воскресенье, 12 февраля 2017 г.

ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА 11 ФЕВРАЛЯ


Время выхода в эфир: 11 ФЕВРАЛЯ 2017, 19:06


Ю.Латынина Добрый вечер. Юлия Латынина, как всегда в это время «Код доступа». На Донбассе очередное громкое убийство – убили очередного героя борьбы за спасение донбасского народа от украинских фашистов по кличке «Гиви». Раньше это называлось «кличка», теперь это называется «позывной». Звали его Михаил Толстых. До того, как спасать Донецк от украинских фашистов, он работал погрузчиком на заводе. И, вот, прямо в его кабинете взорвалась мина, и таким образом Толстых-Гиви стал очередным известным командиром, который убит на Донбассе.
И как ехидно заметил Антон Носик, вот, как-то странно, что все эти известные командиры, герои русского сопротивления, все они погибают не на линии фронта, не на передовой, а все они погибают как бандиты 90-х в бандитских разборках.
И конечно, можно сказать дежурный раз, что это, конечно, убили страшные украинские спецслужбы, но тогда получается, что украинские спецслужбы – это какие-то, знаете, даже не Джеймсы Бонды, даже не Моссад, а что-то просто такое, вот, феерически совершенное. Потому что количество вот этих вот пророссийских сепаратистов, ими убитых только за последние полгода… Напомню, 4 февраля подорвали в Луганске автомобиль главы народной милиции ЛНР Олега Анащенко. До этого 27 января в России внезапно скончался Валерий Болотов. В отличие от Владимира Кара-Мурзы, которому поставили диагноз «Отравление» и который, слава богу, жив, его, вот, как-то никто диагноз не ставил.
Ю.Латынина: Донецк и Луганск превратились в территорию,где можно только делить бабло и где аргументом является насилие
До этого в октябре 2016 года взорвали Моторолу в лифте своего дома. До этого в сентябре застрелили Евгения Жилина, еще одного руководителя движения сепаратистов.
Вот, удивительное дело, что мы сталкиваемся с ситуацией, когда мы вынуждены либо утверждать, что, ну, просто украинские спецслужбы обладают каким-то таким, феерическим всемогуществом, потому что мало того, что они безнаказанно орудуют на территории Луганска и Донецка, они еще и безнаказанно расстреливают людей в подмосковных ресторанах и даже травят их неизвестными ядами.
Или мы вынуждены признать, что это не имеет ничего общего с украинскими спецслужбами, а это является следствием двух конвергентных факторов. С одной стороны, чистых бандитских разборок за кусок бабла, потому что весь Донецк и Луганск превратились вот в такую вот гигантскую территорию, где можно только делить бабло и где главным аргументом является насилие. И отсюда, собственно, и совпадение с бандитскими разборками. И второй фактор, который вероятно действует, что зачищают совсем уже одиозных персонажей для того, чтобы… Не могу сказать «построить в этом секторе Газа, в который мы превратили Донецк, что-то приличное», но чтобы хотя бы просто жители, вот, не попадали в подвалы и не расстреливались на улицах по любым пустякам.
Кстати, вот, биография этих людей – автомойщиков, бывших погрузчиков – довольно резко отличает их от жертв с украинской стороны, потому что в Украине, конечно, тоже хватает своих бандитов, которые побежали воевать. Для бандита это естественно (воевать), особенно если вместо того, чтобы воевать, можно только грабить и насиловать. Чего стоит один только батальон «Торнадо», который занимался исключительно тем, что грабил, резал и насиловал (причем, насиловал мужчин), потому что его составляли уголовники, которые в тюрьме приучились к этому делу. Но, собственно, вот, участников батальона «Торнадо» сейчас судят в Киеве, как ни протестует часть возмущенной киевской общественности. Но кроме людей типа батальона «Торнадо» мы видим в Украине и другие жертвы. Причем, эти люди погибают не в разборках, а они как раз погибали на линии фронта.
Так погиб Николай Березовой, муж Татьяны Черновол. Так погиб Марк Пославски, кстати, американец украинского происхождения, который, да, 10 лет жил на Украине, но, в общем-то, получил специально украинское гражданство, после чего вступил в батальон «Азов».
