату и экологической справедливости».
Ученые так себя не ведут. Никто не перекрывает дороги в поддержку теории относительности и не выходит на демонстрации с лозунгами «Даешь закон Ома».
Экоактивисты блокировали административные здания Берлина на одноименной акции «БлокируйБерлин!» в октябре 2019 года. Фото: @xrBraunschweig / Twitter
Зато они имеют прямое отношение к стандартному набору приемов пропаганды, с помощью которых небольшое, но агрессивное и тесно сплоченное меньшинство пытается навязать свою идеологию всем окружающим. Такое меньшинство давит на окружающих, агрессивно продвигая свои идеи и одновременно уничтожая репутацию и создавая трудности для любого человека, который осмелится им противостоять. Научные идеи не распространяются такими путями.
Такими путями распространяются религии и тоталитарные идеологии, которые в наше время часто называют себя наукой. «Наукой» называл себя, в частности, научный коммунизм. Более того, в Советском Союзе существовал стопроцентный консенсус ученых, профессоров и академиков, согласно которому научный коммунизм являлся наукой.

CO2 — это не яд, а строительный кирпич жизни

Вы мне скажете на это: тут дело серьезней. Если не ограничивать количество CO2 в атмосфере, то мир погибнет. Вот как один из активистов Extinction Rebellion описывает свои чувства. «Когда я начал читать эти академические статьи, которые спокойно и без эмоций рассказывали, как будет выглядеть потепление на 3 градуса, что случится с людьми и целыми экосистемами, я не мог поверить в это. Это оставило меня в состоянии некой спокойной паники, и все изменилось». (As I began to read these academic papers, which calmly and without emotion described what 3C warming would look like, what would happen to people and entire ecosystems, I could not believe it. It left me with a calm sort of panic and everything changed).
А вот Грета Тунберг. «Люди страдают, умирают. Разрушаются целые экосистемы. Мы стоим в начале массового вымирания. А вы говорите только о деньгах, кормите нас сказками о непрерывном экономическом развитии. Как вы смеете?» «Вы — воплощение зла».
«Трудно спать ночью, когда твоя ежедневная работа касается конца человеческой цивилизации». (When the end of human civilization is your day job, it can be hard to sleep at night) — с таким душераздирающим подзаголовком вышла статья журналиста Джона Ричардсона в Esquire.
На это я отвечу вам так. Господа, можете расслабиться. Мир не погибнет.
Акция «Гринпис» в Германии. Фото: Reuters
Представим себе для простоты, что исполнились самые страшные прогнозы климатических алармистов, и что человечество сожгло весь уголь, и содержание CO2 в воздухе поднялось в 10 раз.
Ну и?
В истории Земли уже был период, когда содержание СО2 превышало нынешний почти в 20 раз. Это был кембрий. А в девоне содержание CO2 было в 12 раз выше. Как мы знаем, планета тогда не сварилась, и жизнь не погибла. Ровно наоборот, это было время, когда она расцвела.
Биосфера была громадной. Биомассы на Земле было в разы больше. Как раз в девонский период на суше начали расти деревья. К сожалению, в девоне еще не существовало древоразрушающих грибов-ксилотрофов, энзимы которых умеют расщеплять лигнин. В переводе на русский — деревья еще не гнили. Вместо этого они превращались в уголь и нефть, изымая CO2 из атмосферы. Сейчас мы возвращаем в атмосферу изъятый из нее в начале появления биосферы CO2, и это самым благоприятным образом на ней сказывается.
За последние три десятилетия спутниковых наблюдений, по мере того как CO2 становится больше, три четверти планеты стали более зелеными. Т. н. GPP, Gross Primary Production, показатель, который измеряет ежедневную продуктивность биосферы, возрос к 2008 году, за 20 лет, на 6,2 % и продолжает расти.
Мы не можем вернуть в атмосферу весь CO2, который был в ней в начале жизни. Дело в том, что, так как CO2 является основой жизни, его пользовали не только деревья. Многие морские организмы научились конструировать из CO2, растворенного в воде, и кальция свои панцири и ракушки, и по мере того как эти ракушки, отмирая, осаждались на дне океана, этот CO2 изымался из оборота.
Каждый раз, когда вы глядите на нашу белокаменную Москву, построенную из известняка, или на мраморные колонны Парфенона, или на бесплодные Иудейские горы над Мертвым морем, или пишете мелом на классной доске, — вы глядите на квадриллион тонн углерода, изъятого из атмосферы подобным образом, особенно в меловой период, — и, к сожалению, без всяких гнилостных грибов научившихся переваривать известняк.
В результате жизнь на планете Земля едва не убила себя. В разгар последнего оледенения содержание CO2 в воздухе упало до 180 ppm, а к началу XIX века оно составляло 280 ppm. Нижняя граница, при которой перестают расти многие растения, составляет всего 150 ppm. Еще несколько миллионов лет осадочных отложений — и жизнь на Земле прекратилась бы сама собой.
Как говорит один из основателей Гринписа Патрик Мур, «Эмиссия диоксида углерода человеком спасла жизнь на Земле от неминуемого голода и вымирания из-за нехватки CO2. Если использовать аналогию атомных часов, если считать, что возраст Земли — 24 часа, мы находились в 38 секундах от полуночи, когда мы обратили вспять тренд Конца Света». (Human emissions of carbon dioxide have saved life on Earth from inevitable starvation and extinction due to lack of CO2. To use the analogy of the Atomic Clock, if the Earth were 24 hours old we were at 38 seconds to midnight when we reversed the trend towards the End Times. If that isn’t good news I don’t know what is. You don’t get to stave off Armageddon every day).
Еще раз. Большую часть существования Земли содержание CO2 в воздухе было гораздо больше, чем сейчас, и никаким Армагеддоном это не кончилось.
Если вы не верите мне, поверьте профессиональному метеорологу Джозефу Д’Алео, бывшему председателю Комитета по анализу и прогнозу погоды в Американском метеорологическом обществе, основателю Метеорологической службы на The Weather Channel. В своей статье «12 вещей о глобальной перемене климата, которые вы не прочтете в прессе», д’Алео, в частности, напоминает, что «В настоящий момент содержание CO2 в атмосфере Земли является минимальным по сравнению с прошлыми климатическими и геологическими эпохами. В частности, в Кембрии, 550 млн лет назад, в атмосфере было почти в 20 раз больше CO2, и ни к какому «цепному парниковому эффекту» это не привело». (Reconstruction of paleoclimatological CO2 concentrations demonstrates that carbon dioxide concentration today is near its lowest level since the Cambrian Era some 550 million years ago, when there was almost 20 times as much CO2 in the atmosphere as there is today without causing a “runaway greenhouse effect”).
Поверьте, если можно, известному американскому физику и принстонскому профессору Вильяму Хапперу, который напоминает нам, что то содержание CO2 в воздухе, которое имелось в конце XIX века, опасно близко к нижней границе, за которой невозможна жизнь на Земле.
Вместе с тем высшая граница, которая неудобна человеку, установлена ВМФ США в 8000 ppm, а NASA считает, что если космический полет превышает 1000 дней, то концентрация CO2 на космической станции не должна превышать 5000 ppm. Нынешняя цифра — 407 ppm — пока значительно меньше не то что предельных, но и оптимальных для биосферы показателей.
Поверьте, если можно, нобелевскому лауреату, физику Ивару Гиверу, который напоминает, что «растения оптимизированы под гораздо более высокую концентрацию диоксида углерода». (Plants have a system which is geared to the much higher consentration of carbon dioxide).
 И именно поэтому единственный достоверно наблюдаемый эффект от увеличения концентрации CO2 на сегодняшний момент — это озеленение планеты. С 1981 г. три четверти планеты стали значительно более зелеными, а урожаи выросли на 95 процентов, что внесло свою понятную лепту в борьбу с голодом. Как замечает пекинский профессор Зайчун Чжу, это как если бы на Земле появился новый зеленый материк размером в два США.
Я рекомендую вам статью самого Чжу в Nature, данные NASA или, например, недавнюю статью 2019 года в Nature Chen et al, которая написана на специфическом новоязе «потеплителей» и поэтому называется Vegetation structural change since 1981 significantly enhanced the terrestrial carbon sink или «Структурные вегетационные перемены с 1981 года существенно увеличили наземные поглотители углерода». На мой взгляд, это совершенно прекрасное название, потому что, вдумайтесь: в какой параллельной реальности живут люди, которые не могут написать слово «деревья» и называют озеленение планеты «увеличением наземных поглотителей углерода».
Еще раз. Когда кто-то вам скажет, что количество CO2 в атмосфере увеличится, и мы все сваримся, как в скороварке, то попросите говорящего это человека объяснить, как так получилось, что мы все не сварились в этой скороварке 500 млн лет назад в Кембрии, когда CO2 в воздухе было в 20 раз больше.
Когда вам объясняют, что CO2 — это яд, загрязнитель и отравляющее вещество, это неправда. Это необходимое для биосферы вещество, которое находилось в ней в жесточайшем дефиците, потому что биосфера едва не убила себя. И после того как человек стал возвращать это вещество в биосферу, началось то, что, по по удачному выражению Матта Ридли, является не Глобальным Потеплением, а Глобальным Озеленением.

