Доверие не дается навечно
Фридрих Мерц как лакмусовая бумажка кризиса представительной демократии.
Приведенное изображение – не шутка, оно вызывает вовсе не смех, а скорее слезы, обнажая глубокое противоречие. Фридрих Мерц советовал своему предшественнику Олафу Шольцу подумать об отставке в связи с низкими рейтингами. Сегодня он сам сталкивается с гораздо худшими показателями – но остается на посту. Это не просто вопрос личной непоследовательности, а признак деформации характера, и в нашей республике это носит системный характер. Ведь именно в этом и проявляется слабость и кризис представительной демократии в ее нынешнем виде: однажды избранная политическая элита может годами удерживаться у власти даже тогда, когда поддержка избирателей, то есть суверена, давно утрачена.
Опросы, свидетельствующие о широком недовольстве избирателей, демонстрируют то, что давно невозможно отрицать: доверие избирателей к правительству нарушено. Между волей вчерашних избирателей и сегодняшней политической практикой зияет огромная пропасть – тем более что эта воля в значительной степени основывалась на обещаниях, которые впоследствии оказались нежизнеспособными или не были выполнены. Эта пропасть – не случайность. Ею сознательно злоупотребляют «опекуны» народа, действующие в обход мандата избирателей без каких-либо санкций, и она заложена в структуре республики с момента ее основания.
Представительная демократия – это моментальный снимок. Выигравший выборы – будь то благодаря убедительности или впоследствии нарушенным обещаниям, – получает мандат на несколько лет. Однако в течение этого времени отсутствует какая-либо обязательная обратная связь. Именно в этом и заключается возможность злоупотребления: политическая власть осуществляется без необходимости постоянно подвергаться одобрению суверена.
В случае представителей, искренне и лояльно действующих по отношению к народу-суверену, это может обойтись без серьезных последствий. Однако в данном случае ясно видно, какой ущерб может быть нанесен. Правительство, которое образуют партии, по опросам, получающие лишь незначительную долю поддержки избирателей, политически и юридически сохраняет способность действовать, пока сходится внутренняя коалиционная арифметика. Формально этого достаточно. Однако с политической точки зрения это де-факто отрыв от общественной реальности.
Это не случайность, а следствие конкретной структуры нашей системы. ФРГ была сознательно задумана как система с ярко выраженным представительным характером. Исходя из опыта Веймарской республики, страдавшей от рисков чрезмерного влияния плебисцитов и возможности политической инструментализации массовых решений, «отцы-основатели» хотели ограничить опасность демагогии, эмоциональной мобилизации и политической радикализации. Это решение было исторически обоснованным и продиктованным их благими намерениями.
Но есть и обратная сторона. Тот, кто в значительной степени ограничивает плебисцитарную составляющую, открывает широкие возможности для злоупотреблений со стороны политического руководства. Дает ему возможность сохранять свой пост независимо от постоянного одобрения от суверена. Стабильность приобретается ценой потери непосредственного контроля со стороны избирателей.
Именно в этом заключается уязвимое место нашей системы, в которой представительная власть имеет преобладающее значение: в потенциальном, а в отдельных случаях и сознательном злоупотреблении властью со стороны избранной политической элиты. Предвыборные обещания можно пересмотреть или от них отказаться, и это не повлечет за собой реальных последствий в течение действующего законодательного срока.
Таким образом, демократия находится в поле противоречий: между представительной формой правления и плебисцитарной компонентой. Первая обеспечивает стабильность, вторая позволяет вносить коррективы и учитывать волю суверена. Тот, кто отдает абсолютное предпочтение одной из этих сторон, не понимает сути проблемы.
Не хватает баланса. Разумное усиление плебисцитарных элементов, реализованное так же, как и в других государствах, – в качестве четко регламентированного институционального корректива – затронуло бы именно ту область, в которой система сегодня слепа: постоянную привязку политической власти к воле суверена. Не в виде постоянного плебисцита, не в качестве замены парламентского устройства, а в виде регулярной, обязательной проверки политической легитимности, сопровождаемой ощутимыми последствиями.
Данная иллюстрация показывает, к чему приводит отсутствие такой связи. Это не исключение, а реальная опасность, заложенная в слишком односторонней представительной парламентской системе и приведшая к ее сегодняшнему кризису в лице не соответствующего посту канцлера Мерца.
Прежде всего, это показывает, как легко политическая ответственность превращается в пустую фразу, как только речь заходит о сохранении власти. Это хронический недостаток политической системы, которая чрезмерно опирается на личную честность своих представителей и ориентирована преимущественно на представительную функцию, что позволяет при политических просчетах фатально, без возможности исправления, годами игнорировать волю суверена, нанося ущерб государству и его гражданам.
Михаэль КОРЕНЦЕХЕР, «Еврейская панорама»
Комментариев нет:
Отправить комментарий