вторник, 19 апреля 2016 г.

ЕДИНОЖДЫ УКРАВ

23:17
Скандал в благородном семействе или Единожды украв...
(на фото - с женой Надеждой Александровной Драйер)
Семейство Романовых к 1917 году кроме самого императора, его жены и детей насчитывало более 60 человек. Были среди них люди вполне достойные, были и не очень. Но об одном в семье Романовых старались даже не упоминать, потому что на нем висел грех из тех, что не прощаются.

Гордость дома Романовых

В семье Романовых его называли Николой. Отец Николы, великий князь Константин Николаевич, был вторым сыном Николая I и младшим братом Александра II. Так что Никола стоял в романовской табели о рангах лишь ступенькой ниже царствующего императора.




Николай считался самым красивым из всех великих князей. Прекрасный танцор, он был украшением всех балов. Со временем ему предстояло наследовать одно из самых огромных состояний в империи. Его родителям принадлежал Мраморный дворец в Петербурге, уступавший в роскоши только Зимнему, и умопомрачительной красоты Павловск.

Великий князь Константин Николаевич с великой княгиней Александрой Иосифовной и сыном великим князем Николаем Константиновичем / Неизвестный фотограф.


1867 год. Николай Константинович в кругу родных. Слева направо сидят сестра Ольга и её жених Георг Греческий, мать — Александра Иосифовна. Нижний ряд: Великие князья Константин Константинович, Вячеслав Константинович и Дмитрий Константинович — младшие братья Николая Константиновича


Не обидел бог юношу ни умом, ни характером. По собственной инициативе он в 1868 году поступил в Академию Генерального штаба. Учился на общих основаниях, никаких поблажек члену императорской фамилии не давали, но Николай окончил академию в числе лучших с серебряной медалью.

Поступил на военную службу и в 21 год стал командиром эскадрона лейб-гвардии конного полка. Он должен был стать гордостью рода Романовых, но… Женщины погубили не одну блестящую офицерскую карьеру.

Fanny Lear -- псевдоним, настоящее имя и фамилия - Harriet Ely Blackford) -- американская актриса и куртизанка, получившую всемирную известность после публикации в 1875 г. своих мемуаров о любовном романе с великим князем Николаем Константиновичем 


Фанни Лир (a cabinet card portrait of the American adventuress and traveller Fanny Lear, born Harriet Blackford in Philadelphia)

На одном из балов великий князь познакомился с американской танцовщицей Фанни Лир. Поначалу эта связь в семье Романовых не вызывала опасений (очередное амурное приключение блестящего офицера). Но скоро стали доходить слухи, что отношения великого князя и фривольной артистки выходят далеко за рамки любовной интрижки. Возникли опасения, что все может окончиться скандальным браком.

Обеспокоенные родители Николая, уже давно жившие раздельно, встретились, чтобы обсудить, как спасать сына. Отец высказался, что лучшее средство вылечить офицера от любовной холеры — отправить его на войну. И молодой 23-летний полковник Генерального штаба в 1873 году вместе с русским экспедиционным корпусом отправился походом на Хиву.

Вернулся Николай воякой, побывавшим под огнем и с орденом Владимира III степени. Первым делом поехал к ненаглядной Фанни и в компании со своей возлюбленной отправился в путешествие по Европе. Роман продолжался. Николай осыпал любовницу дорогими подарками. Денег на ее содержание требовалось все больше и больше, и средств стало не хватать.

Великий князь Николай Константинович был богат, очень богат. Но если кто-то думает, что он мог тратить бесконтрольно любые суммы денег, то ошибается. Выделяемые Николаю на карманные расходы суммы были крупными, но ограниченными, и это были отнюдь не миллионы. В царской семье было принято на личных расходах экономить.

Кража

14 апреля 1874 года в Мраморном дворце обнаружили кражу. Это была не просто кража, это было святотатство. С оклада одной из семейных икон исчезли бриллианты. Икона была очень дорога супружеской чете, ею Николай I благословил своего сына Константина и его невесту Александру Саксен-Альтенбургскую на брак. Великая княгиня от расстройства слегла, разъяренный супруг вызвал полицию. Расследование взял под контроль лично шеф корпуса жандармов граф Шувалов.