Если научные модели не соответствуют действительности, значит, они не научные

Наc постоянно пугают научными моделями, согласно которым температура повысится на один, два, три и так до бесконечности градусов.
У этих моделей есть только одна проблема. Они не соответствуют наблюдаемой действительности.
Вернемся опять к выступлению нобелевского лауреата Ивара Гивера в 2012 г. Он приводит очень простой пример.
За 100 лет, с 1900 по 1998 год, — говорит Гивер, — концентрация CO2 увеличилась с 280 ppm до 380 ppm. И за это же время температура выросла на 0,8°С. Есть ли тут причина и следствие? — спрашивает Гивер. Но это очень просто, — отвечает он.
С 1998 г. и до времени выступления Гивера прошло 14 лет. CO2 в воздухе за это время поднялся до 396 ppm. Cогласно простому вычислению температура должна была подняться на 0,1 градуса. Но она опустилась. Значит, все эти модели можно отправить туда же, куда и предсказание Джеймса Хансена о том, что с 2000-го Вестсайдский Хайвей окажется под водой.
То, что потепление 90-х годов остановилось, признавал в частной переписке в 2005 г. один из духовных наставников «потеплителей», глава CRU UEA профессор Фил Джонс. Он писал 5 июля 2005: «Мир похолодал с 1998 г.» (the world had cooled from 1998). В 2013 году это пришлось признать IPCC. Когда они выпускали свой 5-й отчет, они признали, что за 15 лет с 1998 г. потепление составило 0,05 процента.
Более того, для того чтобы сказать, что модели «потеплителей» не соответствуют действительности, не нужно было ожидать остановки потепления. Это же самое в 1990-х годах отмечали двое других крупнейших ученых — Фредерик Зейтц, (Frederick Seitz), один из основателей физики твердого дела и глава американской академии наук с 1962 по 1969 год, и астрофизик Роберт Ястроу (Robet Jastrow) — человек, который командовал высадкой на Луну и был основателем Годдардовского института космических исследований.
Зейтц и Ястроу писали еще в 2001 г.: «Мы находим, что наука ясно свидетельствует о том, что глобальное потепление за последние 100 лет вряд ли обязано большей своей частью человеческой деятельности». (We find the scientific evidence clearly indicates the global warming in the last 100 years is likely not due mostly to human activities).
Почему? Очень просто. Дело в том, что пресловутое потепление на 0,8 градуса Цельсия в ХХ веке происходило в два этапа. Сначала — приблизительно полградуса с 1910 по 1940 год, и потом другие полградуса — с 1970-го по 1990-е. А между 1940-м и 1970-ми температура падала. Зимы были очень холодные, что было большим счастьем для России, потому что
Гитлер планировал кампанию в расчете на теплый климат 30-х годов и попал под страшную зиму 1941 г., когда синтетическое топливо в баках танков разлагалось на составные части.
Температура с 1940-х по 1970-е падала так, что один из основателей современной климатологии и первый глава CRU UEA Хуберт Лэмб объявил о наступлении нового ледникового периода. Зейтц и Ястроу указывают, что эта фактическая картина 30-летних колебаний температуры в ХХ в. никак не соответствует теории, что весь ХХ век температура росла из-за увеличения CO2 в атмосфере. Парниковый эффект не может приводить к тому, что температура падает. При парниковом эффекте она может только расти.
Итак, наблюдаемая картина изменений климата за последние 120 лет физически не соответствует моделям, которыми нас пугают. Зато она примерно соответствует другому: она примерно соответствует тому, как колебалась температура, начиная с 1830-х годов. Именно 1830-е годы многие ученые — например палеоклиматолог Шервуд Идсо — считают временем конца малого ледникового периода.
Речь идет о приблизительно 30-летних колебаниях потихоньку возрастающей температуры, связанных с солнечным циклом. С 1830-х по 1870-е — потепление, с 1870-х по 1910-е — похолодание, с 1910-х по 1940-е — потепление, с 1940-х по 1970-е — похолодание, с 1990-го по 1998-й потепление — и все это с легким возрастающим трендом.
Если модель не соответствует фактам и не делает правильных предсказаний, значит, эта модель несостоятельна. В науке по-другому не бывает. Вера в предсказания, которые не оправдались, характерна для совсем другой области человеческой деятельности. К примеру, апостолы Христа в I в. н. э. уверенно предсказывали его Второе пришествие при собственной жизни. Эти предсказания не оправдались ни в первые 20 лет, ни в 1000 лет, ни в 2000 лет. Но на веру людей это несоответствие модели фактам не повлияло. Точно так же — поразительным образом — на веру людей в Ужасное Антропогенное Потепление не влияет ни провал пророчеств о Вестсайдском шоссе, покрытом водой, ни провал пророчества о 50 млн климатических беженцев к 2010 году, ни даже сам признанный IPCC факт «остановки» в потеплении.
Средняя температура, предсказанная моделью (красная линия) — и реальные данные спутников и земных измерительных приборов (голубые и зеленые точки)
Источник графика. Цитируется по источнику.

