Майкл Бэрон | Эй, Германия: ограничение иммиграции – это наше неотъемлемое право
Майкл Бэрон – ведущий политический аналитик журнала Washington Examiner и автор книг. В своём материале он оценивает процессы, происходящие в Германии и других странах Европы, с американской точки зрения.
Несколько недель назад радикально левые кандидаты одержали неожиданные победы на праймериз Демократической партии в Пенсильвании, Флориде, Мичигане, Колорадо и Нью-Йорке, пробившись в Сенат и Палату представителей США. А теперь и партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) взяла свое, одержав вполне предсказуемую победу на выборах в ландтаг Саксонии-Анхальт.
В Штатах партийные чиновники-демократы послушно сплотились вокруг своих ультралевых выдвиженцев, хотя официальная программа организации «Демократические социалисты Америки» прямо требует ликвидировать полицию, тюрьмы и иммиграционные службы. В Германии же картина обратная: истеблишмент германских системных партий – ХДС/ХСС, СДПГ и «Зелёные» – в один голос твердит, что АдГ остаётся для них «правоэкстремистской» группировкой, и наотрез отказывается от любых коалиций.
Германия в своем похвальном, казалось бы, стремлении не допустить реанимации национал-социализма закручивает политические гайки так, что у рядового американца это вызвало бы шок. Да, на заре своего существования в 2010-х годах АдГ, как отмечает Кристофер Колдуэлл на страницах First Things, действительно привлекала персонажей с довольно тревожными взглядами.
Да и сегодня некоторые её лидеры озвучивают идеи, которые многим покажутся отвратительными – взять ту же поддержку России в украинском конфликте. Но вот что примечательно: вероятность того, что они перейдут грань от критики Израиля к откровенному антисемитизму, выглядит куда меньшей, чем у иных левых европейских партий.
Нынешний аргумент системных партий в пользу изоляции АдГ держится на одном-единственном ките. Это та самая тема, которая и позволила АдГ обойти старожилов политики в предвыборных опросах – иммиграция. Колдуэлл объясняет это так: «АдГ в Саксонии-Анхальт получила ярлык “доказанно правоэкстремистской” исключительно из-за своего этнического понимания понятия “немец” (которое в сегодняшней ФРГ искусственно приравнено к любому человеку, имеющему германское гражданство)».
Впрочем, АдГ далеко не одинока. Ведущие СМИ вроде лондонского The Economist и прочие влиятельные новостные рупоры континента охотно вешают ярлык «правых экстремистов» на любую европейскую партию, которая смеет заикаться об ограничении иммиграции.
Политические элиты годами благосклонно взирали на потоки иммигрантов из исламских стран Ближнего Востока, Южной Азии, Северной и Субсахарской Африки. Публике это скармливали под соусом «экономического спасения» Европы, где из-за низкой рождаемости рост экономики просел почти до нуля, а финансирование щедрых пенсионных систем и медицины оказалось под угрозой.
Вот только избирателя эти сказки больше не убеждают. В Германии АдГ – пусть её основное ядро и находится в новых федеральных землях – в общенациональных опросах уже обходит и христианских демократов, бессменно руливших страной почти всю историю с 1949 года, и социал-демократов с их корнями из XIX века.
Во Франции Марин Ле Пен из «Национального объединения» уверенно лидирует в опросах перед президентской гонкой 2027 года. И это несмотря на то, что местный истеблишмент месяцами пытался выбить её из колеи с помощью сомнительных судебных решений. В копилку её популярности падает любая глупость властей – вроде попыток высмеять субсидии на кондиционеры в это жаркое лето как «американское извращение».
В Великобритании новоиспеченный премьер Энди Бернем, выехавший на популярности в Манчестере, наблюдает, как его Лейбористская партия пытается сдержать напор «Реформы» Найджела Фаража. Ирония в том, что лейбористы, вопреки названию и истории, стремительно теряют рабочие кварталы. Теперь их электоральная база – это сытый, высокообразованный и заселенный иммигрантами Большой Лондон.
Что касается Италии, то премьер Джорджа Мелони, которую левые поначалу клеймили как ультраправую аутсайдершу, в начале этого месяца побила рекорд по длительности непрерывного пребывания у власти в истории Республики.
Что общего между Ле Пен, Фараджем и Мелони? Их жесткое неприятие иммиграции, особенно мусульманской. И для этого у них есть железобетонные основания.