Расследование застопорилось. Доступ к иконе имел строго ограниченный круг людей: врач, камеристка, два лакея, придворная дама. Все—люди проверенные многолетней службой, в честности их никто не сомневался. Оставались еще члены императорской фамилии, но они априори были вне подозрений.

Скандал в царском семействе

Сыщики даром хлеб не ели. Они начали с другого конца и скоро нашли бриллианты в одном из петербургских ломбардов. Сдал камни офицер из свиты великого князя Николая Константиновича, некто Варнаховский. Офицера задержали и начали допрашивать.

И тут перо полицейского писаря, заполнявшего протокол, повисло в воздухе: по словам Варнаховского, бриллианты он получил от самого Николая Константиновича! А вырученные деньги якобы предполагалось потратить на подарки для Фанни Лир. Граф Шувалов поехал во дворец, чтобы лично сообщить великому князю Константину Николаевичу страшное известие: его сын — вор.

Вызванный для объяснений Никола сперва все отрицал, но потом сознался. При этом, к ужасу своего отца, не выказал ни сожаления о содеянном, ни раскаяния. Члены дома Романовых отнюдь не были свободными от обычных человеческих слабостей, но до кражи никто из них никогда не опускался.

«Никакого раскаяния, никакого сознания, кроме, когда уже отрицание невозможно, и то пришлось вытаскивать жилу за жилой. Ожесточение и ни одной слезы. Заклинали всем, что у него осталось святым, облегчить предстоящую ему участь чистосердечным раскаянием и сознанием! Ничего не помогло!»  - такую запись оставил в своем дневнике его отец, присутствовавший при разговоре сына и жандармов.
В Мрамором дворце собрались члены романовской фамилии решать судьбу Николы. О том, чтобы отдать его под суд, речь, разумеется не шла: престиж царской семьи необходимо было беречь. Но опозоривший всех Романовых Николай должен быть наказан — с этим согласились все.

Изгой

Николаю объявили, что он как вор изгоняется из семьи. Отныне в бумагах, касающихся императорского дома, его имя никогда не будет упомянуто. Николай лишается имущества — оно передается младшим братьям. Лишается всех званий, наград, военных и придворных чинов, его имя вычеркивается из списков полка, ношение военной формы запрещено. Он высылается из Петербурга навечно и отныне будет жить там, где ему будет указано.

Для общества он будет объявлен душевнобольным, находящимся на принудительном излечении. Фанни Лир высылается из России без права когда-либо вернуться. Единственно Николаю сохранили титул великого князя и до последних дней к нему обращались «Ваше Императорское Высочество». Осенью 1874 года Николай Константинович навсегда покинул Петербург.

Скитания

Началась жизнь изгнанника. Умань, Оренбург, Самара, Крым, Владимирская губерния, городок Тиврово под Винницей — за 7 лет ему более 10 раз меняли место ссылки, не давая нигде пустить корни.

В 1877 году, находясь в Оренбурге, Николай обвенчался с дочерью местного полицмейстера Надеждой Александровной Дрейер. Стараниями Романовых Священный синод специальным указом признал брак недействительным. А семейству Дрейер было приказано покинуть город. Все, кроме Надежды, повиновались. Твердого характера женщина наотрез отказалась покинуть того, кого считала истинным мужем. Казацкая кровь говорила в ней – все многотрудные походы по степям Надежда верхом на коне прошла вместе с Николаем Константиновичем.

В Оренбурге, куда ссылали обычно всех неблагонадежных, Никола предполагал, что вдали от центра надзор за ним не будет уж очень строг.
И действительно, местное начальство на многое «непозволительное» закрывало глаза. Именно в Оренбурге в 1877 году 27-летний Никола опубликовал свою работу «Водный путь в Среднюю Азию, указанный Петром Великим», вышедшую, что и понятно, без указания имени автора. Но, главное, здесь ему удалось совершить поездки в глубь казахских степей. На почтовых и верхом, вместе с такими же энтузиастами, он проделал путь от Оренбурга до Перовска. А все потому, что был захвачен идеей постройки железной дороги из России в Туркестан. Посланный в Петербург проект был признан нерентабельным из-за малонаселенности земель.