Климат всегда меняется

Климат Земли — это нелинейная динамическая система, которая зависит от многих факторов и меняется постоянно. Единственной неизменной чертой климата является его изменение. На Земле были периоды, когда она замерзала вся, а были периоды, когда можно было на полюсе выращивать помидоры. Более того, на исторической памяти человечества были периоды, когда на Земле было теплее, чем сейчас. Это был Климатический Оптимум Голоцена (7–3 тыс. лет до н. э) и Теплый Римский Период (I в. до н. э. — III в. н. э.). В Средневековый Теплый Период (IX–XIII вв. н. э.) было так же или почти так же тепло, как сейчас.
Все эти теплые периоды характеризовались одной деталью, о которой нам часто забывают напомнить. А именно, когда на Земле становится теплее, это потепление касается прежде всего умеренных и высоких широт, и не летних, а зимних температур. Очень хорошо это сформулировал Фримен Дайсон. «Теплеет не там, где тепло, а там, где холодно».
Фримен Дайсон — один из самых выдающихся физиков современности. Если вы занимаетесь квантовой электродинамикой, наверняка слышали о сериях Дайсона, а если вы читаете научную фантастику, то вы могли в ней наткнуться на Сферу Дайсона. В отличие от Ивара Гивера, Фримен Дайсон в свое время не получил со своим коллегой Ричардом Фейнманом Нобелевку за квантовую электродинамику, потому что Нобелевку дают только троим. Бедный Дайсон был четвертым. Но все равно это гигант.
Дайсон говорит простую вещь. «Да, конечно, потепление происходит. Я был год назад в Гренландии и видел его своими глазами. И оно очень зрелищное, и ледники тают, и все дела. Но есть некоторые вещи, которые меня успокаивают. Во-первых, людям в Гренландии оно очень нравится. Они говорят, что оно сделало их жизнь куда легче».
Дайсон приводит в пример Гренландию.
Я, если можно, приведу другую, хорошо знакомую многим страну — Швейцарию. Это очень богатая страна, с мягким климатом, с теплыми зимами, с плантациями винограда, а теперь и киви вдоль горных склонов. И вы будете поражены тем, как часто жители Швейцарии будут вам говорить: «Раньше мы были очень бедной страной». И это правда. Швейцария в Средние века была одной из самых бедных стран Европы. Почему? Потому что было холодно. И наступающие ледники перемалывали дома, деревни и поля. Я процитирую вам некоторые фрагменты из книги климатолога Брайана Фагана The Little Ice Age.
В 1616 году правительственный чиновник посещает деревню Ла Розьер, «Громадный ледник La Rosiere, — пишет наш чиновник, — то и дело бунтует, мечется и спускается вниз… 8 домов, 7 амбаров и 5 небольших сараев были полностью разрушены и уничтожены» (The great glacier of La Rosiere every now and then goes bounding and thrashing or descending…There have been destroyed 43 journaux of land with nothing but stones and 8 houses, 7 barns and 5 little granges have been entirely ruined and destroyed).
Тот же чиновник навещает деревню la Bois. Там «еще стоят шесть домов, все необитаемые, не считая двоих, в которых проживают какие-то несчастные женщины и дети… Над деревней, примыкая к ней, нависает великий и ужасный ледник огромного и неисчислимого размера, который не обещает ничего, кроме уничтожения домов и земель, которые еще остались» (where there are still six houses. all uninhabited save two, in which live some wretched women and children…Above and adjoining the village there is a great and horrible glacier of great and incalculable volume which can promise nothing but the destruction of the houses and lands which still remain).
Нынешний благословенный курорт, деревня Шамони, между 1627 и 1633 годами потеряла треть земель от лавин, ледников и снега, и все остальные земли были под угрозой. В 1575 г. ее описывали как «место, покрытое ледниками… часто поля полностью сносит и пшеницу уносит в поля и на ледники». В 1642-м ледник Des Bois «продвигался на один мушкетный выстрел каждый день, даже в августе».
К этому времени на ледяном фронтире давно не сажали пшеницы — только овес и немного ржи на полях, которые большую часть года были покрыты снегом. «Люди здесь так мало едят, что они темны и несчастны и, кажется, только наполовину живы». В 1715 году деревня Le Pre-du-Bar была погребена ледником.
Объясните мне, почему потепление — это плохо?
Как так получилось, что нам сумели внушить, что это будет очень здорово, если ледники опять будут перемалывать дома и поля? Как получилось, что швейцарские священники, которые с XVII века молились об остановке ледника, недавно обратились к Папе Римскому за разрешением молиться о его возвращении? Они опять хотят, чтобы он перемалывал поля и дома? Чтобы вместо киви и винограда на занесенных снегом склонах вымокала развеиваемая по ледникам рожь?
Вы скажете: неужели потепление сказывается только в умеренных широтах, и неужели оно не сказывается на югах? Ответ: сказывается.
Напомню, что такое потепление. Это когда тают ледники. Как следствие — в атмосфере становится больше влаги. И как следствие — те южные регионы земного шара, которые являются засушливыми, становятся пригодны для земледелия. Я уже упоминала Климатический Оптимум Голоцена, 7–3 тыс. до н. э. В Оптимум Голоцена рис в Китае сажали на месяц раньше, чем сейчас. А в Сахаре — а в Сахаре текли реки.
Именно это и происходит сейчас. Отчет ООН по Африке за 2008 сообщает, что граничащие с Сахарой части Мали, Мавритании и Чада, т. е. Сахель, с 1982 по 2003 год позеленели на 50%. В Буркина-Фасо земледельцы, оставившие свои земли и бежавшие к побережью после страшных засух 70-х годов, возвращаются обратно. Урожаи выросли на 70 %, теперь в стране больше деревьев и больше зелени для скота. Точно так же позеленела пустыня Калахари. Большой привет ООН, который сообщал нам в своих предсказаниях о миллионах климатических беженцев из Сахеля и Калахари.
Ребят, нас правда пугают тем, что под Москвой будет расти черешня, а в Сахаре — пшеница?