В 2015 году германский канцлер Ангела Меркель волевым решением распахнула двери страны для миллиона с лишним иммигрантов, состоявших преимущественно из молодых мужчин. На все протесты она упрямо твердила: «Мы справимся». И каков итог? Число жителей Германии, родившихся за пределами страны, выросло с 8,1 миллиона в 2014 году до 13,4 миллиона в 2022-м, а кривая насильственной преступности резко поползла вверх. Иммиграция обрушила и показатели успеваемости в школах. Официальные медиа, разумеется, пытались эти факты замолчать.
Экономического чуда от притока мусульманских иммигрантов тоже не случилось. Напротив, экономика буксует из-за заоблачных цен на энергоносители – плода собственной глупости властей – и давления со стороны Китая, уничтожающего германский автопром. Экономические сказки истеблишмента о пользе открытых границ лежат в руинах.
Но больше всего меня поражает то, как европейские и американские элиты умудряются морально приравнивать неприятие массовой иммиграции к Холокосту. С какой стати нежелание впускать людей, которые очевидно не хотят интегрироваться в твое общество, приравнивается к промышленному уничтожению миллионов?
Да, в основе обеих мер может лежать неприязнь к определенным групповым чертам. Называйте это предвзятостью или фанатизмом, и вы будете правы, говоря, что нельзя судить о каждом человеке по среднему показателю его группы.
Но если эти групповые черты объективно разрушают те формы человеческого общежития, которые в Европе и Америке выстраивались десятилетиями, становится не до политкорректности. Мы, рожденные во время Второй мировой войны, видели этот прогресс своими глазами. Разве это не повод проявлять элементарную осторожность при радикальном изменении культурного ландшафта?
Особенно это касается Европы, которая, в отличие от Америки, с треском провалила интеграцию новоприбывших. Да и самой Америке стоит поостеречься, пока мы окончательно не обесценили достижения наших предков.
Разумный совет здесь дает либеральный экономист Ноа Смит. «Либерализму, – пишет он в Substack, – кровь из носу нужна новая философия иммиграции».
Он прямо говорит своим коллегам по цеху: избиратели Альтернативы для Германии (как и сторонники Трампа в США) голосуют так не из-за ковидных ограничений или «экономического отчаяния». Это концентрированный гнев из-за бесконтрольной иммиграции в чистом виде.
Либералам пора признать очевидные истины: иммиграция в наши страны не относится к «правам человека», принятие ограничительных иммиграционных законов – наше неотъемлемое право, а иммиграция в Америку должна работать исключительно на благо самих американцев.
Западные элиты напрочь позабыли эти принципы, когда рукоплескали Меркель, впустившей миллионы человек – включая десятки тысяч молодых парней, для которых сорвать хиджаб с женщины автоматически означает получить право на её изнасилование.
Американские элиты ослепли точно так же. При администрации Байдена политика открытых дверей привела к тому, что число рожденных за рубежом жителей выросло на рекордные 8,3 миллиона человек всего за четыре года его президентского срока. Для сравнения: за два срока Обамы этот прирост составил 6,3 миллиона, а за четыре года Трампа – всего 1,6 миллиона.
В результате мы получили огромную, критическую массу нелегальных иммигрантов. Я всегда утверждал: когда миллионы людей живут в стране на нелегальном положении – это одинаково плохо и для государства, и для них самих. При этом я не раз призывал легализовать многих из них, и до сих пор считаю этот шаг оправданным.
И, похоже, жесткие сигналы уже работают. По данным Бюро переписи населения, за первые 20 месяцев работы второй администрации Трампа число родившихся за границей жителей США сократилось сразу на 2,8 миллиона. Иммиграционная служба (ICE) не может приписать этот успех своим депортациям – они не покрывают и половины цифры. Вывод прост: нелегальные иммигранты предпочитают массово превращаться в эмигрантов и уезжать сами, не дожидаясь, пока их выдворят силой.
Мир меняется. Как пишет Смит, Германия усложняет получение гражданства, Франция и Италия перекрывают границы, ЕС закручивает гайки в правилах предоставления убежища. Канада сворачивает иммиграционные программы, а Швеция и вовсе доплачивает иммигрантам, лишь бы они уехали.
Пора признать: попытки изолировать АдГ и выставить её политической силой, мечтающей отправить иммигрантов в газовые камеры – это дешевая демагогия. А если в рядах партий, критикующих иммиграционную политику правящих элит и водятся сомнительные персонажи – это, конечно же проблема, но это проблема, которая есть и у других (а может быть даже у всех?) политических партий.
Перевод Генриха Дауба
Комментариев нет:
Отправить комментарий