Доклад о Ср.Аз.железной дороге

И все-таки Никола снова готовился к путешествию в пустыню. На этот раз с целью установить, возможен ли поворот Амударьи в древнее русло Узбой, что дало бы России гораздо более дешевый водный путь через Волгу и Каспийское море – в глубь Туркестана, а также возможность орошения изнывающих от безводицы земель.
В брошюре «Аму и Узбой» великий князь писал: «Россия в течение последних 25 лет овладела большей частью Средней Азии, но некогда цветущий Туркестан достался русским в состоянии упадка. Он наделен от природы всеми благоприятными условиями для быстрого развития своих богатых производственных сил. Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших русских областей». План по «повороту Амударьи», вероятно, вполне справедливо, также был сочтен нецелесообразным. Но сама экспедиция, проделавшая более чем тысячекилометровый путь по совершенно не исследованным местам, принесла материал исключительной ценности. Это было отмечено и научными кругами, и даже начальством в Петербурге, наградившим всех его участников, за исключением великого князя.

В 1881 году князь-изгой попросил разрешения приехать в столицу на похороны убитого Александра II. Александр III ответил: «Вы обесчестили нас всех. Пока я жив, ноги Вашей не будет в Петербурге!», но разрешил узаконить брак с Дрейер и отправил супругов на вечное поселение в Ташкент.

Что такое Ташкент конца XIX века? Гарнизон на краю империи с непрерывным пьянством, тоской и вечной мечтой уехать от этих глинобитных мазанок в Россию. Именно здесь и должен был оставаться великий князь до конца своих дней.

Оборотистый бизнесмен

В далеком Туркестане опальный князь жил под фамилией Искандер и стал предпринимателем. В Петербург одно за другим шли донесения: великий князь является владельцем мыловаренного завода, бильярдных, организует продажу кваса и риса, выращивает хлопок, строит хлопкоочистительные заводы и вырабатывает мануфактуру. Доходы от предпринимательской деятельности князя превышали сумму в 1,5 миллиона рублей в год.

На протяжении всей жизни Николай Константинович собирал коллекцию антиквариата, скульптуры, русской и европейской живописи. Она размещалась в небольшом дворце, который сам по себе представлял ценность. Дворец был построен в 1889-1891 гг. по проекту В.С. Гейнцельмана и А.Л. Бенуа, а прекрасный сад при нём создан И.И. Краузе. Во внутренней его отделке участвовали мастера из числа коренных национальностей, работавшие в традиционной манере резьбы по ганчу.


Дворец князя - яркий пример туркестанской колониальной постройки в стиле модерн. Такие здания возводились на рубеже 19-20 веков из характерного буро-желтого жженого кирпича, не штукатурились, а украшались фигурной кладкой и коваными решетками. Внутренние помещения у них очень часто бывали покрыты резьбой по ганчу в национальном духе. Все эти элементы присутствуют в архитектуре и отделке дворца.
Изобилие старинной мебели, картин и скульптуры придавало комнатам характер выставочных музейных помещений.
По оценке современников, это было самое красивое здание дореволюционного Ташкента.



Дворец великого князя Николая Константиновича. Сооружен в 1890 г. B.C. Гейнцельманом. Флигели достраивал А.Н.Бенуа.

Дворец - дворцом (во времена СССР там был Дворец пионеров, а сегодня узбекский МИД проводит в нем официальные приемы иностранных гостей), но денег всё равно было много. И тогда Николай решил заняться развитием края.

Ташкентский князь

Опальный князь затеял масштабные оросительные работы. На свои средства он проложил 100-километровый канал, на орошенных землях появились 119 поселений. Плюс каналы (в литературе они иногда называются арыки) Искандер и Ханым, которые совместно с сотнями более мелких арыков оживили 40 тысяч десятин плодородной земли; с поселениями вдоль них, мосты и каменные плотины на реках Сырдарья, Чирчик и Амударья (так называемая «Царь-Плотина» у скал Фархада подняла уровень воды в Аму-дарье на одну сажень). Как писали газеты, «одно высокопоставленное лицо сделало для Средней Азии больше, чем вся государственная администрация». Дехкане буквально молились на него, поселенцы обращались «князь-батюшка», мещане за глаза именовали «ташкентским князем».


