суббота, 20 января 2018 г.

АНДРЕЙ ГАВРИЛОВ НЕ ЛЮБИТ ДАТЫ


Night thoughts

Дни рождения, годы, номера, цифры, кладбища, смерти и прочие развлечения меня никогда не интересовали как «события». Последний раз я справлял день рождения, посвященный моему восемнадцатилетию, в московской квартире на динамо. Было уже очень скучно и натянуто. Я уже не участвовал душой в празднике, на который пригласил несколько студентов и студенток первого курса консерватории. С удовольствием я встречал в последний раз свое пятнадцатилетие, когда ощущал прилив радости по поводу «гормональной свободы» и некоторого баланса, которую обещало взросление.
Потом было некогда, потому что музыка, жизнь были настолько интересными и новыми, что ощущение «рождения» я стал испытывать постоянно, каждый день.
Праздновать день чего-либо «от души» я не умею. Почему «день»? День памяти. Да что за чушь? Кого я люблю и помню, тот живет во мне, а «день» его или ее рождения по календарю даже как-то принижает мое чувство любви и причастности к персоне, которую я держу в сердце.
«Они почтили память вставанием», «минутой молчания». Понятно. Ритуалы. Но я в них не участвую. Я не буду минуту молчать, по поводу чего болит сердце, я буду говорить с сердцем. Если «они» встанут, я сяду. Пошли вы к черту с равнодушными ослиными ритуалами. Стойте у себя в стойле по любому поводу. К моему сердцу это не относится, к тем, кого люблю и по кому скорблю – тоже. Гадость – делать интимное общественным ритуалом. Политическая показная мерзость, как и все политическое. Уж если выразить что-то вместе, то надо договориться как и сделать это НЕстандартно, иначе нет никакого смысла, более того – цинично и фальшиво, всегда.
Но я отвлекся. Смерть. Ушел человек. Лично. Больно. Невосполнимо. Не надо внешнего. Ни внимания, ни участия, ничего другого. Если мы живы, то будем делами, глазами, телом, искусством выражать наше сочувствие. Но не соболезнованиями, выраженными по поводу. Идите вы на фиг с вашими соболезнованиями, выраженными словами «позвольте выразить мои соболезнования», думая в этот момент – «хорошо бы закурить» или «надо бы заскочить в туалет», или что-нибудь в этом роде.
Ритуалы. Человечество уже давно всё превратилось в ритуальные услуги. Живого почти и нет. Тошно.
Но я опять отвлекся.
Годы. Цифры. Когда мне было 5 лет, я чувствовал себя непомерно старым. Мне было до того всё грустно и «обрыдло», что я с трудом выносил «тяжесть бытия». Чуть помолодел к 16-и.
20, 30, 40 были очень тяжело-переходные. Мучительный мутный пубертет. С 50-и началась молодость. Трудная и турбулентная, но «стабильно укрепляющаяся». К телу это вообще не имеет никакого отношения. Оно само по себе, а я сам по себе. «Дни рождения» я не вспоминал с тех самых 18-и, когда стало скучно и ненужно. Цифры на календаре меняются, замечаю по концертам, но ко мне это не имеет никакого отношения, к моему возрасту – тем более.
Хорошо, скажет реалист – но объективно вы приближаетесь к могиле, а значит, стареете, дряхлеете. Идите в жопу – скажу я реалисту, рождение-могила. Эти два момента отчала и причала «решили без меня», а значит, это не имеет отношения к моей жизни. Меня не спросили, запуская в жизнь. Меня не спросят и вынимая из нее. Вот и пусть это «празднует» и отмечает тот, кто за это отвечает. А я отвечаю только за жизнь и вечную юность, которой наслаждаюсь НЕзависимо от состояния чурбана из кожи, костей и мяса, который прикреплен к черепной коробке. Это «не я». Это то, что кто-то принимает за «меня». «Я» – временно там и не очень имею к этому отношения. Так уже вышло. Не чувствую, не понимаю, не ощущаю себя связанным.
Так что, когда я «тово-с», как говорил Фира, буду рад, если это не вызовет никаких эмоций, упоминаний, тем более кондоленсий, и прочей чепухи. Был да сплыл. Самое лучшее – «умереть по-английски». Есть *уйти по-английски*, я предпочитаю так уходить отовсюду. Из жизни тоже. Всё надо делать скромно и со вкусом. Если останется музыка, кому-то нужная – хорошо. А лучше и вовсе ничего. Жизнь – это наш космос, в котором мы здесь любимся, рождаемся, звучим каждую секунду. Остальное – нас не касается. Как и цифры на календаре, которые нужны чтобы встретиться в пространстве в нужный «час», так же как и время, и сами «часы». Всё только применительно к жизни, нашей любви к ней, и друг другу. Вот и праздновать надо не раз в год, а постоянно.
Андрей Гаврилов
FB

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..