Д. Бен Йегуда: Раб, который станет царём… О Ривке Фельдман-Фридман

 

Д. Бен Йегуда:

Раб, который станет царём… О Ривке Фельдман-Фридман

Женщина, изображённая на фото, приложенном к этому посту, — это Ривка Фельдман-Фридман. Именно она возглавляет состав судей на процессе Нетаньяху. Я не буду называть её «госпожой» и уж точно не «судьёй». Потому что она этого не достойна. Я буду называть её «эта женщина». И пусть читательницы простят меня, если им это не понравится. А терновый венец, который я добавил ей на голову на фото, она заслужила.

С того момента, как начался процесс Нетаньяху, эта женщина проявляет чрезмерную снисходительность к прокуратуре, но крайне строга к обвиняемым.

Обвинительное заключение с изъянами? Эта женщина говорит: исправьте.

Исправленное обвинительное заключение тоже с изъянами? Эта женщина говорит: исправьте снова.

Оно всё ещё с изъянами? Эта женщина говорит: исправьте ещё раз.

Когда прокуроры — сначала Лиат Бен-Ари, а затем Иегудит Тирош — нагло лгут в суде, эта женщина игнорирует это.

Когда выясняется, что расследование началось без требуемого по закону разрешения юрсоветника правительства, что является основанием для прекращения процесса — эта женщина позволяет процессу продолжаться, как будто речь идёт о незначительной опечатке.

Когда в суде раскрывается серьёзнейшая цепь нарушений, включая тяжёлое давление на свидетелей как со стороны полиции, так и прокуратуры — эта женщина закрывает на это глаза, не делает замечаний и не требует расследования, будто речь идёт о выброшенной на тротуар жвачке.

Эта женщина, чья задача — строго защищать права обвиняемых, даже не делает выговор прокуратуре, когда выясняется, что она систематически скрывает материалы, которые обязана была передать защите.

Когда становится известно, что полиция по указанию и с согласия прокуратуры вела прослушку в комнате консультаций между адвокатами и задержанными — эта женщина полностью игнорирует это нарушение. Ведь что, собственно, такого произошло?

Когда выясняется, что полиция и прокуратура пытались убедить обвиняемого сменить адвоката на более удобного для обвинения — эта женщина никак не реагирует, будто это нормальная и законная практика.

Эта женщина удовлетворяет любую просьбу и прихоть прокуратуры приостановить процесс, но при этом крайне строга к премьер-министру и его адвокатам. Доходит до абсурда, когда премьер-министр вынужден проводить дипломатическую встречу в подвале суда, потому что так решила эта женщина.

Эта женщина, которая собирается уйти в отставку через два года, подчиняет ход процесса своим личным соображениям и требует, чтобы премьер-министр во время войны являлся в суд четыре раза в неделю для дачи показаний — что совершенно не принято и может серьёзно повредить работе юридической команды защиты.

Эта женщина, чьи знания в вопросах безопасности практически отсутствуют, вызывает в суд руководителей ШАБАКа и МОССАДа, чтобы они объяснили ей, почему иногда они возражают против проведения судебных заседаний при определённых условиях.

И сегодня какой-то «желтоватый туман» ударил этой женщине в голову: несмотря на отсутствие допуска к секретной информации и минимального понимания вопросов безопасности, она категорически отказала премьер-министру в просьбе отложить его показания на два часа из-за важного обсуждения по безопасности. Эта женщина ведёт себя так, будто нет ни войны, ни важных государственных дел.

Есть ли ещё кто-то, кто считает, что эта женщина достойна быть судьёй?

Есть ли ещё кто-то, кто считает, что она заслуживает уважения?

Эта женщина — верное отражение уродливого и отвратительного лица израильской судебной системы…

ФБ Бен Йегуда, 4.2026