Леонид Гольдин | К вечности и совершенству
Гастроли Американского балетного театра одно из центральных событий культурной жизни Нью-Йорка. АВТ основан в 1939 году. Это одна из лучших в мире трупп классического балета, признанная Конгрессом “Национальный балет Америки”.
Времени неподвластна
В репертуаре доминирует классика, неизменно “Лебединое озеро”, “Щелкунчик”, “Жизель”, “Раймонда”, “Жар-птица”, и вместе с тем широко представлен современный танец. Жизнь театра связана с великими хореографами Антони Тюдором, Михаилом Фокиным, Брониславой Нижинской, Джеромом Робинсом, Михаилом Барышниковым, Джейн Херманн. Оливером Смитом, Кевином Маккензи, Алексеем Ратманским.
Классический балет никогда не был и не может быть массовым искусством. В жесткой конкуренции с поп-культурой, в особенности, её самыми низкими жанрами, классика вытесняется. Посещаемость балета США за последние 50 лет снизилась наполовину. При этом, “Лебединое озеро”, “Щелкунчик” и “Жизель” обеспечивают около 70% балетного рынка. Показательна демография балета: более 80% посетителей белые, 2/3 женщины, средний возраст старше 50 лет.
На мировой сцене в год представлено более 15 тысяч балетных выступлений. Немного, если учесть, что в одном Нью-Йорке в год около 100 тысяч культурных программ. Балет элитарное искусство, как бы его ни пытались осовременить и приспособить к политическим и идеологическим нуждам. Влияние балета на общественную атмосферу незначительно, но он имеет феноменологическое значение как эталон прекрасного в человеческом измерении.
Многие постановки балетного театра – это грандиозные проекты, требующие, кроме таланта хореографа и исполнителей, больших затрат. Билетная касса и государство обеспечивают лишь половину бюджета. Остальное – спонсоры. Поэтому театры и концертные залы носят их имена, а не великих деятелей искусства.
Профессиональное становление артиста балета требует продолжительной учебы, жёстких тренировок и репетиций, колоссальных затрат физических и психологических ресурсов. Но известные спортсмены зарабатывают десятки миллионов в год, а солист балета до 100 тысяч. Можно усомниться, что демократия и рынок гарантируют меритократию, социальную справедливость и поощрение соразмерно таланту и труду. И тем не менее, при высочайших требованиях и строгом отборе, конкурс в ведущую балетную школу намного выше, чем в бизнес-школу элитного университета.
В нынешнем сезоне АБТ показал балеты виртуозного мастерства и высокой интенсивности: “Отелло”, “Жар-птица”, “Раймонда”, “Моцартиана”, “Неo”, “Облака”. Артистический директор Сьюзен Джаффе, бывшая примой в течение 22 лет, представила новый сезон: “От психологического напряжения и неопределенности к ясности, гармонии и празднику… Сезон проходит через 300-летие шедевров, и каждый спектакль уникальное обращение к современности. Эти работы утверждают способность балета одновременно отражать прошлое и предвидеть что ждет впереди.”
Думаю, зрителя мотивирует не стремление понять прошлое и заглянуть в будущее, а эстетические и эмоциональные переживания; большинство ищет в высоком искусстве не расширения границ познания, а катарсиса и духовного возрождения. И эти ожидания АБТ оправдывает каждым своим спектаклем.
“Отелло”, балет в трех актах, занимает центральное место в репертуаре АБТ со времени премьеры в 1997 году. Внимание сосредоточено на раскрытии психологических состояний персонажей. Пушкин говорил: “Отелло не ревнив, он доверчив.” Театр следует этой версии. Судьба великого поэта имеет параллели с шекспировским мавром. У Пушкина были африканские корни, его называли арап, обезьяна, личностью и творчеством он был чужим для российской элиты, и стал жертвой изощренных манипуляций его ненавистников. Но умирая после дуэли за честь жены, он говорил: ” Бедная Натали”, “Ни в чем не виновата”.
В рецензии на “Отелло” в “Нью-Йорк Таймс” критик уделил особое внимание роковому носовому платку, орудию зловещего замысла Яго. Отмечена монотонность спектакля, сосредоточенного больше на драме, чем танце; приговор: “This ballet is cartoon land”. Мне кажется, столь суровое суждение несправедливо, и напоминает мне советскую критику формализма и абстракции.