Консенсус и скептики

У «потеплителей» есть удивительный аргумент. Они все время говорят, что существует некий «научный консенсус», и что все ученые согласны, что а) планета стремительно теплеет; в) это плохо; с) это связано только с деятельностью человека. А те, кто не согласен, это не ученые.
Для несогласных изобрели даже специальное словечко, deniers, т. е. «отрицатели». Holocost deniers — так называют тех, кто отрицает холокост. Это словечко уравнивает сомневающихся с нацистами.
Есть для них другое презрительное название — «скептики». Если вдуматься, это еще более странное слово. Ученый по определению должен быть скептиком. Он должен уметь сомневаться. Как получилось, что то свойство ума, которое необходимо ученому, вдруг стало бранным? И не проще ли тогда вместо «скептики» и «денайеры» говорить просто — еретики?
Так вот. Спешу сообщить вам, что пресловутого консенсуса отнюдь нету.
К примеру, недавно, 23 сентября 2019 года, в разгар климатической истерики, 500 ученых, работающих в области климатологии и смежных наук, направили в ООН письмо: «Общераспространенные модели, на которых основана сейчас международная политика в отношении климата, несостоятельны. Это жестоко и поспешно — требовать бросить на воздух триллионы на основании результатов этих несовершенных моделей. Нынешняя климатическая политика бессмысленно и жестоко подрывает экономику». (The general-circulation models of climate on which international policy is at present founded are unfit for their purpose. Therefore, it is cruel as well as imprudent to advocate the squandering of trillions on the basis of results from such immature models. Current climate policies pointlessly, grievously undermine the economic system, putting lives at risk in countries denied access to affordable, continuous electrical power.We urge you to follow a climate policy based on sound science, realistic economics and genuine concern for those harmed by costly but unnecessary attempts at mitigation).
Среди подписавшихся: профессор Гус Берхут (Guus Berkhout) из Нидерландов, профессор Ричард Линдзен из США, профессор Рейналь дю Бержер (Reynald Du Berger) и профессор Джеффри Фосс из Канады, профессор Ингемар Нордин (Ingemar Nordin) из Швеции, профессор Альберто Престинцини (Alberto Prestininzi) из Италии, профессор Бенуа Ритто (Benoît Rittaud) из Франции и т. д.
Все эти ученые утверждают, что никакого Конца Света не предвидится, что никакой климатической чрезвычайной ситуации, которую можно предотвратить, только передав власть над миром Ассамблее экологической справедливости, нет.
Они утверждают, что нынешнее потепление вызвано как антропогенными, так и естественными факторами, что потепление происходит гораздо более медленными темпами, чем предрекают так называемые «научные модели» климатических алармистов, что вся громадная бюрократия и группы интересов, образовавшихся вокруг учения о глобальном потеплении, основаны на неадекватных и опровергнутых фактами моделях. Они также напоминают, что CO2 является основой жизни на Земле, что его увеличение ведет к увеличению биомассы, и что наблюдающееся потепление, вопреки утверждениям алармистов, не привело к увеличению природных бедствий.
«Не существует никакой чрезвычайной климатической ситуации. Тем самым нет повода для паники и беспокойства». (There is no climate emergency. Therefore, there is no cause for panic and alarm. We strongly oppose the harmful and unrealistic net-zero CO2 policy proposed for 2050).
Вы удивитесь — почему вы ничего не слышали об этом письме, зато вы каждый день слышите в новостях о Грете Тунберг или об Extinction Rebellion?
Ответ: потому что современным Западом правит левый истеблишмент, и 90 % СМИ отражают левые взгляды. Это еще одна удивительная особенность экобольшевиков. Нам все время подают эти движения как некий протест, как некую перманентную революцию, как у Троцкого. Но на самом деле преследовать в XXI веке капиталистов за то, что они уничтожают планету, — это так же обязательно, выгодно и общепринято, как в XIV веке преследовать ведьм. Каждому, кто попытается возвысить свой голос против этих преследований, не поздоровится.

