Тьма над городом
Наталия Волкова
Починить Луну
М.: Книжники, 2026. — 144 с.
В издательстве «Книжники» вышла в свет повесть Наталии Волковой «Починить Луну». Действие этой увлекательной книги для детей происходит в военные годы, в Белоруссии, где еврейский мальчик Зоня вступает в партизанский отряд братьев Бельских и помогает массовому побегу евреев из гетто, спасая таким образом и своих родных. Читатели «Лехаима» имеют возможность первыми ознакомиться с книгой и прочесть главу из повести.
На смену весне пришло жаркое, счастливое лето. Зоня с утра до вечера пропадал на улице с мальчишками, по вечерам залезал на чердак и читал книги, привезенные из Минска. От родителей за это время пришло лишь два письма. В них мама писала, как соскучилась, как хочет поскорее обнять их всех, но приехать пока не может, потому что у папы не закончились проверки на заводе. Как только все образуется, она тотчас же сядет на поезд и приедет к ним.
Однажды теплой июньской ночью Зоня никак не мог заснуть. Птицы носились над домом и никак не успокаивались. Что‑то было не так. Весь воздух, казалось, наполнился звуками, гудением, раскатами грома. Но небо вечером было чистое, откуда взяться грому? Зоня встал и открыл окно. Высунувшись наполовину, он увидел в отдалении всполохи молний. «Может, гроза приближается?» — подумал он и тут услышал шаги на кухне: тяжелые бабушкины и скрипучие — деда. Зоня приоткрыл дверь и увидел зажженную свечу на кухне, а около нее бабушку с дедушкой. Дедушка крутил ручку настройки громоздкого приемника, из которого вырывались трескучие звуки.
— Московскую ищи! — зашептала бабушка Руфь.
Дед крутил колесико, пока не услышал кашляющий голос. Зоня прислушался: ничего не разобрать. Тогда он приоткрыл дверь пошире и немного высунулся. Дверь скрипнула, и бабушка повернула голову. Зоня думал, что она отругает его и прогонит, но она только проговорила чуть слышно:
— Беда, Зонюшка, беда.
Зоня как будто прирос к полу. Он не понимал, что происходит, но чувствовал, что случилось нечто страшное, необратимое.
— Лиду бомбят, — наконец сказал дед и выключил радио. — Но эти (он кивнул на приемник) пока молчат.
Как только он это произнес, за окном послышался нарастающий гул и рев. Такого Зоня еще не слышал: уши заложило, как ватой. У Зони несколько раз болели уши, мама делала ватные компрессы, а сверху повязывала платочек, как девочке. Ходишь с такой ватной головой, и звуки долетают откуда‑то издалека, и не поймешь, то ли они во сне, то ли наяву. Так и здесь — Зоня никак не мог понять, слышит ли гул на самом деле или он ему только мерещится. Но потом громыхнуло, да так сильно, что где‑то в доме послышался звон битого стекла. Заплакала Сонечка, и бабушка побежала к ней. А на улице уже началась паника. Люди метались черными тенями, редкие вспышки света выхватывали из полутьмы то одну, то другую фигуру. Все пытались спрятаться, а дед скомандовал:
— В подвал!
Илья схватил Моше в охапку и потащил по лестнице вниз, бабушка передала ему Сонечку и сама спустилась следом, Зоня с дедом шли последними.
— Мы умрем? — спросил Моше, и Сонечка заплакала еще сильнее.
— Тише, тише, — повторяла бабушка и добавляла что‑то на идише.
В подвале рев и взрывы стали потише. Как долго они пробыли в темноте под землей, Зоня не знал, но через какое‑то время все стихло.
— Я посмотрю! — сказал Илья и приподнял крышку люка.
Тишина. Илья вскарабкался по лесенке и подтянулся на руках.
— Можно вылезать, — сказал он. — Стихло.
Один за другим все выбрались из подпола наверх. На улице было светло как днем. Сколько же они просидели под землей?
— Магазин горит! — крикнул Илья, который уже успел сбегать на улицу. — И здание исполкома, и клуб. Люди говорят, это зажигательные бомбы. Говорят, это немцы. Война.
Зоня, конечно, был уже большой и прекрасно понимал все слова, которые только что произнес брат. Только вот они никак не хотели у него складываться в предложения. Зоня никак не мог понять смысл услышанного.
— Война? Как война?
Его вопрос повис в воздухе, потому что вдруг дверь их дома открылась и вбежала заплаканная тетя Ира с растрепанными волосами.
— Вы Мишку моего не видели? — кинулась она к Зоне. — Мишка мой пропал.
Зоня играл с Мишкой вечером, они строили шалаш у реки, но недостроили: уговорились закончить завтра.
— Как пропал? — спросила бабушка. — Он разве не дома ночевал?
Тетя Ира опустилась прямо на пол и заплакала.
— Да нет у нас дома больше, сгорел наш дом. А Мишка выбежал, когда первая бомба упала. И вот где он?
