Он был красив и силен.
В конце 18 века евреи Польши оказались в России. Никто их
туда не звал, да и они не собирались жить в империи Екатерины Великой. Люди,
исповедовавшие культ знаний, свободы и радости жизни, очутились словно на чужой
планете, в среде людей, не разделявших их убеждения, не понимавших и не
принимавших сами основы еврейской жизни. Сто лет самодержавие держало народ
Торы в рабстве черты оседлости и разных, ограничительных законов, но постепенно
множились соблазны полноправия и участия в жизни страны, ставшей для евреев
Родиной. В феврале 1917 года все цепи рухнули и потомки Иакова решили, что они,
со своими, уже перечисленными идеалами, оказались не на чужой планете, а у себя
дома.
Они не желали
замечать, что в России, по сути, ничего не изменилось, и их попытки родства,
часто с отказом от своей веры и самобытности, ничем другим, кроме трагедии не
могли кончиться. Народ еврейский в СССР просто стал таять на глазах под тихим,
бескровным геноцидом ассимиляции. Холокост и Сталин чуть не поставили точку на
участии евреев в жизни северной державы. Бог спас, но, тем не менее, под гнетом
государственного антисемитизма еврейское население СССР продолжало таять, тем
не менее, не утрачивая свою природную любовь к знаниям, жизни и свободе.
И тут новая
русская революция. Опять евреи избавились от вериг государственного гнета, и
снова решили, что они дома, и имеют полное право быть активными гражданами той
страны, где родились. Вновь, все эти евреи и полуевреи, бросились в атаку, смело проповедуя коренному населению то, что им казалось
правильным и необходимым. Их не смутил, и ничему не научил, даже чудовищный
рост юдофобской пропаганды, сполна компенсирующий временно исчезнувший
государственный антисемитизм. Они, как революционеры февраля и октября прошлого
века, ринулись вперед на новые грабли, не гнушаясь всем тем, что погубило еврейских
революционеров большевицкой поры. Это было похоже не припадок жадности,
наивности или безумия. Все эти Гусинские, Березовские, Чубайсы, Немцовы,
Каспаровы, Ходорковские… Чуть ли не едином строю, решили перестраивать
страну, вновь не понимая, что все они, как жили, так и живут на чужой планете.
Им казалось, что, если они не верят в Бога Торы, не носят кипу, не отращивают
пейсы, а переоделись в партикулярное платье, аборигены примут их за своих. И
снова они ошиблись. Где-то там тихо делает свои бабки Гусинский, в бегах
Каспаров, убит Березовский, пережил два покушения Чубайс, отбыл драконовский
срок Ходорковский, расстрелян Немцов, все сделавший, чтобы забыть о своём
происхождении, а по сути, продолжив своей смертью трагедию еврейской ассимиляции в России.
Мою заметку: "Борис Немцов и трагедия еврейской ассимиляции" "опроверг" Михаил Оршанский. Он пишет:
"Люди, исповедовавшие культ знаний, свободы и радости жизни" - это не про евреев РП, особенно в конце 18 века. Всё остальное в статье - не ко времени, не к месту, и никакого отношения к предмету не имеет. Уничтожение оппозиционера - суть русской системы, как бы не называлась власть. Аввакум - не был "ассимилированным евреем", равно как царевич алексей; не Григорий Перетц возглавил декабрьские события, etc".
Видимо, Михаил полагает, что наши прадеды были сплошь мракобесы, невежды и религиозные фанатики. Тем не менее, даже в тот период евреи были, почти все, грамотны, главным праздником у них был Песах- праздник свободы, большая часть исповедовала хасидизм, с его мудростью и радостью жизни. Каким был мир, куда они попали, напоминать нет нужды. Отсюда у ув. г. Оршанского и непонимание смысла остальной части моей заметки. При том, что он совершенно прав, указав на "уничтожение оппозиции" властью России. Впрочем, этим пороком страдала не только русская власть. Но я-то написал совсем о другом: о трагической попытке евреев слиться с чужим народом и учить его жить по своим законам и правилам.