Так погиб, например, Петр Федоряка. Это был вообще фантастический человек, преподаватель математики, который потом занялся собственным хобби, которое заключалось в том, что он был знаменитый на всю Украину кузнец. Да? То есть вот это было воспроизведение старинного кузнечного ремесла. Погиб 31 июля в бою за Шахтерск. Главное, обратите внимание, что все эти люди, хотя и с украинской стороны, 90% гибнущих, если посмотреть списки, это были либо профессиональные военные, либо профессиональные менты.
Но некоторая часть этих людей – это были как раз не автомойщики и грузчики, это были люди, безусловно, состоявшиеся в жизни.
И, кстати, это вообще важный момент, потому что если сличать списки погибших с российской и украинской стороны, то мы видим, что с украинской стороны эти списки составлены. Это не обязательно вообще люди, которые воевали, да? Это, может быть, там вот… Да?
Член попечительского Совета Донецкой еврейской общины. Убит 30 августа, когда террористы пришли грабить его поселок. Семья предпринимателей Бурыхиных, расстреляны на дороге. Александр Петренко, мирный житель расстрелян на блокпосте между Фащевкой и Красным Кутом.
И понятно, да? Вот это важно, что с украинской стороны эти списки есть, а с российской стороны, когда мы пытаемся составить списки, где кто погиб, то мы видим, конечно, да, Моторолу и Гиви, которых хоронят с большими почестями как героев. Но мы слышим отзывы тех, кто там был, что эти люди были просто телевизионной картинкой, за спиной которых воевали профессиональные военные. И вот именно этих профессиональных военных мы, к сожалению, как правило, не видим, что очень стыдно, потому что, как я уже много раз говорила, вне зависимости от того, какова война, все-таки, одна из составляющих поведения профессионального военного – это слава, это почет. Слава, которую ты покупаешь ценой смерти. И когда на Псковском кладбище тебя хоронят без всяких почестей и запрещают говорить о том, что ты погиб на Донбассе, я не могу сказать, что это сильно расхолаживает. Но, вероятно, это было одним из факторов, почему российское наступление на Донбассе остановилось.
А так, вот, собственно, Гиви, Моторола и тому подобные персонажи, мойщики и погрузчики – это, конечно, классическая история, когда люди, не состоявшиеся в жизни… Вдруг оказывается, там или просто уголовники, вдруг оказывается, что если они поедут на Донбасс, если они поедут в этот сектор Газа, то они будут не просто уголовниками, а каждый, кого они ограбят и убьют, будет украинский фашист. В такой ситуации грабить, убивать легко и приятно.
Ю.Латынина: И сравните, какие мы ролики видим от ИГИЛа? Как режут головы. А какие ролики мы видели от Гиви?
И, вот, собственно, сравните, какие мы ролики видим от ИГИЛа, да? Как режут головы.
А какие ролики мы видели от Гиви? Мы видели ролик, на котором он заставляет есть пленных украинских солдат свои шевроны. Мы видели другой ролик, в ходе которого Гиви стреляет по аэропорту, а потом он звонит украинским военным, которые сидят в аэропорту, и говорит «Чего ты, сука, по нам стреляешь? Чего ты нарушаешь перемирие?»
И, в общем-то, понятно, что творится на Донбассе. Потому что то, что творится, это касается каждой гражданской войны. В ходе гражданской войны, в ходе любой ситуации, когда уничтожают элиты, наверх всплывают разные маргинальные персонажи. Почитайте Иосифа Флавия, что творилось в осажденном Иерусалиме. Вот примерно там же то же самое творилось, когда люди, считавшие себя праведниками, убивали всех, кто попадется под руку, пытали всех, кто попадется под руку (особенно богатых), обвертывались дорогими тряпками и при этом искренне считали, что они воюют за бога.
Почитайте Савинкова про русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Почитайте, что творилось на Гаити во времена Туссена-Лувертюра. Посмотрите, что творилось в Южной Осетии в 90-х годах, когда все эти полевые командиры убивали друг друга и насиловали немок, которые привезли им гуманитарную помощь. Посмотрите, что творилось в Чечне в 90-х годах.
И понятно, это же творится и на Донбассе. Других вариантов нету. Это первый вариант фактора того, что, вот, автомойщики и погрузчики сделали такую карьеру.
И второй фактор, конечно, заключается в том, что сейчас не времена «Игры престолов», сейчас не феодальные времена, когда карьера военного, когда карьера, связанная с насилием, в западном обществе (а мы, все-таки, Россия, частично остаемся западным обществом), является карьерой для успешного человека.