Романовский оросительный канал им.Николая 1



На берегах арыка Искандер было заложено великокняжеске селение (там разместились высланные с Кавказа молокане).
«Его императорское Высочество», как, несмотря на неудовольствие начальства, здесь именовали Николая Константиновича, проводил целенаправленную про-русскую политику. Им приглашались казаки-переселенцы, которым выдавалась ссуда. Николай Константинович основал несколько поселков для русских крестьян-переселенцев; в одном из них, Княжеском городке (Княжеской слободке), разбитом на месте ташкентских трущоб, возвел 200 типовых домиков для беднейшего населения города (правда, поселок просуществовал всего несколько лет и был разрушен по распоряжению властей, поскольку территория входила в эспланаду крепости, которая не подлежала застройке).
На орошенных землях поднялись 12 больших русских поселков. Николай Константинович писал: «Мое желание – оживить пустыни Средней Азии и облегчить правительству возможность их заселения русскими людьми всех сословий».
Переселение казаков и крестьян в пустыню он считал государственной необходимостью – Россия должна здесь иметь опору в лице своих граждан.
Впрочем, ни строительство, ни вопросы, связанные с переселением, не отвлекали князя от экспедиций, которые, в частности, доказали, что Каракумы – отнюдь не непроходимая пустыня, как то считалось раньше.
Он также инициировал и финансировал строительство двух мостов, один - через реку Сырдарья, другой - через реку Чирчик.
Кроме этого, он замечательно преобразовывал, благоустраивал Ташкент – озеленял, особенно любимыми своими дубами, новые улицы и камнем замащивал их.
По указанию Н.К. построен первый в Ташкенте водопровод.
По сути дела, с поселением князя в Ташкенте город начал окультуриваться. Желая дать зрелищ всем и каждому, князь занялся строительством кинотеатров. В сравнительно небольшом городе их появилось 5, среди которых особой популярностью пользовались два кинотеатра «Хива» - летний и зимний. Название, разумеется, было данью памяти князя своему боевому походу. Интересно, что зрительный зал зимней «Хивы» украшал карниз, составленный из 1 500 клинков казачьих шашек и штыков. В фойе Романов, большой любитель животных и экзотических птиц, велел поставить клетки с обезьянами и попугаями. Кстати, при его дворце находился довольно крупный зверинец, открытый для жителей города.




«Хива» уже при советской власти была переименована в «Молодую гвардию», а впоследствии разрушена землетрясением в 1966 году.
Первый театр в Ташкенте, также построенный Романовым, выглядел очень комфортабельно весь 20 век, и в 90-х годах здесь даже гастролировал МХАТ.



Им построены благоустроенные дома для ветеранов-туркестанцев и выделено сто тысяч рублей на их ветеранские нужды.
В 1892 г. ряд среднеазиатских районов был охвачен вспышкой эпидемии холеры, коснувшейся, в частности, Джизака и Ташкента. В последнем, но данным тогдашней статистики, от холеры умерло 1657 человек. Для борьбы с ней Николай Константинович на свои средства выписал из Петербурга в район строительства голодностепского канала специальный санитарный отряд в составе врача, медицинских сестер и прочего обслуживающего персонала.
Им был организован базар возле железной дороги. Прежде чем начать торговлю, необходимо было за определенную плату купить квитанцию с надписью «Базар великого князя в Голодной степи» – вероятно, никто и не вчитывался в это фантастическое словосочетание. Торговцы имели право пользоваться только весами хозяина, выдававшимися из специальной будки. Были установлены следующие «тарифы»: за каждый пуд проданного картофеля с торговца взималась 1 копейка, за каждую арбу арбузов или дынь – 30 копеек. Казалось, Его Высочество умел делать деньги из воздуха.


У Николая Константиновича оказался великолепный коммерческий нюх. В его громадном хозяйстве ничего не пропадало. Он одним из первых обратился к наиболее тогда доходной области промышленности – строительству хлопкоочистительных заводов. При этом технологический цикл продумывался им досконально, что давало возможность наладить безотходное производство. Например, семена, остававшиеся после переработки сырца в волокно, употреблялись в качестве сырья на маслобойнях, а оставшийся жмых частично шел на удобрения, частично – на корм скоту.
Все эти годы Николай Константинович оставался на положении ссыльного. Можно только сожалеть, что столь талантливый и деятельный человек был выброшен из общественной и политической жизни Петербурга.

