Джек Нейхаузен | Бывают такие сны, что будильник хочется расцеловать…

Калейдоскоп 25.04.2026

С кем бы вы ни беседовали на любые темы, когда в разговоре появляются слова: «А вот я вчера видел сон…» – уровень голосов становится тише, наступает странное желание выслушать, а потом сказать: «А вот у меня тоже был интересный…».

Джек Нейхаузен

Сны и сновидения. Сколько таинственного в них на самом деле и сколько они обрели символизма, сказочного и пророческого для людей любого возраста. Слышал я не раз от «героев социалистического труда» или матёрых коммунистов твёрдо отчеканенные слова: «Я снам не верю!». Но вот вечером, дома, трезв или нет, сидя на краю постели, тихо пробурчит уже засыпающей жене: «Мне вчера такое приснилось! Как я взятку взял!». Оставлю в сонном тумане – взял он её или нет? Но ведь приснилось и ему, рьяному материалисту, что-либо чужое или родное. Одно радостно – 90% сновидений исчезают почти мгновенно из памяти. Если не записать поутру, с трудом можно восстановить… И, наверное, это спасательный круг, который наш ум и память дружно бросают нам, чтобы мы с ума не сошли!

У каждого человека определённо бывали моменты, достойные сновидений, и даже повторения снов, а возможно, запоминания. Это могут быть совершенно разные отрывки из «кинохроники» вашей жизни – счастливые и трагические. В этом ночном кинотеатре есть все времена года и все возрастные пометки на дверях, как и морщины на руках. Там смех и слёзы, осень и весна, молодость и старость – всё переплетается беспорядочно. Кто редактор? Как и когда, а главное – почему он эти фильмы выпускает в прокат? На наш просмотр афиш и анонсов мы не получаем заранее. Есть лишь подушка – может, она знает?

Мозг выбирает моменты из нашей жизни сам по себе, у него свой ритм и система. Я пишу всё это не как психиатр, психолог или профессор по сновидениям – Боже упаси! Честное слово, я ничего на эту тему не изучал и не выискивал. Пишу по просьбе близкого моего друга. Согласился, потому что я необычный «сновидец». Меня тема сна всегда интересовала потому, что я вижу сны. Всю жизнь – и довольно часто! Я никогда не задумывался над темой сновидений – что это значит? Есть множество интерпретаций сна, но это всё из «психотерапии», а часто просто догадки, совпадения и предположения. Бесспорно, кто-то, наверное, имеет ключ к этому. Но кто? Кроме того, мне всегда интересно слушать рассказы людей о всевозможных случаях из их жизни. И даже вижу, что рассказывающий говорит неправду. Особенно когда говорят о сновидениях. То, что запечатлевается из сна утром, не имеет вариантов. Там выдумка видна мгновенно. Наверное, не всем, но «ясновидцу», как я, сразу понятно, когда рассказчик делает «ошибки».

Помните Ильфа и Петрова, «Золотой телёнок»: «О господи! Всё те же сны! Те же самые сны!» – это говорит Фёдор Никитич Хворобьёв, монархист, ненавидящий советскую власть. Он мучился кошмарными сновидениями из советской жизни, как, например, заседание ненавистного месткома! А всей душой мечтал увидеть царскую семью, ну или хоть заседание Думы! На его горе Остап Бендер ему пообещал вот что: «Я вам помогу. Сон – это пустяки. Главное – это устранить причины сна. А это Советская власть. Но в данный момент у меня просто нет времени её устранить!»

Вот тут-то как раз на сцену выхожу я! Уметь вызвать сны, какие я хочу, – почти всегда. Сохранил это удовольствие до сегодняшнего дня. Дело нелёгкое и нуждается в реальном примере. Например, поговорив долго по скайпу с моим старейшим другом в Риге, насмеявшись и перебрав множество приятных воспоминаний из далёкого рижского прошлого – это уже мой входной билет в сновидение. Весь день до прикосновения головы к подушке перебираю весёлые воспоминания. И в момент, когда вы уже удобно закутались в постели, лишь начнёте чувствовать, что вы заскользили в сонную негу – настройтесь, думайте о тех весёлых временах. Есть шанс, что вернётся во сне калейдоскоп всего этого, который забудете утром, если, конечно, сразу, открыв глаза, не вспомните и не запомните! Это важно. На всякий случай рассказываю иногда Аэлите – она-то запомнит.

