Американские школы враждебны по отношению к мальчикам

Аналитика September 1, 2026

Традиционное школьное образование всегда было несколько враждебным по отношению к мальчикам, потому что они просто не могут спокойно сидеть на месте. В то же время мальчикам разрешалось проявлять физическую активность во время перемен; им давали читать разжигающие воображение книги о подвигах и приключениях, о смелых и любящих приключения мужчинах, при этом математика и естественные науки составляли значительную часть учебной программы, а конкуренция поощрялась.

Иллюстрация: kontinentusa.com / AI

Сейчас всего этого больше нет, поскольку школьная среда становится всё более феминизированной, а упор делается на то, что нравится девочкам и в чём они преуспевают. Кто, как не девочки, могут сидеть смирно, играть тихо и увлекаться эмоциями. А что уж говорить о лекциях о «токсичной маскулинности» или «нетрадиционной сексуальной ориентации» (представляете, как на это реагируют пятилетние дети)!

Я заметила это, когда мои дети перешли из школы с педагогической системой Монтессори, где мальчикам позволяли вести себя как мальчикам (в том числе двигаться во время занятий, не отвлекаясь от учебы), в обычную начальную школу. И вдруг мой умный, неугомонный мальчик был вынужден весь день сидеть на месте, не мог побегать и попрыгать во время перемен, да еще его заставляли читать сентиментальные книги. Короче, в течение следующих 12 лет он психологически отстранился от учебы.

И дело не только в моем сыне. Вот как Леонард Сакс (Leonard Sax), врач, психолог и консультант по вопросам образования, описывает феминизированную и ещё более удушающую среду, чем та, в которой находился мой сын.

«За последние 25 лет я посетил более 500 школ. Я своими глазами видел, как школы становились недружелюбными по отношению к мальчикам. Мальчики делают то, что мальчики делали всегда: тычут друг в друга пальцами, говоря при этом «ба-бах, ты мёртв», рисуют оружие, бросаются снежками. И всё это то, за что сейчас мальчиков наказывают.

Когда я в 1977 году я окончил школу в Огайо, среди лучших учеников мальчиков было больше, чем девочек – и это не только в моей школе, но и по всей стране. В книге «Несправедливость: как наши школы обманывают девочек», изданной 30 лет назад, зафиксирован разрыв в успеваемости и показано, как школы не давали девочкам возможности раскрыть себя.

Но времена изменились. Сейчас девочки значительно превосходят мальчиков в успеваемости по всем предметам, включая математику и естественные науки. Среди выпускников с наивысшими оценками девочки превосходят мальчиков более чем в два раза. Сегодня гораздо больше девушек поступает в колледжи, чем юношей».

Причина этого разрыва не в том, что девочки стали лучше. Дело в том, что мальчики потеряли интерес к школе. Как только они, мальчики, решают, что школа – не для них (а это происходит довольно рано в феминизированных классах), они, как и мой сын, перестают учиться. (Мой сын вернулся к учебе только тогда, когда обнаружил в колледже то, что ему по-настоящему понравилось.)

Я, безусловно, заметила этот разрыв в колледже, где училась моя дочь и где 65 % студентов составляли девушки и лишь 35% – юноши, причём по крайней мере треть из них, на мой взгляд, были геями. То, что она встретила там своего совершенно замечательного мужа – просто чудо.

Однако есть и хорошая новость: школьное образование может стать более сбалансированным по отношению как к мальчикам, так и к девочкам. Они по-прежнему могут изучать одни и те же предметы (мальчики могут читать книги, написанные женщинами, а девочки – изучать программирование), при условии, что школы признают: мальчики и девочки часто учатся по-разному.

Сакс говорит, что если вы ищете школу для своих детей, будь то мальчики или девочки, убедитесь, что (а) результаты тестов у обоих полов примерно одинаковы и (б) школы не делают вид, что между полами нет никакой разницы. И, конечно, держитесь подальше от школ, в которых и девочек и мальчиков называют не иначе как «фиолетовыми пингвинами».

Если родители смогут выбирать школы, которые не будут проявлять враждебность по отношению к мальчикам, то этим мальчикам не придется страдать. Это должно стать приоритетом; в противном случае целое поколение молодых мужчин будет безвозвратно потеряно.

Andrea Widburg. American Thinker.

Перевод Эльзы Герштейн