Я иду в балетный театр не для постижения источников вдохновения хореографов и артистов, замыслов автора сюжета и оценки его воплощения. Виртуозное мастерство танца, эстетическое совершенство это все, что меня интересует, и я никогда не вышел разочарованным после спектакля Американского балетного театра. Думать о философской глубине я не буду ни вовремя, ни после. Это занятие критиков, их мнение может быть любопытным, но не определяющим. Всё, что можно сказать словом, прерогатива слова. У музыки и танца другое предназначение, это вершина стремления к красоте и совершенству. И чем меньше в балете идей, идеологии, поучений, тем ближе он к этой цели.
В заключительном спектакле были представлены “Моцартиана”, “Нео”, и “Жар-птица”. Здесь не было глубокой философии и психологии, воспитательных целей, – царство танца во имя танца. Не было и 32 фуэте, олимпийских прыжков и лифтов.
“Моцартиана” на музыку Чайковского трибьют Моцарту в хореографии Баланчина. Постановка, искусство для искусства, по-моему, представляет не столько музыкального гения, сколько новаторский стиль великого хореографа неоклассического стиля.
“Нео” был создан Алексеем Ратманским во время пандемии ковида для показа онлайн, когда артисты были лишены возможности выступать перед публикой. Техника виртуозная, динамика ошеломляющая, постановка неожиданная для Ратманского, репутация которого связана с возрождением классического канона, но, по-моему, этот балет ближе к современному танцу школы Марты Грэм. Агрессивная атональная японская музыка в исполнении национальных инструментов впечатляет, но я считаю ее главным достоинством, что звучала она недолго.
Все было прекрасно в “Жар-птице”! Здесь Стравинский во всем своем блеске, здесь “Русские сезоны” Дягилева в Париже, наследие великого Михала Фокина, великолепное художественное оформление Симона Пастуха, Ратманский в своем репертуаре! Незатейливая народная сказка об Иване-царевиче и магической птице имеет непростой смысл: добро и зло, благословение и проклятие тесно сплетены, белые и черные лебеди меняются оперением, все это жизнь и судьба в ее прелестях и испытаниях, и хотя бы на сцене добро и великое искусство побеждают!
Два мира, два Шекспира
В классическом репертуаре сюжет часто стержень спектакля. Многие балеты созданы по великим литературным произведениям: “Ромео и Джульетта”, “Гамлет”, “Отелло” Шекспира, “Дон Кихот” Сервантеса, “Фауст” Гёте, “Эсмеральда” Гюго, “Кармен” Мериме, “Щелкунчик” Гофмана, “Корсар” Байрона, “Медный всадник”, “Онегин”, “Бахчисарайский фонтан” Пушкина, “Маскарад” Лермонтова, “Нос” Гоголя, “Война и мир” и “Анна Каренина” Толстого.
АБТ часто обращается к великим литературным сюжетам, в прошлом году большое внимание привлёк балет “Преступление и наказание”. “Отелло” представлен в хореографии Лара Любовитча на музыку Элиота Голденталя. Балет в трёх актах передает трагическую историю любви, интриг, предательства и ревности, следуя устоявшимся представлениям о замысле Шекспира.
Великий бард заимствовал сюжет из итальянской новеллы “Неверная жена” Джованни Джиральди, автора середины XVI века. Новелла понималась как предупреждение об опасности межэтнических браков. Шекспир, сохранив сюжет, коренным образом отступил от подхода автора первоначального сюжета; его Отелло героичен, романтичен, аутсайдер, маргинал, жертва коварства и предубеждений.
Отелло мавр, из народа арабского и берберского происхождения, из Северной Африки. Трагедия порождает ассоциации с нынешними коллизиями в условиях массовой миграции на Запад народов другой культуры.
У “Отелло” богатая и яркая судьба в театре, кино, оперной и балетной сцене и в бесчисленных интерпретациях и критике. Как правило, подходы и оценки следуют шекспировским представлениям, и зрители полны скорби, симпатии к жертвам, сочувствие разделено поровну, как в “Ромео и Джульетте”. Вина на среде, традициях, предубеждениях.