Да, вот, в XIV веке Старки и Ланнистеры должны были быть воинами, потому что именно это и был оптимальный путь к успеху. А сейчас, все-таки, оптимальный путь к успеху – это стать Сергеем Брином. Сергей Брин не поедет воевать на Донбассе. Русский Сергей Брин тоже не поедет воевать на Донбасс. Поскольку мы, Россия, все-таки, еще не превратились в Афганистан, где насилие есть единственный путь наверх, а страны (я уже много раз говорила) делятся на те, где насилие эффективно и где насилие не эффективно. В Афганистане, например, насилие эффективно. Если ты вожак банды, ты становишься большим человеком, которого уважают. Чем больше ты убиваешь людей, тем больше тебя уважают.
В США насилие не эффективно. Если ты убьешь много людей, ты не получишь много уважения, ты получишь много тюремного срока или вообще казнь.
И, соответственно, пока Россия еще не превратилась в Афганистан и в ней есть доля от истории, что есть другие пути эффективные самореализации кроме насилия, то, соответственно, люди, которые едут в Донбасс… Ну, как мне сказал один мой приятель, довольно успешный человек. Он так зоркнул, говорит: «Неужели, я поеду в Донбасс?»
И как я уже сказала, в ситуации, когда… А на Донбассе насилие уже эффективно. Вот, собственно, чем отличается Донбасс от России? Что мы успешно построили там сектор Газа. И, собственно, это главная проблема, которая стоит перед Россией сейчас, потому что… Ну, хорошо, сектор Газа мы там устроили, Украине мы там нагадили. Дальше что?
Ну, хорошо, каждый человек, который живет на Донбассе, знает, что вот эти прекрасные люди, которые Гиви, которые Моторола, защитили его от украинских фашистов, которые его бы убили, потому что если этот человек не верит в то, что это спасители, то, да, просто его уже могут убить.
А знаете, когда ваши спасители могут вас убить, если вы не верите в то, что они спасители, то в то, что они спасители, верится легко и охотно. Как в Северной Корее верится в Ким Чен Ына.
Вот там очень интересная происходила такая аберрация реальности на Донбассе, которая началась еще с самого начала. И я помню поразительный репортаж Павла Каныгина, которого я вообще рекомендую всё, что он писал о Донбассе в «Новой газете». Там он едет по дороге с таксистом, его останавливают какие-то местные пьяные ополченцы и, естественно, начинают в таксиста стрелять, потому что они искренне уверены. Им хорошо: каждый, в кого они стреляют, будет украинский фашист. Таксист успевает уехать, после чего он достает мобильник и начинает кричать, что его обстреляли украинские диверсанты, что они, вот, уже здесь высадились, потому что человек видит то, что он хочет увидеть. Вот этот человек был совершенно… Он не сопоставил, как бы, того факта, кто в него мог стрелять, какие нафиг украинские диверсанты. И, вот, это был очень интересный момент, что вне зависимости от того, кто на самом деле стрелял из того или другого орудия (понятно, что стреляли и та, и другая сторона), всё списывалось на хунту.
Но, понимаете, все-таки, есть пределы растяжения реальности. Вот, когда, условно говоря, приходит пьяный боец, пьяный спаситель от фашистов в супермаркет и там случайно начинает стрелять, да, понятно, что это всё равно хунта, но это как-то начинает уже людям действовать на реальность. Потому что согласитесь, вот, в Крыму всё нормально. В Крыму в людей не стреляют. Да, там, может быть, стали дороже продукты, но это не важно, потому что, как Оруэлл описал в «1984», там партия объявляет, что шоколад стал дешевле, и наш герой думает: «Да, странно. Раньше он был гораздо дешевле». Но, вот, когда речь идет о стоимости шоколада, о качестве продуктов, которые стали хуже, потому что раньше они завозились с Украины, теперь они завозятся по паромной переправе. Поскольку на паромной переправе они ждут несколько дней, то понятно, что с ними случается.