Ученые против потепления

Так вот, возвращаясь к ученым, — как к тем, которые подписали письмо, так и к тем, которые письма не подписывали, но разделяют их позицию.
Некоторых из них я уже называла. Это, например, Ивар Гивер (Ivar Giaever), нобелевский лауреат по физике за работы по туннельному эффекту в твердых телах. Я рекомендую посмотреть его выступление 2012 года на встрече нобелевских лауреатов в Lindau. Оно начинается словами: The Global Warming have become a new religion, because you can’t discuss it. And that can’t be right («Глобальное потепление стало новой религией, потому что вы не можете его обсуждать. Это не может быть правильным»). Оно кончается словами: «Is climate change pseudoscience? If I’m going to answer the question, the answer is: absolutely («Является ли изменение климата псевдонаукой? Ответ: абсолютно да».
Я уже цитировала одного из самых выдающихся современных физиков Фримена Дайсона, а также Фредерика Зейтца, одного из основателей физики твердого дела и главу американской академии наук с 1962 по 1969 год, и астрофизика Роберта Ястроу, основателя Годдардовского института комических исследований. Одна из вещей, о которых писали Зейтц и Ястроу, — это отсутствие в атмосфере greenhouse fingerprint, т. е. парникового отпечатка пальцев.
Смысл тут вот в чем. Потепление, происходящее из-за парникового эффекта, можно отличить от других типов потепления ровно потому, что парниковый эффект нагревает высокие слои атмосферы. CO2 абсорбирует тепло, излученное с поверхности Земли, это тепло нагревает атмосферу, и нагретая атмосфера потом излучает часть тепла на поверхность Земли, нагревая ее. Это и есть парниковый эффект.
Ключевое звено в этой цепочки абсорбции тепла — как раз потепление в самой атмосфере, а вот оно-то и отсутствует. Спутники и стратосферные зонды измеряют температуру атмосферы, и они не видят потепления атмосферы. (A warming trend in the atmosphere is the fingerprint of the greenhouse effect. What do the temperature measurements tell us? Satellites and high altitude balloons have been monitoring the temperature of the atmosphere throughout the 1980s and 1990s, and they show no warming trend. The greenhouse fingerprint is missing). Я сама, понятно, ничего не понимаю в спутниках, но, согласитесь, основатель Годдардовского института в них должен разбираться.
То же самое отсутствие сигнала от парникового эффекта отмечал еще один выдающийся скептик Фред Сингер, бывший директор Center for Atmospheric and Space Physics. Сингер — это человек, который в 1962 году был основателем и первым директором службы метеорологических спутников, являющейся сейчас частью National Oceanic and Atmospheric Administration. Он был пионером спутниковых наблюдений для предсказания погоды.
Сингер — это архиеретик и архискептик, о котором «потеплители» говорят примерно то же, что кремлевская пропаганда о Навальном. При этом Сингер, как и абсолютное большинство упомянутых выше ученых, и ваша покорная слуга вслед за ними, не сомневается, что сам по себе парниковый эффект существует и, да, вносит определенную долю в изменение климата, почему нет? Просто не надо из мухи делать слона.
Взгляды Сингера прекрасно изложены в небольшой статье, которая называется What To Do about Greenhouse Warming: Look Before You Leap. Она была опубликована в журнале Cosmos в 1992 г. и нисколько не устарела.
В ней говорится, что «Научная база парникового потепления включает в себя некоторые факты, кучу неопределенностей и самое обыкновенное незнание». (The scientific base for greenhouse warming includes some facts, lots of uncertainty, and just plain lack of knowledge).
Что наблюдаемое потепление (напомню, статья написана в 1992 году) может быть просто выходом из малого ледникового периода, что оно приходится в первую очередь на умеренный климат, на зиму и на ночь, что скромное потепление, ожидаемое в будущем столетии, не будет превышать обычных ежегодных колебаний, и что «жесткие, поспешные и особенно односторонние шаги, предпринятые с целью противодействия парниковому эффекту, будут стоить рабочих мест и процветания и увеличат человеческую цену глобальной нищеты, не будучи притом эффективными» (Drastic, precipitous and, especially, unilateral — steps to delay the putative greenhouse impacts can cost jobs and prosperity and increase the human costs of global poverty, without being effective).
Как на грех, именно эта статья в глазах «потеплителей» оказалась самой чудовищной ересью Сингера. Его черным преступлением, сравнимым только с грехопадением Евы и предательством Иуды Искариота.
Дело в том, что у этой статьи было еще два соавтора. И одного из них звали Роджер Ревелл. Ревелл был профессором Гарварда, основателем Института океанографии Шиппса и учителем вице-президента США Альберта Гора — того самого пророка Глобального Потепления, фильмом которого — «Неудобная правда» — в обязательном порядке промывали мозги европейским школьникам, несмотря на то что Британский Верховный суд обнаружил в фильме 9 научных ошибок. За этот фильм с 9 ошибками Гор получил Нобелевскую премию мира.
Так вот, когда апостола Гора — того самого, который утверждал, что мир кончится в 2016 году, — спрашивали: а какие, собственно, ваши научные источники, Гор бил себя в грудь и говорил, что его гуру был сам Роджер Ревелл, который действительно первым в 1950-х гг. провел эксперименты, доказывавшие существование парникового эффекта.
Естественно, Гора ткнули носом в эту статью. К этому времени объявить Ревелла очередным еретиком было неудобно — Гор слишком много рассказывал о своей духовной стажировке у него. Поэтому Гор пошел другим путем. Он и его приверженцы, не моргнув глазом, заявили, что Мессия к концу жизни впал в детство. Фред Сингер подал в суд, представил туда гранки статьи, в которых до последнего вносились правки рукой Ревела, и суд выиграл.
Это как в анекдоте. Мы не знаем, насколько это научная вещь — антропогенное потепление, но на наших глазах его сторонники попытались переписать взгляды человека. Как сказал по этому поводу еще один знаменитый скептик Пат Майкельс из University of Virginia: «Это совершенно удивительно, что живые пытаются снять имя покойника со статьи, которую он написал, потому что живые не согласны с тем, что сказал покойник, когда он писал эту статью. Это просто из страшноватой книги Оруэлла» (To me it is astounding. It's absolutely astounding, that we are having the living trying to take the names of the dead off papers that they wrote because the living don't agree with what the dead said when they authored the paper. That's straight out of a rather frightening book by George Orwell).
Вот еще несколько имен. Физик Харольд Льюис, ученик Оппенгеймера и профессор Беркли, во времена Маккарти из принципа покинул Беркли и перешел в Принстон. В 2010 году Льюис громко хлопнул дверью и в открытом письме заявил, что выходит из Американского физического общества. Причиной была «афера глобального потепления, которой движут буквально триллионы долларов, афера, которая развратила так много ученых… это самое крупное и самое успешное псевдонаучное мошенничество, которое я видел в течение свой долгой жизни как ученого» (It is of course, the global warming scam, with the (literally) trillions of dollars driving it, that has corrupted so many scientists, and has carried APS before it like a rogue wave. It is the greatest and most successful pseudoscientific fraud I have seen in my long life as a physicist).
Еще одним участником «Манхэттенского проекта», преемником Роджера Ревелла на посту Океанографического института Шиппса и сооснователем института Джорджа Маршалла был Вильям Ниренберг (William Aaron Nierenberg). Именно Ревелль и Ниренберг первыми начали мониторить содержание CO2 в воздухе, и в связи с этим при президенте Джимми Картере, который, как и полагается всякому леваку, был не прочь порегулировать проклятых капиталистов, Ниренберг оказался во главе первой комиссии по глобальному потеплению.
Комиссия Ниренберга решила, что да, CO2 растет и, видимо, удвоится к 2060 году, что это может вызвать повышение температуры от 1,5 до 4,5 градусов. Но это повышение будет в 2–3 раза выше в полярных широтах, чем в тропиках, и да, это повод для озабоченности, но не паники, и, что самое главное, предпринимать какие-то действия без того, чтобы понимать, что именно происходит, было бы дорого и неэффективно.
Оценка комиссии Ниренберга, как вы видите, является очень осторожной. Повышение температуры на 4,5 градуса, и из них половина это в тропиках, — это вполне пропотеплительская оценка. Комиссия Ниренберга очень хотела услужить и нашим, и вашим. Но она тем не менее заявила совершенно еретическую вещь, а именно, — что сначала надо подумать, а потом делать.
Вот это-то и противоречило главному месседжу «потеплителей», которые все время ведут себя как реклама в телемагазине: «Последний день распродажи! Осталось всего два билетика! Не думайте, действуйте!» «Аморально сомневаться в серьезности ситуации. Время диагноза кончено. Теперь время действовать», — говорила Гро Харлем Брунтланд, спецпредставитель ООН по перемене климата. (It is irresponsible, reckless and deeply immoral to question the seriousness of the situation. The time for diagnosis is over. Now it is time to act).
И поэтому теперь Вильям Ниренберг, в память которого Институт океанографии присуждает приз Ниренберга, посмертно объявлен еретиком и сыном Сатаны, и политкорректная дама Наоми Орескес, которая написала что-то вроде труда Иренея Лионского по истории климатических ересей, заклеймила Ниренберга как деконструктора научного знания, который осуществил его рефрейминг. «Тем самым, соглашаясь с научным заключением, что потепление произойдет, Ниренберг отрицал, что оно будет проблемой, — писала Орескес. — Рефрейминг был первым шагом Ниренберга на пути деконструкции научного знания о перемене климата». (Thus, while accepting the scientific conclusion that warming would occur, Nierenberg rejected the interpretation that it would be a problem. Reframing was Nierenberg's first step on the road to the deconstruction of scientific knowledge of climate change).
Если бы не слова «рефрейминг» и «деконструкция», то, право слово, эта сентенция была бы больше уместна на страницах газеты «Правда» в 30-х годах или на страницах книги «Против еретиков». Наука — это всегда скепсис, это всегда сомнение. Но тут совершенно другой подход. Малейшее отступление хотя бы от одного из догматов Министерства Правды приводит к анафеме.
И я закончу этот обзор цитатой принстонского профессора Вильяма Харпера, специалиста по атомной физике, оптике и спектроскопии. «Если можно, — пишет Харпер, — я подведу итоги, как они представляются мне, действующему ученому с лучшим бэкграундом, чем многие, в физике климата. CO2 действительно является парниковым газом, и при прочих равных добавление этого газа в атмосферу путем сжигания угля, нефти и природного газа приведет к довольно скромному увеличению температуры Земли. При прочих равных удвоение CO2 с нынешних 390 ppm до 780 ppm прямо вызовет около 1 градуса Цельсия потепелния.