Но если прочитать историю без либеральных предубеждений, то очевидно, что речь идёт о злодеянии, которое должно вызвать ужас и возмущение. Оправдание “Отелло” невозможно в любом цивилизованном обществе, по здравомыслию и моральным нормам. В особенности, в нынешней атмосфере нетерпимости к домашнему насилию, токсичной маскулинности, борьбы за права и достоинство женщины. “Отелло” не только одержим примитивной ревностью и жестокостью, он ещё и глуп, легко попадает в ловушку Яго.
Совершив смертный грех – убийство невинного, он ещё и кощунствует: “Молилась ли ты на ночь, Дездемона.” Фраза вошла в чёрный фольклор, но даже верующие не хотят слышать в ней богохульство. Шекспир сумел сделать преступника вызывающим сострадание героем, и даже воинствующий феминизм не попытался опровергнуть это представление. Были малозаметные попытки переосмыслить образ, но сохранился устоявшийся стереотип восприятия и суждения.
Поневоле напрашивается сравнение с другим знаменитым творением великого Барда-гуманиста “Венецианский купец”. Гарольд Блум, самый известный знаток Шекспира, оценивает “Отелло” и “Венецианского купца” как две величайшие пьесы. Критик признает, что падение Отелло результат его внутренней слабости, и что Шейлок – это карикатура, увековечивающая антисемитские стереотипы. Но при этом Блум сосредоточен на академических сложностях и нюансах, негативный резонанс этих пьес вне его внимания.
Как и “Отелло”, “Венецианский купец” представлен в тысячах театральных постановок, в кино, даже в оперной адаптации. Здесь сюжет также заимствован из итальянской новеллы, но в этом случае Шекспир следует замыслу своего предшественника и не изменяет характеристики героев. Та же эпоха – Возрождение, Венеция в её лучшие времена, великое искусство и литература, просвещенная аристократия.
Евреи живут в гетто, носят опознавательные знаки, запрещены многие виды деятельности, даже ходить по пешеходной дороге непозволительно, беззащитны перед законом. И в этих условиях Шейлок одалживает аристократу Антонио 3 тысячи дукатов под гарантию фунта мяса из его христианского тела?! Бедный Антонио обречен, но его спасает возлюбленная женщина, переодевшись в мужчину-юриста: в контракте сказано фунт мяса, но без крови, и здесь Шейлок вынужден отступить, он разгневан, теряет свое состояние и статус. Гуманизм и справедливость торжествуют, все веселы и счастливы!
Этот абсурд, патологическая фантазия, кровавый навет веками тешит сердца антисемитов, пьеса была в центре нацистской пропаганды, и Шейлок остается нарицательным именем в конспирологии о контроле мира кровожадными евреями. Были попытки очеловечить Шейлока, но они несовместимы с содержанием. Продукт лжи и больной фантазии не подлежит оправданию “художественными достоинствами”, если эти достоинства служат тысячелетней ненависти.
Патологический эффект пьесы усиливается тем, что евреи в 1290 году были изгнаны из Англии королем Эдуардом 1 и могли вернуться только при Оливере Кромвеле после 1656 года. Во времена Шекспира евреев в Англии не было, кроме немногих, принявших христианство, но и они были под подозрением.
В современной истории литературы и искусства нередки случаи бойкота и отмены произведений, оскорбляющих какие-то социальные группы. В Америке возникло понятие cancel culture, ниспровергнуты многие национальные иконы. Сегодня трудно представить, что в после разгрома фашизма в некоторых американских театрах и университетах “Венецианский купец” бойкотировался, а во Франции, в Лионе, отменен по требованию еврейской общины.
Есть возможность радикально пересмотреть понимание “Отелло” и “Венецианского купца”, не лишая Барда статуса великого гуманиста. Можно показать, что Отелло, злодей по недомыслию, глупости, животному инстинкту и моральной неразвитости, не менее опасен чем Яго, злодей по умыслу. И к правде ближе во все времена, и творческая находка.
“Венецианский купец” может быть представлен как патология сознания и совести, карикатура, кровавый фарc, которые воспроизводятся из века в век, сегодня в клевете об “израильском геноциде” и еврейских деньгах, правящих миром.
