проф. Евгений Мерзон:
Вера в победу сохраняет здоровье
Недавно к нам обратились из Министерства здравоохранения с просьбой изучить, что происходит с населением с начала текущей военной операции — уже на основе наших данных, как продолжение тех исследований, которые мы проводили раньше.
Мы этим занимаемся не первый год. В нашей работе, опубликованной в Molecular Psychiatry (журнале из группы Nature), мы показали довольно жёсткую и, честно говоря, не очень оптимистичную картину: длительный стресс оказывает выраженное негативное влияние на здоровье.
Мы видели рост использования антидепрессантов, бензодиазепинов, увеличение бактериальных инфекций, включая пневмонию, рост потребления антибиотиков. Причём это было не просто наблюдение — это была чёткая градиентная зависимость: чем ближе населённые пункты находились к Газе, чем меньше времени у людей было добежать до укрытия, тем выраженнее были психиатрические, аутоиммунные и инфекционные заболевания. После 7 октября эта картина ещё больше усилилась — добавился острый стресс, усиленный чувством национального унижения, и мы увидели дополнительное ухудшение здоровья.
Поэтому, когда мы сейчас открыли данные за период текущей операции, ожидание было вполне логичным: увидеть ту же или даже более тяжёлую картину.
Но мы увидели практически противоположную картину. Нет увеличения потребления антидепрессантов. Нет роста использования бензодиазепинов. Нет того дополнительного «давления» на психиатрическую фармакотерапию, которое мы фиксировали раньше. При этом есть изменения сна — люди действительно спят хуже, и это отражается в умеренном росте использования мелатонина и препаратов на основе лаванды.
То есть реакция есть, но она регулирующая, а не подавляющая, которую мы видели раньше. Мы также видим снижение использования антибиотиков и уменьшение респираторных инфекций — что, вероятно, связано с изменением контактов между людьми.
Снизилось использование стимуляторов для ADHD — что логично на фоне изменения повседневной структуры жизни и дистанционного обучения. Параллельно мы наблюдаем рост использования препаратов из группы GLP-1 — таких как Wegovy (semaglutide) и Mounjaro (tirzepatide). Это может быть частью глобального тренда, но возможно также отражает попытку людей контролировать вес в условиях стресса.
Отдельно интересный сигнал — рост приобретения мазей от грибковых инфекций кожи, особенно стоп.
И здесь уже включается клиническое мышление: люди живут в постоянной готовности, часто не раздеваются полностью, иногда даже спят в обуви, чтобы в любой момент бежать в убежище. Это меняет микросреду кожи — и мы начинаем видеть это на уровне популяционных данных.
И здесь возникает главный вопрос: почему картина изменилась?
Если раньше речь шла о хроническом, безвыходном стрессе — когда жители южных районов годами находились под обстрелами, понимая, что это не закончится, — то сейчас с началом войны "Рык льва" повседневный стресс, похоже, воспринимается иначе. Несмотря на тяжёлые условия, несмотря на сирены и убежища, у людей есть ощущение правильного направления, понимание происходящего и, по-видимому, есть вера в нашу скорую победу. И это, на мой взгляд, принципиально меняет физиологию реакции на стресс.
Мы привыкли говорить, что стресс может разрушать здоровье— и это правда. Мы сам и это показали. Но, по-видимому, не любой стресс одинаков.
Есть стресс хронический, беспомощный, дезорганизующий. А есть стресс, в котором сохраняется смысл, контроль и внутренняя мобилизация, необходимая для победы.
И это то, что мы видим сейчас в наших данных.
Здоровая реакция народа, без лишнего героизма, без шапкозакидательства и без иллюзий. Но без депрессии и ухода в тяжёлые препараты.
И, возможно, это один из самых неожиданных и важных выводов, которые мы сейчас получаем.
ФБ Евгения Мерзона, 4.2026
Комментариев нет:
Отправить комментарий