При текущей скорости процесс займет около 195 лет. Комбинация несколько более теплой Земли и большего CO2 значительно увеличит производство пищи, древесины, волокон и других вещей, производимых растениями, так что это увеличение будет хорошо для планеты и легко перевесит отрицательные эффекты».
(Let me summarize how the key issues appear to me, a working scientist with a better background than most in the physics of climate. CO2 really is a greenhouse gas and other things being equal, adding the gas to the atmosphere by burning coal, oil, and natural gas will modestly increase the surface temperature of the earth. Other things being equal, doubling the CO2 concentration, from our current 390 ppm to 780 ppm will directly cause about 1 degree Celsius in warming. At the current rate of CO2 increase in the atmosphere—about 2 ppm per year—it would take about 195 years to achieve this doubling. The combination of a slightly warmer earth and more CO2 will greatly increase the production of food, wood, fiber, and other products by green plants, so the increase will be good for the planet, and will easily outweigh any negative effects. Supposed calamities like the accelerated rise of sea level, ocean acidification, more extreme climate, tropical diseases near the poles, and so on are greatly exaggerated).
Тут, вы, наверное, скажете мне — вот Латынина почему-то цитирует каких-то 90-летних физиков, специалистов по квантовой механики, оптике физики твердого тела, чего эти старые пердуны понимают? Где в ее списке климатологи?
Я неслучайно начала с физиков, причем с гигантов. С последних могикан Золотого Века ядерной физики, с младших современников Эйнштейна и Фейнмана, доживших до наших дней. Это очень настораживающий момент, что люди, которые принадлежат совсем другому веку, когда наука была действительно наукой, а не искусством выбивания грантов, и когда она еще называла деревья деревьями, а не «наземными поглотителями углерода», — что именно эти люди описывают всю эту историю как Глобальное Мошенничество. Они на своем веку видели немало нечестных ученых.
Во-вторых, скажем прямо, ядерная физика — это более серьезная наука, чем климатология. В-третьих, если вы заметили, в нашем списке оказались основатели климатологии — вроде Ниренберга, Сингера и даже Ревелла. Те самые люди, которые с большим вниманием следили за проблемой концентрации CO2 как за научной проблемой и стали резко возражать, когда эта проблема стала политической и когда она стала описываться словами, которые еще в 1998 году произнесла Кристин Стеварт, канадский министр экологии. Г-жа Стеварт сказала: «Неважно, если наука глобального потепления — это фуфло, перемена климата дает нам великую возможность принести справедливость и равенство в мир». (No matter if the science of global warming is all phony ... climate change provides the greatest opportunity to bring about justice and equality in the world).
Здравствуйте! Уже приносили справедливость в мир! В 17-м году принесли в Россию, так принесли, что до сих пор очухаться не можем!
Поэтому теперь давайте перейдем к климатологам, из которых я уже цитировала двоих — палеоклиматолога Шервуда Идсо, который считает, что то, что мы наблюдаем с 1830-х, — это выход Земли из малого ледникового периода, и Джозефа д’Алео. Поскольку этих людей буквально сотни, я не смогу здесь назвать их всех, хотя я не могу не упомянуть хотя бы нескольких вождей скептиков: профессора Ричарда Линдзена, человека, который преподавал метеорологию в MIT, пока не ушел на пенсию, и Вильяма Грея, William Gray, профессора Государственного университета Колорадо и одного из ведущих мировых экспертов по тропическим штормам и их предсказанию. «Нам промывали мозги 20 лет, через 15–20 лет мы оглянемся назад и увидим, какое же надувательство все это было» (They’ve been brainwashing us for 20 years, Gray Says. Starting with the nuclear winter and now with the global warming. This scare will also run its course. In 15-20 years, we’ll look back and see what a hoax this was).
Есть люди, которые считали, что антропогенное потепление — это реальность, а потом перестали так думать.
Совершенно потрясающая жизненная траектория была у Фритца Варенхольта. Варенхольт — профессор химии в Гамбургском университете, но он никогда не был кабинетным ученым. Наоборот, это был страстный борец за окружающую среду, с младых ногтей трудившийся в немецких природоохранных ведомствах. Он отчаянно боролся против глобального потепления, и, когда ему надоело быть просто чиновником, он решил внести в борьбу с потеплением свой личный бизнес-вклад.
В 2008 году Варенхольт стал управляющим директором крупной энергетической компании RWE Innogy. Он занимался солнечной энергией, и Вся карьера Варенхольта, таким образом, была заточена под то, чтобы бороться с потеплением экономически, путем перехода с угля и нефти на ветер и солнце.
Однако в 2009 году у RWE случился грандиозный облом.
Зимних ветров было на 10% меньше, чем она ожидала. В 2010-м их было на 20% меньше. В 2011-м — снова на 10%. Это было дело уже серьезное. Человек стоял во главе пятого по величине европейского производителя энергии, который каждый год вбухивал по 1,2 млрд в возобновляемые энерготехнологии, а они не окупались, потому что реальность не соответствовала климатическим моделям, на которых бедная RWE построила бизнес.
Варенхольт попытался понять причины своих провалов, прочел статью Майкла Локвуда о связи холодных зим и солнечной радиации и с ужасом понял, что
а) более мягкие зимы в умеренных широтах связаны с активностью солнца;
б) чем больше потепление, тем меньше ветра.
В результате жизненная траектория Варенхольта напоминает траекторию Артура Кестлера или Уиттакера Чемберса, которые сначала были фанатичными коммунистами, а потом с ужасом увидели, куда ведут их идеи. Теперь Варенхольт издал книгу Die Kalte Sonne («Холодное Солнце»), в которой утверждается, что, цитирую, «перемены в активности Солнца и океанические осцилляции каждые десять лет отвечают за, по крайней мере, половину недавнего потепления, что означает, что вклад CO2 составляет в лучшем случае другую половину».
Другой пример — французский биохимик Клод Аллегр (Claude Allègre), академик французской академии наук, высокоцитируемый ученый, экс-директор Institut de Physique du Globe de Paris, экс-министр образования, социалист и страстный борец против перемены климата в прошлом. Теперь он смеется над «фанатиками парниковых газов» и утверждает, что «экология беззащитного протеста превратилась для некоторых в привлекательный бизнес».
Геолог Бруно Уискель (Bruno Wiskel) из Университета Альберты когда-то был фанатиком глобального потепления, но именно в силу того, что он внимательно относился к научным данным, кардинально переменил свои убеждения и в 2006-м выпустил книгу The Emperor's New Climate: Debunking the Myth of Global Warming.
Не могу не назвать еще одно имя: это Патрик Мур, один из основателей Гринпис. Патрик Мур в один прекрасный момент заявил, что движение захвачено сумасшедшими леваками, что глобальное потепление — это не только fake news, но и fake science. После чего Гринпис объявил, что Патрик Мур не имел никакого отношения к его основанию. Ну точно — Оруэлл.
Активисты «Гринпис» устроили акцию «Убийца климата» на выставке автопрома в Германии — прямо во время выступления канцлера Меркель. Фото: EPA
Если говорить не об иностранцах, а о российских ученых, я назову вам три имени. Это Александр Городниций, один из ведущих российских и советских геофизиков, специалист по геологии и геофизике океана и одновременно один из первых бардов СССР. Это Сергей Петрович Капица, сын академика Капицы и многолетний ведущий программы «Очевидное-невероятное». Скептиком был и один из основоположников российской климатологии академик Кирилл Яковлевич Кондратьев. Кирилл Яковлевич выпустил свой первый труд по спутниковой метеорологии еще в 1963 году и еще в 1970-х годах говорил, что одной из главных проблем человечества будет экология. Но он же говорил, что фейковая религия глобального потепления никакого отношения к экологии не имеет, и был категорический противник подписания Киотского протокола.
Иначе говоря, вы не встретите среди людей, которые считают, что Земля плоская, нобелевских лауреатов, профессоров MIT и академиков РАН в области геофизики.
В таких условиях нет никакой возможности говорить, что дискуссия закончена, а каждый, кто пытается ее вести, — наймит капиталистов и нефтяников. В таких условиях действует другая максима, которую когда-то озвучил Майкл Крайтон — блестящий писатель, медик по образованию, автор технобестселлеров и, кстати, тоже климатический скептик. Крайтон сказал: «Консенсус — первое прибежище негодяев. Это способ избежать обсуждения, заявив, что вопрос уже решен». (The claim of consensus has been the first refuge of scoundrels; it is a way to avoid debate by claiming that the matter is already settled).
Сравним, например, веру в Ужасное Антропогенное Потепление — и теорию Дарвина.
Теория Дарвина, как известно, вызывает страшное неприятие у верующих и церкви — то есть у тех людей, для которых теория Дарвина является угрозой их психическому комфорту и положению в обществе.
Как мы видим, несогласие с теорией Дарвина и несогласие с учением антропогенного потепления устроено принципиально различно. Людям, которые не согласны с Дарвиным, теория Дарвина угрожает потерей работы и статуса. И наоборот, крупным ученым, которые не согласны с антропогенным потеплением, их несогласие не приносит ничего, кроме проблем.
Об этом очень хорошо сказал в 2009-м покойный польский физик и выдающийся скептик Збигнев Яворовский. «Сейчас мне 82 года, и финансовые последствия моих взглядов уже не волнуют меня. Но среди тех исследователей, которые разделяют мои взгляды, молодых ученых немного, — особенно среди тех, кто должен содержать семьи и может позволить себе иметь эти взгляды». (Now I am 82 years old, and the financial consequences of the views which I preach are not of importance to me. But among researchers who share my views, there are not many younger scientists, especially those who have families dependent on them, who can afford to support such views).
Яворовский называл Глобальное Потепление «Наглым мошенничеством с тяжелыми последствиями» (brazen fraud with dire consequences).
Так что, как видим, утверждение, что «среди ученых существует консенсус по поводу глобального потепления», совершенно неверен.
Верно другое утверждение. А именно — среди ученых, получающих гранты на борьбу с глобальным потеплением, существует консенсус, что с потеплением надо бороться, а гранты надо выдавать. Как сказал по этому поводу Фриман Дайсон, «Весь статус и жизнь этих людей зависит от того, чтобы люди были напуганы»(the whole livelihood of all these people depends on people being scared).
Но это все равно что сказать, что нет Бога, кроме Аллаха, и что Магомед — пророк его, и что среди специалистов по этому поводу, — то есть имамов и мулл, — существует полный консенсус. Консенсус действительно существует, но, к сожалению, среди другой группы специалистов существует консенсус о том, что Бог — это Троица.