Помните волшебника сна Оле Лукойе из сказки Андерсена? Я совершенно уверен, что всю мою жизнь я был одним из его любимых клиентов! Он меня знал прекрасно! Поэтому уже маленьким мальчиком я имел счастье засыпать под его красивым цветным зонтиком и наслаждался сновидениями. В зависимости от моего «поведения», возможно, по просьбе моих родителей, Оле раскрывал надо мной другой, совсем простой, гладкий зонтик. И я спал, абсолютно лишённый прекрасного путешествия в мире сновидений. Иногда он вынимал из кармана своего камзола маленькую солянку, наполненную мельчайшим песочком. В наказание за мою какую-нибудь проказу он тихо-тихо посыпал им мои закрытые глаза… Спал я беспокойно, а утром в уголках глаз у меня были песчинки – как напоминание: больше себя плохо не вести.

Этот замечательный волшебник научил меня спать – в полном смысле этого слова. И, в противовес учёным психологам, вижу мои сны иногда цветными! Ещё одна поистине удивительная особенность – прервав сон по какой-либо причине, вернувшись в постель и положив голову на подушку, – сон продолжается! Чудеса!

На минуту представьте себе вот такой «ноктюрн». За окном глубокая ночь. Просыпаюсь – хочется пить, часы мерцают: всего два часа ночи. По пути на кухню вспоминаю сон, в котором было море, сосны, песок, да и весёлая компания друзей! Какой хороший сон о давно прошедшем! Знакомые и даже родные лица, многих из которых уже нет. Бреду в темноте назад в постель. Как приятно снова улечься удобно и вытянуть ногу куда-то в сторону, где простыня холодная. Закрываю глаза… В моём возрасте, уже без помощи моего учителя сна Оле, засыпаю. И опять я на песке, и опять давно забытые люди со мной, и так хочется побыть с ними подольше… Просыпаюсь утром, солнце пробивается сквозь шторы, а хочется опять темноты – досмотреть! Помню почти всё, что приснилось. Интересно то, что во сне, в подсознании, я всё-таки каким-то скрытым чувством знаю, что это сон!

Таинство сна. Сны могут быть тяжёлые. Не раз чувствовал, что нервничаю и переживаю во сне, и в то же время осознаю, что я сплю! Как бы нас двое – я во сне и я-наблюдатель. Странно и непонятно. Иногда после трудного сновидения весь день потом чувствую странное напряжение. Анализируя, почему у меня мрачное, «рваное настроение», вспоминается сон – и о чём, и о ком… Понятно, почему так себя чувствую. Интересно, например, пытаться поймать себя в момент перехода в сон. Так же, как если вы делали что-либо под наркозом: поймать эту грань – от разговора с доктором и… вдруг просыпаешься, уже вся процедура сделана. Опять упустил тот момент! Но я пару раз момент этот поймал.

Однажды я, засыпая, вдруг на рубиконе яви и сна увидел, как вспышку в глазах – что-то зелёно‑клетчатое. Вспышка – и уснул. …Просыпаюсь утром и, не вставая, сразу пытаюсь запомнить удивительный сон. Я в Риге, мне, наверное, лет шестнадцать, пришёл довольно поздно домой. Поздно. Мама, как всегда, на кухне – чувствует, когда её «блудный» сын вернётся. Помню, что рассказываю ей о чём-то, смеюсь, делюсь деталями. Она почему-то молчит. Мне так хотелось услышать что-то от неё, а она молчит и курит. (Всегда курила одну папиросу в день и только вечером – говорила, что это ей помогает уснуть!) Во всех деталях описываю встречу или компанию, а она молчит. Улыбается, но ни слова…

Утро тёмное и пасмурное. Куда спешить. Вспоминаю сон – ведь приятно побывать дома. Помню плиту и табуретку. Мама, как всегда, держит локоть руки на столе. И вдруг, как молния! Вспомнил: это же вот тот зелёно‑клетчатый цвет нашей скатерти. Значит, я его поймал перед переходом в царство сна!!!

