Богу легко забыть, что Он добрый…
Снова верчу в руках “Трудно быть богом” - книгу, которая с каждым новым прочтением оказывается глубже и страшнее.
Снова верчу в руках “Трудно быть богом” - книгу, которая с каждым новым прочтением оказывается глубже и страшнее. В ней столько слоёв, столько спрятанных смыслов, что иногда охватывает почти мистическое ощущение: будто Аркадий и Борис Стругацкие писали не фантастику, а пророчество, набирая текст на старой печатной машинке, сами не до конца понимая, что именно выходит из-под их пальцев.
В руках - Стругацкие. По еврейскому календарю - глава “Ноах”. А в новостях - горящий Париж и лицо белолицей парижанки, которая со слезами умоляет погромщиков не грабить семейный бутик. Этот магазинчик пережил Французскую революцию, Первую мировую и нацистскую оккупацию. Его передавали из поколения в поколение. И вот теперь его грабят. Она же была такой прогрессивной. За мигрантов. За либерализм. За “фри Палестайн”. И, разумеется, не еврейка.
В это же самое время, в будничном, почти канцелярском режиме, в иранской тюрьме казнят 23-летнюю Нашмех Амини. Три месяца пыток. А перед смертью - изнасилование по приговору суда. По. Приговору. Даже если допустить, что средневековые палачи каким-то чудом добрались до наших дней, сама идея “завершить процесс” именно так говорит о такой степени морального распада, которую трудно осмыслить. И почти никто не кричит. #ООН молчит. Феминистки молчат. #MeToo молчит. Грета молчит. Потому что “национальные традиции”. А вот Париж горит - это уже серьёзно. Милан, Брюссель… Здесь же колыбель европейской культуры: Вольтер, Дюма, Бальзак. Какое вам дело до каких-то персов, которые насилуют женщину перед казнью?
Между тем зороастризм и древняя персидская цивилизация существовали задолго до того, как на грязных берегах Сены полудикие племена начали строить то, что потом назовут Парижем. Тогда ещё не было ни французской нации, ни языка, ни культуры. Персия уже успела забыть то, к чему только стремились обитатели будущей Франции. Как же вышло, что древняя империя превратилась в сегодняшний Иран? Возможно, ответ прост и страшен: чем выше уровень развития общества, тем сильнее соблазн поверить, будто все люди одинаковы и всем можно дать равные права. Эта идиотская идея уже не раз приводила человечество к катастрофам. И оно снова и снова наступает на те же грабли.
Европа, похоже, идёт по знакомому сценарию. Через полвека, если ещё останутся книги и компьютеры, Франция 1970-х станет музейным экспонатом. Если только не появится человек масштаба Пиночета - тот, кто возьмёт на себя ответственность и вырежет левую заразу на корню, как это было сделано с Альенде. Пиночет не дал Чили скатиться в гражданскую войну. В Европе таких генералов, боюсь, уже нет.
В отличие от Пиночета, дон Румата из романа Стругацких мучился сомнениями. А что, если он не сможет уничтожить зло? Не проще ли залезть в ковчег, как когда-то Ноах, и спасти только себя и своих? Здесь круг замыкается.
Стругацкие были евреями. А значит - несли в себе частицу того самого Б0га, от которого мой народ получил заповеди на Синае. Их роман потому и кажется пророческим, что каждый раз при чтении возникает один и тот же вопрос: почему нельзя просто взять оружие и начать выкашивать эту нечисть? Потому что евреи - старый народ. Нам милее кокосовые печеньки на Песах, утреннее накладывание тфилин и блюзовая мелодия на фоне. А Б0г, с которым заключил завет Авраам и которому приходится постоянно напоминать, что Он - добрый, иногда требует другого: отложить скрипку, недопитый кофе и печеньки - и взять в руки пулемёт. Потому что мир наполнен существами, лишь внешне и анатомически похожими на людей, но не признающими даже семь законов Ноаха - тех самых, которые передал мой предок, праведный в своих поколениях.
Ноах тоже в своё время предпочёл абстрагироваться. Он отвернулся от грабежей, которые сегодня называют хамасом, от извращений и мерзости. На большее у него не хватило ни сил, ни мотивации. Пиночету хватило. Ноаху - нет. Б0г сказал: строй ковчег. И он построил. Видимо, Создатель заранее знал пределы возможностей своего праведника.
Б0гу легко забыть, что Он добрый. Читая главу “Ноах”, стоит помнить: Он обещал не уничтожать человечество водой. Только водой. Не другими средствами. И сейчас, глядя на наше поколение, Он вполне может подумать, что поколение Ноаха было не самым худшим. Особенно на фоне нынешнего. И тогда возникает вопрос, который уже не литературный, а вполне практический: не пора ли кому-то взять в руки скальпель и вырезать опухоль? Или люди сделают это сами?
Блог автора на Facebook
Комментариев нет:
Отправить комментарий