воскресенье, 10 ноября 2013 г.

АТОМНАЯ БОМБА ИЗРАИЛЯ




 Когда наступит всеобъемлющий мир на Ближнем Востоке, тогда и наш регион станет безъядерной зоной. Такое решения вынесла комиссия ООН по разоружению в 1994 году, а пока…В книге американского журналиста Сеймона Гирша «Альтернатива Самсона», вышедшей в 1992 году, утверждается, что в распоряжении Израиля около 300 бомб ( атомных, водородных и нейтронных). Этого оружия хватит, чтобы превратить а пыль все столицы арабских стран и их союзников. /

 США в 1955 году подарили Израилю ядерный реактор. Маленькую такую игрушку. Заниматься научными исследованиями на ней было можно. Для производства  ядерного оружия реактор этот не годился.  Да и работа на нем шла под неусыпным наблюдением инспектора из Соединенных Штатов./
 Все попытки объяснить властям Нового Света, что единственная возможность для маленького Израиля отстоять свое государство от агрессии многочисленных соседей, - обладание абсолютным оружием - ни к чему не привели./
 Пришлось обойти верных друзей на крутом повороте. Возможностями для  производства атомной бомбы владела не только Америка. Клуб ядерных держав расширялся необратимо. /
 Наступил 1956 год, год Синайской компании. Армия Обороны Израиля сделала все возможное и невозможное в альянсе с вооруженными силами Англии и Франции. Египет был поставлен на колени, но это очень не понравилось США. Думаю, в тот год и родилась идея об абсолютной гегемонии Соединенных Штатов на мировой арене. Союзников американцы нашли, что естественно, в лице СССР. /
 Думаю, и сегодняшний «мирный процесс» родился тогда, на берегах Канала. Тройственный союз отступил, послушный окрику Дуайта Эйзенхаура и истерике Хрушева. В марте 1957 года Израиль оставил последние рубежи: Шарм-аш-Шейх и сектор Газы. /
 Казалось, за блестящей военной победой последовало сокрушительное политическое поражение. Насер торжествовал, но, удивительно, и Бен-Гурион в глубине души считал себя победителем. Он выполнил стратегическую задачу. Израиль сблизился с Францией настолько, что появился шанс сотрудничества в сфере производства ядерного оружия. /
 Так часто бывает при разрешении военных и политических конфликтов. Победитель оказывается побежденным, а побежденный добивается всех своих целей. Причудливы, прихотливы и неожиданны пути исторического развития./
 Бен- Гурион мечтал об атомной бомбе для Израиля. Моше Даян просто не видел иной возможности отстоять независимость. Говорил он так: /
 « Нам нужна небольшая профессиональная армия, эффективная и недорогая, способная обеспечить текущие проблемы безопасности и ведение ограниченных компаний и обладающая ядерным оружием на случай полной конфронтации. В противном случае мы скатимся в экономическую стагнацию». /
 Как несовершенны пророчества генералов. И через тридцать лет ЦАХАЛ несоразмерно велик, при выполнении не профессионально военных, а сторожевых, охранных функций. Ядерное оружие есть у Израиля, но что в нем толку, если главная опасность идет от ближних наших соседей, чьи центры находится рядом с жизненными центрами Еврейского государства. Израиль находится в клинче с арабами и развести противников по разным углам ринга не в состоянии никто. /
 Выходит, правы были американцы. Не совсем это так. Ядерное оружие, как фактор сдерживания необходимо было Израилю тогда, как сдерживающий фактор. Думаю, арабы развязали две войны с необдуманной торопливостью в страхе перед ядерной бомбой евреев. Обе войны они проиграли. И в этом, бесспорно, заслуга ядерных усилий Израиля. Косвенное значение «абсолютного оружия» несомненно, но вот с прямым, как только начинается театр абсурда, наблюдаются очевидные проблемы. /
 Вернемся в те давние годы. Политические страсти гораздо больше сотрясали мир, чем сейчас. Во Франции к власти пришел социалист Ги Молле. Социалистический интернационал обязывал последнего отнестись крайне внимательно к братскому Израилю. Тем более, что лейбористский Израиль Бен-Гуриона всегда был согласен следовать в фарватере политических амбиций Франции. /
 Накануне Синайского кризиса транспорты с оружием шли в Хайфу безостановочно. И после завершения кризиса Франция не забыла своего верного союзника. /
 Молодой Шимон Перес был в те годы и дипломатом,  разведчиком, и торговцем оружия . Ему не исполнилось и тридцати, когда Шимон стал генеральным директором министерства обороны. В Париже Перес бывал чаще, чем в Иерусалиме. Танки, самолеты, артиллерия – все это было для энергичного молодого человека привычной, рутиной работой. Он ставил перед собой главную цель – любым путем получить у французов ядерный реактор, годный для производства оружейного плутония. /
