Был ли Исход уловкой?
Материал любезно предоставлен Jewish Review of Books
В четырехчастных списках из Агады (сыновья, вопросы, бокалы) не хватает одного пункта. Преподаватель Университета Бар‑Илана Йоши Фарджон утверждает, что были еще и четыре уловки, с помощью которых Б‑г обманул египтян, дабы вывести народ Израиля из Египта. Начнем с того, что в книге Шмот, 3:18 Б‑г наставляет Моше:
…и пойдешь ты и старейшины Израиля к царю египетскому, и скажете ему: «Г‑сподь, Б‑г евреев, явился нам, а теперь позволь нам пойти на три дня пути в пустыню и принести жертвы Г‑споду, Б‑гу нашему».
Надо ли говорить, что через три дня народ Израиля в Египет не вернулся. Логично предположить, что Б‑г этого и не ждал. Так зачем же обманывать?
Самуил‑Давид Луццато, итальянский ученый еврейского происхождения, живший в XIX веке, предположил, что на деле Б‑г таким образом уговаривал Моше, которому уже не особо хотелось покидать Египет. По мнению Луццато, именно поэтому Б‑г велит Моше сделать нечто совершенно обыденное (грубо говоря, «попроси его отпустить вас на долгие выходные в пустыню и посмотри, что будет»), чтобы склонить Моше принять свою миссию.
Дон Ицхак Абарбанель, придворный советник короля Фердинанда и королевы Изабеллы, расценивал эти строки как политическую манипуляцию: «Моше никогда не врал, он просто скрывал свои истинные намерения». Ведь Б‑г и не велел Моше врать фараону о том, что рабы якобы непременно вернутся из трехдневной отлучки. Кстати, средневекового толкователя Библии Авраама Ибн‑Эзру ничуть не смущало, что Б‑г вроде как вынуждает Моше прибегнуть к обману. Пожимая экзегетическими плечами, Ибн‑Эзра пишет: «Мудрость Г‑сподня превосходит наше разумение».
В стихе 3:22 книги Шмот описывается вторая уловка — а то и, пожалуй, мошенство. Б‑г повелевает еврейкам:
А возьмет женщина у соседки своей и у жилицы в ее доме вещи серебряные, и вещи золотые, и одежды; и вы возложите их на сыновей ваших и на дочерей ваших и используете Египет.
Когда, как сообщает нам Талмуд, неевреи пожаловались Александру Македонскому на незаконность подобных поборов, те представили это как компенсацию евреям за рабский труд.
Невзирая на это раввинистическое объяснение, в 2003 году Набил Хилми, декан юридического факультета египетского Загазигского университета, выступил с иском к «евреям всего мира» на «триллионы» долларов. В ответ Алан Дершовиц выдвинул встречный иск от имени всех евреев: за рабство в земле фараонов.
Третья и четвертая уловки из списка профессора Фарджона приходятся на ту пору, когда евреи уже вышли из Египта. В 14‑й главе книги Шмот Б‑г велит Моше водить евреев по пустыне, как будто он заблудился, чтобы войска египтян бросились за ними в погоню. А через несколько стихов Б‑г заманивает египтян в погоне за евреями в расступившееся море, которое тут же и смыкается над головами преследователей.
Традиционно коварству Всевышнего в указанном эпизоде книги Шмот находили разные оправдания. Как показывает Шира Вайс в своей книге «Этическая неоднозначность в Танахе» (Ethical Ambiguity in the Hebrew Bible), оправдания эти варьируются от признания того, что пути Г‑сподни недоступны человеческому разумению (так Ибн‑Эзра пожимает плечами), до оправдания лжи как средства спасения жизни (пикуах нефеш) и псевдокантианского отказа приписывать Б‑гу какие‑либо обманы. Возможно, именно этот последний подход привел к тому, что Абарбанель счел просьбу отпустить евреев на три дня в пустыню неоднозначной. Так, в рассказе Иосифа Флавия о третьей уловке именно Моше, а не Б‑г велит народу Израиля для вида свернуть не туда, чтобы заманить египтян в ловушку.