Февральскую революцию «ташкентский князь» встретил восторженно, надеясь, что она положит конец его 43-летней ссылке. Но вкусить воздуха свободы Николай Константинович Романов не успел. В январе 1918 года на 68-м году жизни он скончался в Ташкенте. Его не расстреляли чекисты и не зарубили пьяные матросы, как писали в некоторых газетах в начале 1990-х. Великий князь умер от воспаления легких. Думал ли он в последние минуты о той, ради которой когда-то вынул из оклада иконы те злосчастные бриллианты? Кто знает.




Как бы то ни было, именно Временное правительство сняло с великого князя арест, наложенный еще в 1874 году, и он успел пару лет пожить свободным человеком. Что касается диагноза, которым врачи наградили его по воле родни, то теперь это никто не принимал во внимание. Все знали: великий князь под старость заимел много болезней, но вот с умственными способностями у него всегда было всё в порядке.
Понимая, что долго не протянет, великий князь, единственный в этом краю миллионер, составил в высшей степени любопытное завещание. Прочтя его, понимаешь, кто был им любим, что он ценил, во что верил, кого стремился и после своего ухода облагодетельствовать.
Согласно воле «ташкентского князя», большие средства им были оставлены на поддержание оросительной системы, каналов, прорытых им и переданных государству, на строительство новых сельских школ и материальную поддержку учителей края, ташкентскому университету (заложенному в 1914 году) и политехническому институту, получивших к тому же ценнейшую библиотеку князя. Особой строкой шла помощь ветеранам русской армии, отслужившим свое в Средней Азии.
Большая сумма денег и недвижимость были завещаны князем супруге Н.А.Дрейер-Искандер, сыновьям от нее, Артемию и Александру; а также детям от Дарьи Часовитиновой и их потомству.
***
Похоронен с воинскими почестями в склепе у ограды Георгиевского собора напротив своего Дворца. После 1929 года Дворец оставался музеем искусств Узбекистана, в 1940 г. он стал Республиканским Дворцом пионеров имени Ленина; Георгиевский собор перестроили, он стал кукольным театром и пельменной, могилу сровняли с землей. Таким образом, утратилось точное место захоронения и даты, написанные на кресте.



В 1983 г. умер многолетний первый секретарь ЦК КПУз Ш.Р.Рашидов и был похоронен как раз на этом месте: напротив КГБ УзССР, рядом с пельменной и кукольным театром, бывшими изначально Георгиевским собором, и чуть ли не на месте засекреченной могилы Искандер-Романова. Вскоре после суверенизации тело Ш.Р.Рашидова было перезахоронено на Чагатайском кладбище.
А до останков Великого князя Николая Константиновича Романова никому нет дела...
… Жена Н.К. - Надежда Александровна Дрейер (1861—1929) (дочь оренбургского полицмейстера Александра Густавовича Дрейера и Софьи Ивановны Опановской). Она и дети получили дворянство и графский титул (февраль 1917 г.) под именем Искандер. После смерти князя была смотрительницей музея, затем ее уволили.


По словам очевидцев, в последние годы жизни выглядела она настоящей нищенкой, ходила в рваной одежде и питалась тем, что оставляли у дверей ее хибары жители, помнившие доброту великого князя. Умерла Надежда Александровна в 1929 году от укуса бешеной собаки.
Их старший сын Артемий (р. 1883) не то погиб во время Гражданской войны, сражаясь на стороне белых, не то умер от тифа в Ташкенте в 1919 году.
Младший сын, Александр (р. 1887), боевой офицер, сражался в армии Врангеля, в 1919 году ушел с белой армией и после многих приключений осел в Париже. Умер в 1957 году  в г.Грассе.

Александр,  женившись на девушке польского происхождения Ольге Роговской (1893 - умерла в Москве в 1962 году), имел от этого брака двоих детей: дочь Наталью (10 (23) февраля 1917 - умерла в Москве 25 июля 1999 года) и сына Кирилла (умер 6 февраля 1992 года в Москве). Были усыновлены вторым мужем матери, Николаем Николаевичем Андросовым, и получили его фамилию. Наталья (артистка цирка, мотогонщица) была замужем за режиссером Николаем Досталем (1909 – 1959). Брат и сестра не ладили с детства и в дальнейшем отношений никогда не поддерживали. Потомства не имели.
Н.Н.Андросова - Н.А.Искандер

[источники] + источник

Комментариев нет:

Отправить комментарий