 Были у Переса и тогда проблемы, на первый взгляд неразрешимые. Он действовал во Франции под началом Голды Меир, а Голда терпеть не могла атомную бомбу. Она боялась ее и ненавидела. Надо признаться,  как и большинство «старой гвардии» правящей партии «Мапай». Но Старик и здесь не побоялся оказаться в одиночестве. Гриф секретности дал возможность Бен-Гуриону действовать без особых помех. /
 Развязка наступила в сентябре 1956 года. Французам позарез нужен был Израиль. Только его армия могла быстро и без особых жертв выгнать египтян с Синайского полуострова. /
-         Вы сможете это сделать? – спросил военный министр французов Бурже-Манори у Переса. /
-         Сможем, - коротко ответил Шимон, но тут же напомнил, что Израиль крайне нуждается в ядерном реакторе. /
 Его поняли. Французы пошли на сделку. Израиль сделал свою работу успешно. Франция согласилась поставить Еврейскому государству реактор, причем без всяких оговорок: разных там инспекций и требований безопасности. С политиками Перес решил все проблемы. Власти Франции дали добро компании «Сен-Говен» Компания эта, не даром, конечно, согласилась сравнительно слабый реактор, оговоренный в соглашении, превратить в мощный котел, способный давать оружейный плутоний. /
 Но дальше Шимону Пересу потребовались все его административные способности. Франция никогда не славилась своей особой любовью к евреям и отсутствием бюрократического аппарата. Дело стало тонуть в бесчисленном количестве согласований, подписей и печатей. И успешно тонуло целый год./
 Спас Израиль счастливый случай. Сам Бурже-Манори стал  премьер-министром. Он торопился выполнить свое обещание, так как прекрасно понимал, что в случае победы на близких выборах де Голя, сделка может быть расторгнута. /
 2 октября 1957 года правительство Бурже-Манори пало, но за несколько часов до этого события премьер- министр Франции и Перес подписали техническое соглашение о поставке в Израиль реактора мощностью в 24 мегаватта. /
 Реактор еще не успели собрать в дорогу, а в Израиле начались горячие споры по поводу его дальнейшей судьбы. Страна стояла на пороге правительственного кризиса. Многие министры кабинета Бен-Гуриона уверяли Старика, что ядерные усилия подорвут экономику молодого государства и вызовут гонку вооружений на Ближнем Востоке. Даже члены Комиссии по ядерной энергии почти в полном составе подали в отставку в знак протеста против переориентации научных исследований в сторону военных усилий. /
 Но Бен-Гурион был тверд: ядерное оружие будет у Израиля. Работа над атомной программой набирала обороты. Шимон Перес обеспечил секретность усилий. Он создал, в обход «Амана» и «Моссада», свою независимую, тайную службу ( со временем она получила имя «Лакам») по охране реактора и всего, что вокруг этого котла происходило. /
 Перес, как оказалось, был непревзойденным мастером конспирации. Сам Бен-Гурион и шеф «Моссада» Эсер Харел не знали, до определенного момента, о его усилиях, направленных на защиту секретности вокруг  ядерного проекта./
 Но Перес, да простит меня за это сравнение наш заслуженный государственный деятель, был кем-то вроде Лаврентия Берия в ядерных усилиях Израиля. Настоящим мотором программы считался Бертран Гольдшмит. Он работал в США, принимал участие в «Манхеттенском проекте». Он же, вернувшись во Францию, сделал все возможное для ее ядерной программы. Гольдшмита нашел Перес и предложил ученому работать на родине предков. Гольдшмит, человек веселый, полный энергии, согласился на это сразу же./
 В Димоне началось активное строительство большого «текстильного комбината», готового к установке нового оборудования из Франции./
 Но тут, как обычно, начались проблемы. Самолет – разведчик У-2 сфотографировал «комбинат», и американцы сразу заподозрили неладное. Агенты ЦРУ стали клубиться возле Димоны, как мошкара вокруг горящего фонаря. Джон Кеннеди открыто заявил: « Ко всем неприятностям, нам только израильской атомной бомбы не хватало». Красавец – президент в довольно грубой форме потребовал допустить в Димону инспекторов США. Во Франции к власти пришел де Голь. Он занял проарабскую позицию и закрыл канал, по которому французы поставляли в Израиль уран. /
 Бен-Гурион сам бросился спасать положение. Здесь нужен был не ловкий администратор, а мудрый политик./
