вторник, 2 января 2018 г.

ЯЗЫК БЕРЕДЯЩИЙ ДУШУ

ЯЗЫК БЕРЕДЯЩИЙ ДУШУ ...


 

dan_il


У нас в семье говорили на идиш - в основном конечно бабушка и дедушка, но и мои родители тоже. Я же (как и в основном всё моё поколение) знал только пару десятков слов. Это однако совсем не мешало мне очень любить песни на идиш, и не пропускать ни одной возможности прослушать их исполнение. Тем более что такое ведь бывало довольно редко - концерты Нехаме Лифшицайте или Эмиля Горовца, во львовской филармонии всегда проходили на аншлаг.

 

Более того, даже первые мои театральные посещения на святой земле были связаны с театром на идиш, пока серая повседневность не затянула и меня в свои сети. Почему это так, и что притягивало меня к языку которого я в сущности не знал- трудный вопрос. Мне кажется, прежде всего, это само звучание и интонация- насколько это и не кажется странным. Вот что странно, ведь как всем известно идиш вроде диалект немецкого, а вот ведь звучит совсем по другому. Хлёсткий и какой то гавкающий немецкий (которого я кстати терпеть не могу, уж пусть простят меня немцы) разве похож не мелодичный и тягучий идиш, где в каждом слове (даже восклицательном) так и чувствуется вопрос. Быть может только насильственный синтез европейского языка и гортанного восточного иврита, смог создать что то подобное. Когда чеканный, твердый шабат превращается в раскатистый шабессс, и грубоватое мехутаним в ласково-циничное мехытейнесте. Вы спросите наверно, чего это вдруг потянуло меня на все эти размышления - ну, во первых, наверное всё же мой недавний пост посвящённый сёстрам Берри, а во вторых, вот наткнулся на такое чудесное стихотворение:

Рахиль Баумволь
Шуламит
Твоя рука в моей руке.
Я думала, получится беседа.
Я говорю на нашем языке –
Моих, твоих родителей и дедов.

Ты смотришь напряженно мне в глаза,
Когда-то слышанной не узнавая речи,
И я слегка беру тебя за плечи, –
Очнись, родная, вспомни, так нельзя!

Ты произносишь слово, целых два,
И я снимаю с губ твоих поспешно,
Как только что поспевшую черешню,
Созревшие еврейские слова.

Ты хочешь что-то мне еще сказать,
Но почему так больно сжалось сердце?
Там в детство приоткрылась тихо дверца –
На идиш говорят отец и мать…

3906024_427386_600 (600x407, 72Kb)
Елена Серединова (Котляр) - Еврейское местечко

И я снимаю с губ твоих поспешно, как только что поспевшую черешню, созревшие еврейские слова - как чудесно сказано. И что самое обидное, к моему стыду ранее не известная мне поэтесса, хотя оказывается я и читал книгу "Раб" Исаака Башевиса-Зингера в её переводе. Понятно что сразу накинулся на другие её стихи, и уже не смог оторваться.

«Мое имя»
Там, откуда я, дал Бог, уехала,
В той стране за тысячи миль
Было мне постоянной помехою
Мое древнее имя Рахиль.

В документах его корежили
Шибко грамотные писцы –
Очень было оно не похоже
На известные образцы.

И с серьезностью тверезою
Мне советовали друзья
Стать Раисою или Розою.
Их внимательно слушала я,

Но на книгах, моих творениях,
Нарушая обложек стиль,
Красовалось, тем не менее,
Мое полное имя Рахиль…

3906024_428224_600 (600x600, 89Kb)
Абель Панн- Рахиль

Знакомо, думаю очень знакомо нам всем. Или вот это:


3906024_427824_600 (600x574, 51Kb)
Дженни Мейлихов

Когда мы стали старыми? Не сон ли это злой?
Московскими бульварами бродили мы с тобой…
Не чуя бега времени, глухи к своей судьбе,
В той беспросветной темени верны были себе.
А всей картины в целости обнять мы не могли,
В спасительной незрелости мы юность провели.
Московскими бульварами с тобою я брожу.
Когда ж мы стали старыми? Ума не приложу.


Впрочем не буду слишком распространятся, кто заинтересовался легко найдёт, тем более что творчество поэтессы большое и разнообразное (и на русском и на идиш, и как детский писатель и сказочник). В 1971 году(!) Рахиль репатриировалась в Израиль где прожила до своей смерти в 2000 году. Из её израильского периода, просто не могу не привести хотя бы только два стихотворения - по моему просто великолепно..

ВЕЧЕРНИЙ ИЕРУСАЛИМ
Посмотрите глазами олим
На вечерний Иерусалим...
Он лежит на холмах и долинах,
Как на темных верблюжьих спинах,
Ковром огней золотистых,
Изумрудных и аметистовых.
Где камней нависают груды,
Там стоят во весь рост верблюды.
Где простерлись в низинах тени,
Там верблюды легли на колени.
Чуть качают горбами верблюды,
Чуть дрожат жемчуга, изумруды...

3906024_427043_600 (600x597, 143Kb)
Зои Север: Иерусалим

ХОЛМЫ ИЗРАИЛЯ
Усечения, усечения,
Словно строки, бегут по холмам.
Это книга раскрыта для чтения,
Лишь местами доступная нам.
Не дошел еще смысл великий,
Что упрятан столетьями в ней.
Мы еще недостаточно вникли
В сложный синтаксис этих камней.

3906024_427551_600 (600x470, 524Kb)
Шмуэль Мушник

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..