Но, тем не менее… Да, понятно, что в Крыму все точно знают, что их спасли от украинских фашистов. А, вот, в Донецке оно, все-таки, как-то напрягает. Донецк – это, все-таки, не Южная Осетия, да? Там счет идет на миллионы, на миллион человек. Их нельзя содержать как Южную Осетию, их надо приводить в какой-то порядок. Денег в российской казне нет. А как? Надо, чтобы они хоть чуть-чуть себя содержали. А как, если, например, на территории этой не ходят банковские карточки? Вот, нет банковских карточек! И не потому, что банки не дозволяют. Потому что, ну извините, какие там банковские карточки при Гиви и Мотороле? Придут борцы с фашизмом и вырвут этот банкомат с корнями как наследие фашистской власти.
Квартиры стоят копейки – их не продашь, потому что их забирают так. Бизнес? Да, какой-то бизнес мелкий есть, но в любой момент борцы с фашизмом могут прийти, обложить тебя налогом или забрать машину. Или разобрать на металлолом шахту.
Да, конечно, какие-то производства работают, все ахметовские производства, например, работают, как ни странно, все они зарегистрированы в Украине. И самое смешное, что отжать их нельзя, потому что, конечно, отжать-то их можно, но после этого не вывезешь ничего произведенного, потому что всё произведенное должно быть произведено каким-нибудь легальным производителем.
И понятно, что в таких условиях народ-то будет уставать. Потому что, вот, есть фактор Крыма. Почему Крым так охотно стал российским? Потому что были 80-е годы, Крым был всесоюзной здравницей и в представлении местного населения, вот, которое можно пощупать руками, пришли «укры», развалили всё, остались руины. Люди не понимают, что была перестройка, развалилось всё и в России. Но согласитесь…
А на Донбассе что? Был приличный по советским меркам город. Пришли борцы с фашизмом – и всё сдохло. И, все-таки, до людей доходит, что можно угодить в подвал или за то, что у тебя машина, или потому, что ты красивая девочка, или просто так, потому что борец с фашизмом был пьян.
И, вот, происходит то, что происходит с Гиви и Моторолой. Происходит это в рамках бандитских разборок или происходит это в рамках зачистки местности, да? Где-то так, где-то так. Но, видимо, если это происходит в рамках зачистки местности российскими спецслужбами, это очень интересный момент, потому что, первое, это значит, что они адекватно оценивают этот человеческий материал. А второе, им совершенно не жалко этих людей. Видимо, потому что они считают, что они в любой момент при обострении ситуации могут набрать новое количество грузчиков и автомойщиков, которые будут делать телевизионную картинку в то время, как за них будут воевать безымянные солдаты.
Есть вторая часть этой истории очень некрасивая. Как я уже сказала, мне очень сложно представить себе, что это украинские власти ликвидируют всех этих замечательных бывших автомойщиков и бывших грузчиков просто по той причине, что получается тогда, что украинские спецслужбы обладают талантами Джеймса Бонда и Моссада, помноженными на таланты Мата Хари. А как-то вот украинские спецслужбы равно как и украинские власти не внушают мне особого уважения. Я не вижу ни особых реформ, происходящих в Украине. Я вижу, что Украина сверху донизу как и была превращается вот в эту типично украинскую историю, что власть – это способ поделить бабки. Причем, это идет с самого верха. И это, естественно, сказывается и на эффективности спецслужб и полиции, хотя, конечно, глава МВД Украины Арсен Аваков делает, действительно, достаточно много, и это один из фронтов, на которых есть существенные и хорошие подвижки в Украине.
Ю.Латынина: В США насилие не эффективно. Если ты убьешь много людей, ты получишь много тюремного срока или казнь
И, вот, собственно, дальше начинается другой вопрос. Хорошо, я вот не верю, что украинские спецслужбы могут что-то сильно крутое устроить на территории ДНР и ЛНР. А как насчет наоборот? Как насчет российских спецслужб на территории Украины?
Вот, еще когда всё начиналось, я предсказала, что будет, потому что в Грузии, если вы помните, после того, как Путин оказался недоволен Саакашвили, была в течение многих лет просто череда мелких терактов. Мелких, не крупных – то полицейский участок взорвут (машину), то трубопровод пытаются взорвать, то подложат бомбу возле американского посольства. Причем, поскольку человек, которого наняли подложить бомбу, это, ну, собственно, человек грошовый и, видимо, половину денег скрысили по дороге, он еще и не около американского посольства его подложил, а около соседней стены в мусорный бак кинул.
