четверг, 28 декабря 2017 г.

ПОЧЕМУ УЧЕНЫЕ ВЕРЯТ В БОГА

Почему ученые ходят в церковь.

Наука движется от гипотезы к гипотезе, что без всякого перевода означает: от одного предположения к другому. Научное знание никогда не окончательно, никогда не абсолютно точно. Истины науки всегда временны — до появления более всеобъемлющей гипотезы.

Наука признает, что процесс накопления фактов будет продолжаться вечно. Соответственно, вечным будет процесс «расшатывания» существующий теорий (научных истин) новыми фактами. И ныне главенствующие гипотезы рано или поздно сменятся другими. 

Если в науке и возникает некая "точность", то лишь тогда, когда наука сама создает в головах ученых некий условный мир, по законам которого только и возможно нечто точное. 

Лично я считаю, что математика может существовать и "вне" голов математиков. Но, насколько могу судить, такое предположение по мнению неверующих ученых будет стопроцентно ненаучным. А раз так, то мы возвращаемся к тому, что абсолютная точность возможна лишь в искусственно сконструированных наукой воображаемых координатах.

В учебниках правильно было бы писать на первой странице: "все, что изложено далее, есть не раз и навсегда установленная истина, но лишь описание, наименее противоречащее установленным фактам». Почему так не пишут? Потому что нормально образованные люди знают об этой условности с пеленок. Только дикари относятся к науке как к собранию абсолютных истин, совпадению «слов и вещей». То есть, как к религии.

Не знать про условность научных истин — привилегия тех, на кого еще в школе учителя махнули рукой. Тех, кому не по способностям полноценное овладение таким инструментом как разум. На мой взгляд, это жестокий обман, но пока побеждает та точка зрения, что это ложь во благо.

Наука, кстати, совершенно не считает свою «неопределенность» недостатком. Потому что она и не предназначена для установления абсолютных истины. Об этом тоже не знают дикари–наукопоклонники.

Наука возникла в мире, где за абсолютно точные истины отвечала религия — и так, в общем, и остается по сей день. А наука отвечает за обобщение наблюдений и опыта для решения прикладных задач — убить, разделать, приготовить и сохранить мамонта, укрепить пещеру, вроде того. Для этого иметь не противоречащую очевидным фактам гипотезу вполне достаточно. А уж если она позволяет делать более–менее верный прогноз — вообще восторг. Современная наука, как может убедиться любой, справляется с этими прикладными задачами вполне сносно. И стабильно развивается в этом направлении.

Конечно, абсолютно точное знание не помешало бы и в прикладных вопросах — было бы здорово идти прямо туда, где прячется мамонт, убивать его с одного удара и совершенно точно знать, какой дорогой возвращаться домой, чтобы не попасться саблезубому тигру. Но такого прямого и абсолютно точного знания среди способностей "нормального" человека нет — и даже не ставится вопрос о его возможности.

Поэтому нет никакого противоречия в том, что ученые ходят в церковь. Ученых–атеистов на родине западной науки — на Западе, — крайне мало. «Чистых» атеистов — отрицателей всего, кроме своей науки, — еще меньше. Обычно верующие ученые лишь оговариваются, что позволяют себе несколько отклониться от религиозной догмы. Или верят в нечто «неконфессиональное» — Высший Разум, Первопричину и прочий Нью Эйдж.

Религия, в отличие от науки, гарантирует абсолютную, вневременную, непреходящую верность и точность своих истин. Скажем прямо, это очень кстати, учитывая специфику вопросов, входящих в этот круг. Откуда взялся (и куда идет или вокруг чего крутится) мир, что может и должен делать человек, что есть смерть и является ли она концом существования человека? Неопределенность в этих вопросах как раз и есть то, что заставляет обращаться к религии даже видных представителей науки. Религия отвечает на эти вопросы абсолютно определенно. Если она этого не делает, то «теряет рынок».

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..