Оле Лукойе лишь развёл бы руками, выронив все зонтики…

 …Слякоть. Быстро идём по Нью‑Йорку с моим другом и партнёром Юлом Бренсоном. Он мне рассказывает о новом проекте, полон идей и разъясняет, что я должен буду делать. Меня это нервирует, хочу начать спор. А вообще-то я думаю о моих дорогих туфлях, которые уже безнадёжно промокли. И ноги замёрзли. А он продолжает говорить. Проснувшись, пытаюсь восстановить сон. И замечаю, что одеяло частично сползло на пол: плечи накрыты, а ноги? Недаром ноги холодные.

Интересно, что сон – это немой фильм. Никогда не слышу ни звука, ни голосов, ни гудков машин… Но Юл был рядом, совершенно живой, как всегда, хотя мы с ним по слякоти никогда не ходили… Трудно представить, что уже больше 20 лет его нет.

…Знакомый пляж, холодное стальное море и футбольный мяч. Играем в футбол с моими рижскими друзьями. Быстро, грубо, залитый потом. Хочу забить гол – и никак не могу. Причём отчётливо вижу хорошие пасы, но забить их не могу. Ни разу не могу забить верный гол! Солнце, море и друзья… Проснувшись, я будто на самом деле играл в футбол на солнце – возбуждённый и потный! И поразительно, что, прекрасно осознавая, что это был лишь сон, – я огорчён, что ни разу не забил мяч в ворота…

Вот вы и посмотрели всего три сна из «Тысячи и одной ночи» из жизни Джека. Волшебство в том, что, не запомнив сновидения сразу, не повторив сон в голове или не пометив на листке бумаги, – они имеют магическое свойство начисто исчезать из памяти. Поверьте мне! Исчезают, как круги на воде. Увидеть давно ушедших близких во сне? Это совершенно другое, чем сидя в кресле на экране опять видеть родные лица.

П. С. Прочёл мою «исповедь лунатика», исправил кое-что, выключил компьютер – и в постель. Уже поздно. Вид ночного океана таинственный и в то же время успокаивающий. Вижу его прямо из моей спальни. Лунная дорожка видна, хотя сегодня не полнолуние, и полумесяц луны то появляется, то исчезает. Думал о написанном – и сразу уснул…

Проснулся в 7 утра. Сразу, поэтому и точно, записываю мой удивительный и довольно сумасшедший сон: …Пытаюсь поставить пластиковый белый стул на пол в какой-то незнакомой комнате. Со мной Рафаэлла. Она мне говорит: «Папа, надо сначала убрать все эти огородные лопатки, скребки и горшочки. Что же ты стул на них ставишь?» В тот же момент мой внук подошёл и говорит мне на ухо: «Аша (так он меня всегда зовёт), я уже продал две пары этих деревянных сандалий». (О чём он???)

Мгновенно – и я уже в Корее с моим партнёром Кей Ти Чангом, наверное, где-то 20 лет назад, поскольку он выглядит в своём «золотом» периоде. Пишу письмо в Израиль, что Кей Ти – огромный благотворитель Израиля. Доля секунды – и вот у меня гипсовый обелиск на стену, с лицом Кей Ти, от правительства Израиля. И также конверт: в нём пачка долларов. Я с трудом, на приставной лестнице, вешаю на стену этот барельеф. А Кей Ти почему-то уже сидит в казино, дёргает ручку и, как вижу, быстро тратит свои деньги из конверта. Каждое дёрганье ручки – $8.00. Вижу это чётко! Приглашает меня тоже к машинке, но Аэлита тянет меня за руку – не надо! Я, со словами «один раз», дёргаю ручку – и высыпается куча монет. Аэлита подставляет пластиковый пакет – набивается много. Мы идём к кассе и там получаем в обмен $1 300.00. Помню эту цифру! Кей Ти пропал куда-то, а нам надо на автобус – ехать в аэропорт. Нас уже ждут какие-то друзья и даже сестра Аэлиты, Люба! Все машут руками!

Конец сновидения. Солнце над океаном сверкает, отражаясь в водной глади. Жмурясь, быстро калякаю на листке бумаги мой невероятный сон. Кто его так соорудил? Кто сварил такую сборную, сонную солянку? Разгадывать – не имеет смысла! Было интересно и весело. Не говоря уже о прибыли в $1 300. Смотрю под подушкой и на полу. Денег не вижу!

Все расставанья во сне – непременно предвестники встреч. Спокойной ночи!

 

Jack Neihausen, 2026