Антропогенное потепление — первая в мире научная теория, созданная бюрократией

У каждой научной теории есть авторы. Теорию тяготения создал Ньютон. Теорию относительности — Эйнштейн. Кто именно открыл Ужасное Антропогенное Потепление?
Может быть, Сванте Аррениус, который открыл «парниковый эффект»? Увы, нет. Как истинный сын холодной Швеции, Аррениус надеялся, что в мире станет теплей. «По мере того как углеродная кислота будет увеличиваться в атмосфере, мы можем надеяться на времена с более приятными и лучшими климатами», — писал Аррениус в 1908 г. (By the influence of the increasing percentage of carbonic acid in the atmosphere, we may hope to enjoy ages with more equable and better climates).
Роджер Ревелль, эксперименты которого в 1950-х гг. подтвердили существование «парникового эффекта»? Ну, согласитесь, опасно называть творцом Теории Ужасного Антропогенного Потепления или, будем коротко говорить, УЖАП соавтора Фреда Сингера.
Реальный ответ заключается в том, что УЖАП как непререкаемая истина был провозглашен комиссией. Но не комиссией Ниренберга, которая так позорно прошла мимо грандиозной возможности контролировать всю экономику США, а Межправительственной комиссией по перемене климата (Intergovermental Panelfor Climate Change) при ООН, а основополагающие труды так и называются: Первый, Второй, Третий, и Четвертый, и Пятый отчет IPCC. Для удобства тех, кому лень читать весь отчет, есть маленькое резюме, которое так и называется: Summaryfor Policymakers («Резюме для политиков»).
Трудно себе представить, что в качестве главного текста по теории струн фигурировал бы доклад Комиссии при ООН. Есть подозрение, что ООН вряд ли бы созвала Комиссию по теории струн, а если бы созвала, вряд ли туда бы приехали лучшие физики. Глобальное потепление — это первая в мире теория, открытая глобальной бюрократией.
Когда в 1991 г. была создана IPCC, то ей надо было ответить на три вопроса.
Первый: растет ли температура в мире?
Второй: является ли этот рост преимущественно антропогенным, то есть вызванным деятельностью человека?
И третий: вреден ли он?
IPCC превращалась в могучий инструмент регулирования всего мира, а поддерживающие ее ученые получали нелимитированный доступ к грантам только в случае положительного ответа на все три вопроса.
В случае, если хотя бы один из ответов был отрицательный, и гранты, и влияние кончились бы.
Представьте себе, IPCC бы сказала: да, температура в ХХ веке росла, но этот рост в том числе был связан с типичными 30-летними циклами колебания солнечной активности. Температура в ХХ веке росла с 1910 по 1940 год, падала следующие 30 лет, и росла следующие 30 лет, и этот синусообразный график, очевидно, не имеет прямого отношения к графику роста выбросов CO2, который рос весь ХХ век. Это примерно то, что говорили Зейтц и Ярроу. И никаких грантов и влияния не было бы, потому что активность Солнца не может контролировать ни китайский император, ни IPCC.
Или IPCC бы сказала в 1990-м: да, температура растет последние 20 лет, и мы полагаем, что часть этого роста может быть связана с парниковым эффектом. Но мы должны обратить ваше внимание, что CO2 как таковой оказывает на биосферу только самое положительное влияние. Рост CO2 приводит к росту биомассы, и данные со спутников показывают, что по мере увеличения CO2 в атмосфере Земля стала значительно зеленей. Кроме того, потепление, когда оно существует, оно касается в первую очередь умеренных широт. На экваторе жарче не становится. А вот вегетативный сезон где-нибудь в Швеции или России растет. И хотя у каждого изменения климата всегда находятся минусы, — ну, например, сокращение горнолыжного сезона в Альпах или волны жары летом во Франции, — в целом потепление — это безусловный плюс. Это примерно то, что говорили Вильям Ниренберг и сам Сванте Аррениус.
И все. Ни грантов, ни влияния.
И, вы будете смеяться, эти международные бюрократы ответили на все эти три вопроса таким образом, чтобы максимизировать свое влияние.