Вот, все эти такие теракты, которые, с одной стороны, ниже радара, потому что они очень дешевые, они совершаются руками лузеров и которые не привлекают внимания международного сообщества, а если и привлекают, то только вызывают некое раздражение: «Ну, вот, что же вот это у вас? Вот это у вас чего-то там развелось».
И мне тогда казалось, что то же самое будет происходить в Украине. И, вот, по некоторым приметам мы видим, что то же самое в Украине происходит. Я вот хочу обратить ваше внимание на историю с поимкой людей, которые должны были убить народного депутата и советника главы МВД Арсена Авакова Антона Геращенко. Это как раз довольно противоречивый персонаж, который известен своими заявлениями и насчет журналистов, и который является руководителем, одним из руководителей и вдохновителей сайта «Миротворец», который, действительно, вот, бельмо на глазу для, естественно, российской стороны.
И вот там в декабре схватили двух товарищей, один из которых приехал из Донецка, другой – дважды судимый крымчанин, судимый за разбой. И они были задержаны с самодельным взрывным устройством, удивительно похожим на то, которым взорвали Павла Шеремета.
И было еще несколько почти анекдотичных случаев. Ну, например, когда взяли какую-то совсем уже мелкую банду, которая что-то там, кажется, в Херсонесе подожгла дверь мэра. И вдруг эта банда честно начинает признаваться, что «Вы знаете, нас наняли. Нас наняли, мы должны были еще там поджечь также то ли дверь руководителя местной еврейской общины, руководителя местной татарской общины и так далее, и так далее».
То есть, вот, еще раз повторяю, вот эта политика грошовых терактов, причем очень дешевых, на которых, видимо, еще и деньги зарабатывают, она в силу того, что украинское МВД не так хорошо работает как грузинское, они, видимо, плохо раскрываются и значительная часть этих преступлений, возможно, просто оказывается нераскрытой. Но, собственно, вот, ряд такого рода происшествий заставляет нас снова задуматься о самом крупном убийстве, которое случилось в Украине, убийстве журналиста Павла Шеремета. Как я уже сказала, убитого примерно так же, как хотели взорвать Геращенко.
И, вот, совершенно не случайно глава МВД Украины Аваков на этой неделе провел пресс-конференцию, где он фактически сказал, что подозревает в этом убийстве, все-таки, российскую сторону. Такая пресс-конференция, с одной стороны, не делает Авакову большой чести, потому что руководитель МВД не должен рассуждать как журналист перед микрофоном. Руководитель МВД – это тот человек, который должен вывести подозреваемого и сказать «Вот подозреваемый, вот видео», как в нескольких случаях аналогичных мелких терактов украинцы сделали.
Но тем не менее, вот это очень неприятная история для России, потому что… Как бы вам сказать? Скорее всего, это вообще самодеятельность спецслужб, причем на мелком уровне, причем чтоб заработать бабки. Но это к вопросу о том, как мы будем выглядеть, когда таких людей будут ловить. Потому что к Украине больше внимания, чем к Грузии. И потому что… Вот тут сказал Билл О’Райли, один из лучших телевизионных ведущих нашего времени, ведущий Fox News, он сказал «Путин – убийца», за что очень страшно озаботился Кремль. Да? А, вот, нехорошо будет, если разные люди, совершающие самые мелкие, казалось бы, преступления на территории Украины, вдруг неожиданно будет оказываться, что это люди, которые, в принципе, должны отбывать наказание в Крыму за разбой. Перерыв на новости.
НОВОСТИ
Ю.Латынина Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа». Тут на этой неделе поступила важная новость. Стало известно кое-что о сделке по покупке 19,5% акций Роснефти. Выяснилось, что непосредственным держателем этих акций является сингапурская компания QHG Shares, которая в свою очередь целиком принадлежит британской QHG Investment. Та в свою очередь контролируется катарским фондом и некоей QHG Holding. Это британская компания, у которой трое участников помимо Гленкора и катарского фонда еще оффшор QHG Cayman Limited. Да?
Соответственно, вот, возникает вопрос о бенефициарах QHG Cayman Limited. Конечно, понятно, что здорово, что со времен закусочной «Лондон» в Твери, где располагался Байкалфинансгруп, наши финансовые воротилы выросли до QHG Cayman Limited. Но, все-таки, хотелось бы узнать, да? Вот, у нас всё время говорят о собирании государственной собственности. Вот тут продали, и выясняется, что формально катарскому фонду, формально банку Интеза, формально Гленкору. Но, все-таки, а кто бенефициар QHG Cayman Limited? Расскажите нам, пожалуйста, кто, действительно, купил 19,5% акций Роснефти и как эту кровинушку родную государственную отдали в руки непонятному оффшору? А вдруг за ним стоят страшные исламисты? А вдруг за ним стоит Барак Обама и вообще ЦРУ?