Вне политики
Искусство было связано с общественной жизнью и политикой с античных времен. В Древней Греции искусство служило продвижению гражданской и моральной добродетели, в Древнем Риме стало пропагандой, утверждая имперскую идеологию и прославляя императоров. В Средневековье искусство было подчинено религиозному служению. Со времен Ренессанса расширило границы свободы, но служило прежде всего интересам и вкусам власти и богатых. Идея “свободного искусства” возникла в 19 веке во Франции и Англии, и во многом свелась к освобождению от социальных и моральных обязательств и подчинению коммерциализации. В тоталитарных режимах искусство могло существовать только как продолжение политики. В либеральной демократии деятели искусства активно участвуют в политике, определяя свою позицию согласно общественной атмосфере и соображениям популизма и пиара. Вопреки риторике о миротворчестве и сближении, они вносят свой вклад в обострение социальных противоречий и идеологического противостояния.
Но есть популярные жанры искусства, которые служат благотворным общечеловеческим ценностям. Неаполитанская песня, французский шансон, американский джаз, аргентинское танго, бразильские самба и босса нова, китайский Шень Юнь, испанский фламенко получили мировое признание вне зависимости от идеологий и предубеждений.
Ежегодно в Нью-Йорке проводится фестиваль фламенко, в котором участвует ведущие мастера со всего мира. В этом году фестиваль отмечает двадцатипятилетие. Участвовали 16 танцевальных трупп. Выступление прошли также в Майами, Бостоне, Чикаго и Тампе в концертных залах, театрах, музеях, библиотеках, открытых площадках и барах, их посмотрели 25 тысяч зрителей. Организаторы фестиваля пригласили на концерты две тысячи детей.
Главные гала-концерты фламенко состоялись в Сити центре Нью-Йорка и включали три программы. Тема “Нью-Йорк и фламенко: Истинная история любви”. Звезды сезона Ива Ербабуена, Мануэл Линан, Сара Барас, Анджелес Толедано, Геральдо Нунез. Эмоциональная выразительность, техническое мастерство и интенсивность исполнения ошеломляют.
Фламенко испанский танцевальный стиль, зародившийся в Андалусии. Он очень популярен в Латинской Америке. Путешествие в Мадрид, Барселону, Буэнос-Айрес, Мехико, Гавану, Сантьяго, как правило, включает концерт фламенко. Не обязательно покупать билет, часто выступление можно увидеть на городской площади.
Фламенко отличается высочайшей профессиональной техникой, сопровождается сложными гитарными партиями, и представляет широкую гамму экстремальных эмоциональных состояний. Это продукт мультикультуры девятнадцатого века, и включает испанские, цыганские, арабские и еврейские традиции и мелодии. Золотой век фламенко начало XX века.
Во фламенко нет эксплуатации сексуального образа, как это присутствует в беспределе на современной сцене. В нынешнем мире танца мужчины нередко выступают в женском образе, женщины в мужском, но, в моём представлении, гендерное уравнивание противоречит сущности фламенко. Мне показалось странным появление на сцене мужчины в платье со шлейфом. На территории фламенко, согласно божьему замыслу, мужчина остается мужчиной, женщина женщиной. Здесь нет кричащей обнажённости, провокационных поз и движений, шокирующих туалетов, диких причесок и татуировок и всего прочего этого ряда.
В одно время с фестивалем фламенко в Нью-Йорке проходил фестиваль бального танца в гостинице Хилтон, здесь не только женщины, но и девочки-школьницы демонстрировали нестеснённую обнажённость, не оставляющую простора для воображения. Со времён Людовика XIV женский облик в бальном танце радикально изменился, но мужчины танцуют в смокингах.
Танец гимн жизни, ритуальная часть любой культуры, органическая часть движения и развития человеческого тела и психики. Танец развивает воображение, расширяет границы свободы и душевного пространства, позволяет пережить и выразить эмоции, улучшает мироощущение. Красота дар божий, делает мир и жизнь более привлекательными, несет радость, утишает травмированную средой и временем психику.
Комментариев нет:
Отправить комментарий