Бабушка подошла и приобняла тетю Иру за плечи, а дедушка взял со стола кувшин и протянул ей.
— Попей, Ириш, да прям так, из горла, не до чашки сейчас.
Дверь снова тихонько скрипнула, и на пороге появился муж тети Иры Захар. От него пахло дымом, и Зоне показалось, что от одежды тоже шел дым. Тетя Ира встрепенулась и посмотрела на мужа.
— Ну что? Нашли?
Захар не двигался.
— Нашли?! — как‑то ненормально громко и истерично выкрикнула тетя Ира.
Захар кивнул и отвернулся.
— Где? Где?
— У клуба.
Тетя Ира завыла, потом вскочила, схватила Захара за дымящийся рукав и повисла на нем. Захар потащил ее к выходу, а она так и продолжала выть.
— Почему она плачет, бабушка? — спросил Зоня и обернулся к бабушке Руфи. — Нашелся ведь Мишка.
Бабушка вытерла рукавом глаза и сама жадно стала пить из кувшина, предложенного тете Ире. Та к воде так и не притронулась.
Илья снова выбежал на улицу, а через некоторое время вернулся с новостями:
— Люди уходят.
— Куда уходят? — не понял дед Давид.
— Да кто куда, говорят. Мясник сказал, надо в Лиду идти, а учитель говорит, нельзя в Лиду, надо на Станкевичи. Ничего не понять.
— Может, и нам собраться? — Бабушка встала и засуетилась. Она открывала и закрывала шкафы, расстелила скатерть на полу и стала в нее складывать все подряд: ложки, платки, еще какое‑то тряпье. Сонечка снова начала плакать, ей передавалась бабушкина нервозность.
— Угомонись, — сказал дед. — Только ребенка переполошишь. Ну куда мы сейчас ночью попремся? В лес? Ты в своем уме? До утра подождем, посмотрим, что будет.
У Зони в ту ночь так и не получилось уснуть. А рано утром по дедушкиному радио передали, что немецкие самолеты бомбят главные города Белоруссии.
«Сегодня, в четыре часа утра, без предъявления каких‑либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну», — услышал Зоня, когда они все вместе столпились вокруг дедушкиного приемника.
Он вышел из дома вслед за Ильей и замер на пороге: прежде аккуратный городок превратился в развалины. Конечно, многие дома, которым в эту ночь повезло, уцелели, как и их дом. Но от здания школы, от клуба и исполкома не осталось ничего. Из земли торчали дымящиеся деревянные балки, громоздились груды битого кирпича. У школы стояла растерянная учительница Дарья Васильевна с ключом в руке.
— Вы представляете, — развела она руками, — вчера я уходила последняя и закрыла школу. А сегодня должна была ее открыть. И вот я пришла, а открывать нечего.
Вечером, как только стемнело, Зоня вышел из дома, дошел до конца улицы, где она спускалась к реке, сел на склоне прямо на траву и поднял голову. Тепло. Тишина. Только цикады трещат. Как будто и нет никакой войны, как будто все как обычно. Зоня лег на спину и подложил под голову руки. Он смотрел на небо, где уже появились звезды, миллионы звезд, и пытался найти среди них ответ. Что такое война? Как это так: началась война? Вот так просто, как начинается дождь или поднимается ветер?
Ветер шевелил темные кудри Зони, ласково гладил по коже, холодил широко раскрытые глаза. От этого холода на них выступили слезы, и звезды на небе расплылись, снялись с места и задвигались то вверх, то вниз. Луна и вовсе выделывала нечто странное. Сначала она задрожала и покосилась, а потом вдруг распалась на несколько частей. Зоня смотрел на нее не мигая. Ему бы уже встать с холодной земли и побежать домой, туда, где бабушка пекла хлеб, но он не мог оторваться.
— Зоня! Зоня! Ты скоро? Дед кличет! — крикнул от дома Илья.
— Сейчас, — проговорил одними губами Зоня, и Илья, конечно, не услышал.
— Не слышишь? — Илья подошел ближе и недовольно посмотрел на Зоню.
— Слышу, — прошептал тот, не отрываясь от вида распадающейся луны. Он во что бы то ни стало должен моргнуть и снова собрать вместе все осколочки, но не сейчас, еще чуть‑чуть.
— Пошли, говорю, дед велел привести тебя.
— Не могу, — опять прошептал Зоня.
— Не можешь?
— Не могу, я должен починить луну.
Илья посмотрел на небо.
— Чего ее чинить‑то? Это ж не старый башмак Иосифа.
Махнул рукой и пошел к дому.
А Зоня наконец моргнул. По щеке потекла теплая слеза. А луна на небе дрогнула и собралась в неровный круг, прикрытый светлыми облаками.
Книгу Наталии Волковой «Починить Луну» можно приобрести на сайте издательства «Книжники»
Комментариев нет:
Отправить комментарий