В книге «Еще раз о плутах: обман как лейтмотив Пятикнижия» (The Trickster Revisited: Deception as a Motif in the Pentateuch) Дин Эндрю Николас предлагает любопытный антропологический ответ на такие вопросы, которые традиционному истолкователю не пришли бы в голову. Народ Израиля вынужден прибегать к плутням, дабы выжить, — точь‑в‑точь как его праотец, давший ему имя, Яаков, он же Израиль, истый ламаркианец, при рождении схвативший брата за пятку, выторговавший первородство в обмен на чечевичную похлебку и притворявшийся Эсавом. По словам Дина, Яаков «парадоксальный плут: он из хаоса создает порядок; жертва несправедливости, он оказывается сильнее отведенной ему межеумочной роли и всех опасностей, с нею связанных; именно он воплощает собой Израиль».
Ответ скорее теологический (с которым в итоге соглашается Фарджон) предложил Овадья бен Яаков Сфорно, знаменитый комментатор Танаха, живший в Италии в раннее Новое время. Уловка Б‑га, приведшая к поражению египтян, была оправдана как «мера за меру (мида ке‑негед мида) — преследуемые вправе забрать себе добро, отнятое у них преследователями». Сфорно исходит из утверждения, что вообще‑то народ Израиля в рабство попал, поскольку египтяне его обманули. «Давайте мудро поступим с ним» (Шмот, 1:10), говорит новый фараон. Талмудическое истолкование этого и последующих стихов — психологическое предположение о том, как именно провернули эту аферу:
Рабби Эльазар сказал: бефарех [жестоко] — соединение слов: мягкими устами [бе‑пе рах]. Сначала египтяне мягкими, льстивыми речами уговорили евреев работать и постепенно подчинили их, лишив всякой свободы (Сота, 11б).
А когда оказалось, что поработить недостаточно, фараон пошел на другой, еще более жестокий обман: приказал египетским повитухам Шифре и Пуа убивать младенцев мужского пола, родившихся у евреек, а девочек оставлять в живых. По словам Ширы Вайс, «фараон, опасаясь бунта, попытался внушить еврейским роженицам, что их сыновья якобы появились на свет мертвыми, сам же повелел повитухам убивать мальчиков сразу после рождения. Повитухи всего‑навсего отплатили правителю той же монетой, наврав ему, что еврейки якобы родили еще до их прихода и видели, что сыновья их живы».
Эта‑то бескорыстная гуманная ложь повитух с риском для собственной жизни — Джонатан Сакс назвал ее «первым задокументированным актом гражданского неповиновения» — и проторила путь четырем «уловкам» Г‑сподним: они не были ни деяниями аморального Б‑га, ни плутоватых евреев.
Скорее, как пишет Джонатан Джейкобс в своем исследовании идеи «мера за меру» в Библии, кнут в руке Г‑спода — не для того, чтобы отомстить или свершить правосудие. Определение меры наказания в соответствии с преступлением — наглядный урок о Промысле Б‑жьем и руке Б‑га в истории. Примерно об этом же говорит мидраш в «Седер Элияу зута»:
Если человек поступает праведно ради правды, ему посылают ангела, который обращается с ним, как заведено у праведников, и говорит ему правду <…> если же человек обращается ко злу, лжи и обманам <…> сказано: «Я, Б‑г, исследую сердце, проверяю совесть и всегда воздаю человеку сообразно пути его, сообразно плодам его дел» (Ирмеяу, 17:10). А Давид говорил: «С добрым ты добр, с мужем прямодушным ты прямодушен, с чистым от греха ты чистосердечен, а криводушного поведешь извилистым путем» (Теилим, 18:26–27).
Комментируя фразу из Теилим, которой заканчивается мидраш, «криводушного поведешь извилистым путем», Раши, величайший толкователь Танаха, коротко замечает: «Это о фараоне».
Оригинальная публикация: Was Exodus a Trick?
Комментариев нет:
Отправить комментарий