Об увеличении природных катастроф

Как устроены отчеты IPCC?
Я приведу вам только один пример, зато едва ли не самый важный. Одна из главных вещей, которую нам пытаются внушить климатические алармисты, — это то, что в мире увеличивается количество природных катастроф. Засух и наводнений, тайфунов и ураганов и т. д. Сейчас, когда с собственно «потеплением» произошли проблемы, и даже 5-й отчет IPCC вынужден был признать, что оно приостановилось, разговор о перемене климата и об опасных природных явлениях вышел в пропаганде «потеплителей» на первый план. Да, мол, температура не растет, но климат меняется, — посмотрите, везде засухи, ураганы и наводнения.
На самом деле — это полное вранье, и, более того, чтобы узнать, что это вранье, достаточно взглянуть в основной текст доклада IPCC. В 4-м отчете IPCC черным по белому признается, что, например, исследования по паводкам не выявили «никаких явных трендов», а «общее количество тропических циклонов мало изменилось за последние четыре года».
Однако, кроме основного текста, есть еще и Summaryfor Policymakers, который, естественно, полисимейкеры только и читают. И вот там IPCC говорит о «весьма вероятном росте» природных катастроф в будущем.
А в своих интервью экс-глава IPCC Раджендра Пачаури выражается на эту тему так: «Это уже происходит. Потопы, засухи и растущая нехватка воды в разных частях мира… Как человек, я просто не мог молчать на фоне этих подавляющих свидетельств» (That is happening already — floods, draughts, and a growing scarcity of water in different parts of the world… As a human being, I just couldn’t keep quiet in the face of this overwhelming evidence).
Согласитесь, так не строится научный дисскурс. Так строится пропаганда, причем эта пропаганда базируется на прямом вранье. В научных работах прямо говорится, что никакого увеличения количества ураганов, засух и наводнений не происходит, в «резюме» говорится, что это может происходить в будущем, а глава IPCC говорит, что это происходит прямо сейчас, и он не может молчать.
Так, вы понимаете, наводнения и засухи не могут быть одновременно следствием одной и той же глобальной причины.
Чили. Корова пасется там, где еще недавно было дно водоема. Последствия засухи 2018 года. Фото: Reuters
Если кто-то вам говорит, что изменение климата приводит одновременно к наводнениям и засухам, то у этого человека не все в порядке с логикой.
Что же действительно должно происходить с ураганами и тайфунами, если Земля серьезно потеплеет? Мы уже косвенно отвечали на этот вопрос.
Напомню.
Первое: когда Земля теплеет, она становится более влажной.
Второе: когда Земля теплеет, это касается прежде всего умеренных климатических зон. Разница температур между экватором и полюсом падает, а ураганы и тайфуны образуются как раз из-за разницы температур.
Таким образом, можно предсказать, что
а) при небольшом потеплении разницы вообще не будет;
б) при серьезном потеплении тайфунов будет больше, но они будут менее сильными. Именно так предполагают профессора Роберт Боллинг и Рэнделл Червени (Randall Cerveney).

Глобальное потепление как псевдонаука

Глобальное потепление — это не наука. Оно имеет к науке точно то же отношение, что и научный коммунизм. Я не физик. Но я специалист в теории знаковых систем. И я вижу, как устроена эта знаковая система.
Идеология Глобального Потепления устроена не как наука, а как тоталитарная идеология. Она забывает свои собственные предсказания, когда они не оправдываются, в точности так, как это делает религия. Она игнорирует факты. Когда она говорит вам правду, она говорит не всю правду. Например, когда она говорит вам, что уровень моря повышается, она забывает сказать, что он повышается последние 18 тыс. лет, и как-то человечество до сих пор пережило этот страшный процесс.
Эта тоталитарная идеология обладает фантастической нетерпимостью. Она преследует всех, кто усомнится в малейшем догмате, как церковь преследовала и философов, и стоиков, и гностиков, и вообще всех, кто хоть на шаг отступал от генеральной линии партии. Она умудрилась признать еретиком даже Ниренберга. Да что там Ниренберг!
Недавно госпожа Наоми Орескес объявила денайером того самого Джеймса Хансена, который нам рассказывал, что в 2000 году Вестсайдское шоссе будет покрыто водой. Знаете почему? Потому что Хансен сказал, что для того чтобы отказаться от CO2, надо развивать ядерную энергетику. (Что, согласитесь, безусловная правда. И ядерную энергетику развивать обязательно надо. Она будущее человечества).
Самое неприемлемое для меня в этой тоталитарной идеологии — это то, что она украла у меня слово «зеленый».
Это я — зеленый. Я хочу иметь чистый воздух, чистую воду, и чтобы у меня под окном мусора не было, а зелень была. И я знаю, что для этого надо. Для этого надо строить высокотехнологическую и богатую цивилизацию. Потому что все богатые страны становятся все лучше и лучше в экологическом смысле. Они очищают свои реки. Они сажают леса. У них в леса возвращаются звери, которые были истреблены там в XIX и XX вв.
Местный житель плывет на лодке в районе затопления, г. Тулун из-за прорыва неисправной дамбы. Июль 2019 год. Фото: Антон Карлинер, специально для «Новой»
А все нищие страны переживают экологическую катастрофу. Они завалены мусором. Они перенаселены. Их реки — сточные канавы. Если у них есть электростанция на угле, она работает без фильтров, а если электростанции нет, то они вырубают весь лес вокруг, чтобы приготовить пищу.
Самая худшая экологическая катастрофа — это нищета. Потому что при нищете и перенаселении человек загаживает все вокруг.
Но социалисты, которые украли слово «зеленый», говорят нам, что все это ерунда. Мало ли, что развитые страны очищают свои реки и восстанавливают свою биосферу. Мало ли, что Швейцария походит на рай, что Сингапур утопает в зелени, что в Европе появляется все больше заповедников, исчезает мусор, возвращаются животные и птицы. Нет! — говорят нам, — богатые страны, они и есть главные загрязнители, они производят страшное вещество CO2, из-за которого количество зелени на Земле выросло на шесть с лишним процентов, и из-за которого позеленела Сахара. Они, — говоря словами замечательной г-жи Орескес, — производят рефрейминг науки. Они деконструируют ее и превращают в очередную апокалиптическую идеологию.
Мы все виноваты. Мы все грешники. И грех свой мы искупить можем, только отдав всю власть на Земле в руки Чрезвычайного Климатического Комитета или чего-нибудь в этом роде.
Нет — это никакая не защита природы.
Это попытка мировой бюрократии полностью поменять модель экономического развития, и мировая бюрократия этого не скрывает.
«Впервые в истории человечества мы ставим перед собой целью намеренно, в течение определенного периода времени, полностью поменять модель экономического развития, которая господствовала, по крайней мере, 150 лет, со времени Промышленной революции», — говорит Кристиана Фигуэрес, генеральный секретарь КПСС, ой, простите, исполнительный секретарь Конвенции ООН по перемене климата.
Насчет «впервые», впрочем, генсек Фигуэрес ошибается — именно эту самую задачу ставили перед собой Ленин и Мао Цзе Дун. Теперь это пытается сделать IPCC. Раньше левые боролись против капитализма от имени пролетариата, теперь они это делают во имя природы. Мы знаем, что произошло с пролетариатом в тех странах, где ради пролетариата покончили с капитализмом. Нигде не было пролетариату так плохо, как в этих странах.
И я могу предсказать, что нигде не будет так плохо природе, как в странах, которые во имя природы покончат с техническим прогрессом.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..