воскресенье, 12 сентября 2021 г.

11 сентября — день памяти без дня победы

 , 11 сентября 2021

Если мы хотим, чтобы другие уважали наши трагедии, Беслан или Норд-Ост, нужно уважать чужие, вроде 11 сентября, а не рассказывать гражданам по телевизору, что все подстроило ЦРУ. Впрочем, нет ничего, что американцы не сказали бы о себе сами, и нет ни одной нашей собственной трагедии, которую сограждане пощадили бы, чтобы не показаться доверчивей соседей по фейсбуку.

11 сентября 20 лет назад российский президент — тот же, что и сейчас — среди первых соболезновал американскому президенту, а не пускался в рассуждения о вреде однополярного мира. Горы цветов у посольства США в Москве демонстрировали, что он, как и положено президенту, выражал не только свое личное мнение. Нет, кстати, сомнений, что он оперативно выразил бы соболезнования и сейчас. В моменты настоящих трагедий у больших стран и народов возникает настоящая солидарность, выше уровня мелкой возни друг в отношении друга, которой они заняты в будни.

Президентская и гражданская солидарность с подвергшейся удару Америкой сильно контрастировала с плохо скрываемым злорадством, например, греческой, как и положено на южных морях, преимущественно левой интеллигенции, в Афинах, где я тогда жил и работал. Эту смесь ужаса и удовлетворения тогда можно было наблюдать и по соседству, на Ближнем, Среднем и Южном Востоке, в Латинской Америке и даже Западной Европе.

У этой парадоксальной, на первый взгляд, солидарности есть три причины. Во-первых, Россия накануне сама была жертвой исламистских атак (и продолжила после), и знала по себе, с кем имеет дело. Во-вторых, российский образованный класс и даже народ настроены гораздо менее антиамерикански, чем интеллигенция и граждане многих стран старой Европы, не говоря о том, что творится за европейскими пределами. В-третьих, Россия неплохо себе представляет, что такое, когда тебя ненавидят за силу, размер, влияние и прочие имперские атрибуты, которые никуда не денутся, как себя ни веди, только если самоубиться.

Все разговоры о том, что избрание Трампа — это новый Перл-Харбор, неуместны: новый Перл-Харбор был тогда. В 1941 году в ответ на нападение США вступили в войну, которая уже шла, и победили. Прошлый успех услужливо подсказывал, что можно повторить. Вокруг нового Перл-Хабра создали образ новой мировой войны, но в ней не было понятных для армии противников, поэтому пришлось отобрать и противников, чтобы на их примере показать сперва военную, а потом созидательную мощь.

На новый Перл-Харбор США не смогли ответить новой выигранной войной. Возможно потому, что в прошлой мировой войне против общего врага они смогли, перешагнув через себя, объединиться со своими конкурентами (United Nations — сперва название антигитлеровской коалиции и только потом международной организации), а в нынешней — только с друзьями, что гораздо приятнее, но куда менее действенно. Возможно, отвечать сразу надо было принципиально иначе, без войны, решением ближневосточных проблем или неслыханными прежде вложениями в третий мир. Хотя как это делать мимо тамошних режимов или в сотрудничестве с ними, но чтобы по дороге не разворовали, все еще неясно. Промежуточным итогом можно считать, что с тех пор на Америку так больше не нападали, а значит она удачно обороняется.

11 сентября — день памяти без дня победы. Сегодня случайно узнал, что в одной из башен погибла родственница моих здешних, не американских друзей. Он там работала и записала прощание на автоответчик, дома у телефона никого не было, а если бы были, невозможно себе представить, как вести такой разговор. Вероятность повторения уменьшилась, но и сейчас, как тогда, это башня, в которой, независимо от отношения к Америке или России, может оказаться любой.

Оригинал

Комментариев нет:

Отправить комментарий