  Старик в Париже. Де Голь хмуро на него смотрит и спрашивает в упор: « Зачем Израилю нужен ядерный реактор?»/
 Бен – Гурион, как это не раз бывало в его карьере, пошел на очевидное унижение во имя высших интересов Израиля. Он стал врать, уверяя де Голя, что реактор нужен Еврейскому государству исключительно в мирных целях. Президент Франции был доволен. Его тоже устраивала эта ложь. Арабы получили неоспоримое свидетельство, что Франция всеми силами стремится лишить «сионистское образование» ядерного оружия. /
 Бен-Гурион добился своего. Де Голь тоже. Французы незамедлительно поставили Израилю последнюю партию оборудования, необходимую для завершения строительства «текстильного комбината»./
 Но и здесь не прекращались споры внутри страны. Министр финансов Сапир категорически отказался «угробить» на строительстве просимый миллиард долларов, и сказал, что, пока он жив, этих денег Перес не получит. И тут случилось событие необыкновенно характерное для того времени. О нем замечательно написал в своем очерке Владимир Фромер: « Пришлось Даяну взять его на «экскурсию» в Димону. Увидев все своими глазами, Сапир пришел в неописуемое волнение. «Никогда больше не будет Освенцима», - сказал он сдавленным голосом. И с тех пор он не жалел средств на работы в Димоне».
  «Текстильный комбинат» был построен в срок. Израиль получил оружие сокрушительной силы, но по иронии судьбы и без этого «камня из пращи» дважды поверг Голиафа арабской агрессии. /
 И все-таки работы в Димоне продолжались с прежней энергией. Франция давно вышла из игры, разыгрывая арабскую карту. И тогда две страны – парии нашли друг друга, чтобы продолжить успешно ядерную программу: Израиль и ЮАР. Оба эти государства без конца атаковала ООН, осуждая за апартеид и угнетение несчастных палестинцев. Мировой и прогрессивной общественности удалось благополучно «добить» ЮАР. И теперь на территории этого беднеющего на глазах государства царит кровавый и криминальный кошмар. Теперь очередь, по замыслу наших миротворцев и доброхотов из ООН, за Израилем…. Пока сопротивляемся…. Неизвестно, надолго ли хватит сил. Но прошу прощения, сказанное невольная ветка в сторону, вернемся к ядерной программе Израиля./
  У ЮАР был уран и великолепная зона для испытаний в пустыне Калахари. Израиль к тому времени владел ядерной технологией в полном объеме. 22 сентября 1979 года можно считать днем и годом рождения ядерного оружия Израиля и Южно-Африканской республики. Американский спутник «Вега» зарегистрировал чудовищную вспышку в Индийском океане.  /
 Тогдашний премьер-министр ЮАР Питер Бота был убежден, что его страна навеки нерушима и защищена от агрессии соседних государств. ЮАР, защищенную до зубов первоклассным оружием, уничтожили внутренние противоречия, усталость белого меньшинства, борьба партий и ориентация на мировое общественное мнение. Крушение ЮАР принесло горе всем: белым и черным, и на поверку оказалось необходимым лишь новой, алчной и глупой власти, получившей вдобавок к своим амбициям ядерное оружие. /
 Взрывы 1979 года разбудили арабов. Садам Хусейн дважды посадил свою страну на голодный паек, собрав все средства для строительства ядерного реактора вблизи Багдада и секретного завода в городе Хило. Оба эти объекта были превращены в горы щебня израильской авиацией, но только наивный наблюдатель может предположить, что эти бомбардировки отобьют у арабов, «со товарищи» желание овладеть своей ядерной бомбой. Да и секретные технологии стали настолько совершенными, что страшное оружие вполне может попасть в руки террористов. Но дело даже не в этом. И случай с восторгом Питера Бота после испытаний ядерного оружия тому полное подтверждение./

 История ЮАР еще раз доказала неоспоримую истину: детская, дорогостоящая возня с «абсолютным» оружием, по сути своей, не может стать надежной защитой любому государству мира. Другое, совершенное оружие необходимо для защиты каждой страны. Но создать подобный щит  не помогут умные администраторы, гениальные ученые - технократы и оборотистые дельцы. Единственное, верное оружие -  способность к единству и верности своим идеалам.  История создания Израилем своей атомной бомбы, подтверждает сказанное. Нации, идущей на идеологическое разоружение, ничто помочь не в состоянии.
                                                                            1999 г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий