Как правительство, университеты и СМИ формируют единую политическую систему
Глобальное потепление и расовое неравенство – примеры их «продукта».
Photo by Tobias Pfeifer on Unsplash
Считается, что федеральное правительство, университетская система и основные СМИ образуют взаимосвязанную трехкомпонентную политическую систему, основанную на прогрессивной идеологии и защите прогрессивных интересов.
Каждый выполняет свою роль: университеты формируют прогрессивные теории, СМИ их усиливают и распространяют, а правительство стремится регулировать и внедрять их через законы и нормы.
Глобальное потепление и расовое неравенство яркие примеры такого подхода.
Все три института, исходя из своей идеологии, продвигают постоянное классовое разделение, активизм в сфере социальной справедливости и экономическое перераспределение. В прогрессивной политике «богатые» граждане должны облагаться налогом на богатство, в то время как университеты ищут семьи и спонсоров, оплачивающих полную стоимость обучения, чтобы субсидировать всех остальных. Оба подхода имеют социалистическую структуру.
Университеты – это «маленькая d» Демократической партии. Они постоянно обращаются к донорам, так же как их политический аналог обращается за пожертвованиями на кампании и инициативы. Обе системы функционируют как замкнутые, самоподдерживающиеся структуры, и в обеих существует «глубинное государство», состоящее из армии бюрократов, действующих как единый, согласованный блок. СМИ обращаются к ним за авторитетными мнениями и как к источнику «правильного» поведения почти по всем вопросам и спорам – включая этнорелигиозные, расовые и классовые предубеждения, которые считаются интеллектуально обоснованными. Примерами служит антисемитизм, «белая привилегия» и чрезмерное богатство.
Однако правительство, высшее образование и основные СМИ функционируют строго через институционализм и институциональную власть.
Как утверждала профессор права Гарвардского университета Вики Джексон, профессор конституционного права имени Лоуренса Трайба, в недавней лекции, что именно эти институты и прежде всего они защищают демократию (она не уточнила, что такое демократия).
Но более того – все факты, истина и авторитет исходят из сети всего лишь трёх особых «институций знания»: университетов, федеральных судов и основных СМИ. И она утверждает, что их необходимо особенно защищать (то есть, по сути, навсегда сохранять).
Это можно сказать, составляют институциональные компоненты идеологической надстройки прогрессивных левых, поскольку их можно организовать в единый взаимно усиливающийся политический голос.
Университеты и прогрессивное правительство, разумеется, могут прославлять отдельных людей, но лишь в той мере, в какой их можно рассматривать как их собственные эффективные создания и фактически их «собственность» (как бывший президент США Барак Обама сказал, имея в виду предпринимателей: «Это построил не ты» («You didn’t build that»). Обе структуры с пренебрежением относятся к подлинному индивидуализму, особенно к его «жёсткому», независимому типу. Отсюда, отчасти, и основание для «Синдрома помешательства на Трампе» («Trump derangement syndrome»). Президент слишком индивидуален, слишком прямолинеен и слишком неуважителен к институциональным нормам.
Они не организуют свою деятельность вокруг того, что и кого можно обвинить. Они не терпят инакомыслия, то есть не допускают, не принимают и не признают несогласие, оппозицию или требование подотчётности, а в случае СМИ активно стремятся делегитимировать их или действовать ещё жёстче. Они могут заявлять, что приветствуют или даже поощряют широкий спектр мнений либо стремятся к «истине», но на деле эти мнения и факты в конечном счёте не могут угрожать интересам или авторитету самих институтов.
И есть ещё один любопытный аспект того, как эти три института экономически усиливают друг друга, оправдывая постоянные и всё возрастающие расходы. Деньги сами по себе представляются неким «магическим эликсиром» прогрессивных изменений и социального прогресса. «Живая конституция» существует за счёт денег.
И если этот поток «бесплатных благ» прерывается, как угрожал президент Трамп в отношении университетских грантов, тогда СМИ и Национальный комитет Демократической партии (DNC) приходят им на помощь, утверждая, что последуют серьёзные опасности; что без жизненно важных бюрократов глобальное здравоохранение окажется под угрозой; и что мир погрузится в новый тёмный век. Один бывший советник Обамы и профессор экономики назвал миллиарды долларов свободно распределяемых средств налогоплательщиков «защитным солнцезащитным кремом». Он советовал Обаме «действовать масштабно». Соответствующим университетским исследованиям, которые называют себя «передовыми» и «мирового уровня», также угрожает прекращение финансирования.
Тем временем контроль границ, право на ношение оружия, аборты, вакцинация, гражданство, удостоверения избирателей и само государство трактуются через радикально прогрессивные интерпретации. Левые, вместе со своей университетской сетью сторонников и при поддержке СМИ, не склонны учитывать реальные факторы общественной безопасности, национального суверенитета, религии и безопасности, которые формируют социальную целостность – такие как границы, вера и квалифицированное гражданство.
Тысячи студентов университетов выпускающихся в этом году в значительной степени усвоили институциональное мировоззрение левых. Это мировоззрение в конечном счёте основано на игнорировании того, где на самом деле создаётся богатство и откуда финансируются все социальные издержки: частный сектор, отдельные люди и семьи. Левые заменяют их государством, университетами и судами.
Хотя многие студенты справедливо гордятся трудом, который потребовался для получения степени по сложной специальности, их выпускная шапка и мантия всё чаще символизируют обряд включения в систему идеологической социализации, в которой правительство, университеты и СМИ могут претендовать на влияние на их мышление в большей степени, чем сами предметы, которые они изучали для развития собственных интеллектуальных способностей.
Источник: How government, universities and media form a single political system – American Thinker
Перевод Рины Марчук
Комментариев нет:
Отправить комментарий