Ю.Латынина: Мы не знаем, кто владелец QHG Cayman Limited, но его так защищали на самом верху власти, что Улюкаев сел
Это тем более важно, потому что, все-таки, за эту продажу сидит Улюкаев, за то, что он, как утверждает следствие, пытался вымогать взятку за сопровождение этой сделки. И это важно, потому что мы теперь примерно представляем, как Улюкаев сел. Нам теперь понятно, что случилось, что глава Министерства экономического развития, действительно, жаловался, вроде бы, на то, что, вот, сделка есть, а мы так работаем и никакого вознаграждения нету, и жаловался он это, как утверждают источники публичные, одному неназванному госбанкиру, но нам понятно, что этот неназванный банкир может быть только Костиным. То есть, значит получается, что Улюкаев звонил Костину и жаловался. Костин, вероятно, от чистой души позвонил Сечину и тоже передал эту жалобу. И, вот, в итоге даже ходят слухи, что на той встрече, когда Улюкаев приехал в Роснефть за этими деньгами, будто бы это была встреча Улюкаева и Сечина. По итогам чего Путин Улюкаева посадил.
Возникает масса вопросов, да? Первое. Если министр экономического развития, действительно, рассказывал, что, типа, «Вот, еще и без денег!», да, это мерзкое поведение. Но возьми и уволь. Возьми и уволь. Совершенно не обязательно… Мы понимаем, что Улюкаев не может вымогать взятку у Сечина – у них совершенно разный аппаратный вес. Владимир Владимирович, наверное, тоже понимает про аппаратный вес Сечина и Улюкаева.
То есть получается, что Путин был взбешен самим фактом того, что Улюкаев что-то посмел. Причем, взбешен настолько, что не просто вызвал и уволил Улюкаева, а он воспринял это как измену, как вторжение, куда нельзя.
Вопрос «За что же был так взбешен Путин?» Вот, кто тот таинственный владелец компании QHG Cayman Limited, за интересы которого так оскорбился Владимир Владимирович? Потому что получается как в анекдоте: «Я не знаю, кто едет в машине, но водитель у него Брежнев». Мы не знаем, кто владелец QHG Cayman Limited, но мы знаем, что его интересы до такой степени защищали на самом верху российской власти, что, вот, даже бедный Улюкаев сел.
Еще одна важная история случилась на этой неделе – не пропустите – это интервью оставшегося на свободе представителя «Шалтая-Болтая» двум журналистам. Во-первых, как всегда великолепной Ксении Собчак. И еще журналисту Знак.com Винокуровой Екатерине, которая тоже слетала в Эстонию, чтобы поговорить с этим человеком. И вот это его лихорадочная медийная активность очень напоминает Андрея Лугового, который после того, как стало известно об отравлении Литвиненко, тоже стал давать интервью о том, какой он чистый и прекрасный, и пушистый. И, собственно, я лично думаю, что, возможно, эти интервью спасли Андрею Луговому жизнь, а то бы иначе нашли бы его мертвым, покончившим жизнь самоубийством с запиской, что он по приказу Березовского отравил Литвиненко и, вот, теперь ужасно раскаивается в этом.
И вот в этих интервью, где этот человек, прежде всего, рассказывает, что он не знает, кто вскрывал сервера Демпартии и даже придумать не может, что интересно? Что, во-первых, он отпирается от серверов Демпартии. А во-вторых, он пытается представить себя и свою деятельность как оппозицию власти типа они делали это из идеалистических побуждений. Он всё время забывает сказать, что там, вот, просто была абсолютная торговля информацией, то есть то, что они вскрывали, они продавали назад, и только то, что не куплено, выставляли на открытое место.
И забывает сказать, что почему же, ребята, если вы боролись против власти и у вас были такие идеалистические побуждения, вы никогда не цапали никого серьезного? Вы никогда не цапали ФСБ, вы никогда не цапали Газпром, вы никогда не цапали Роснефть ту же самую.
И, конечно, самая интересная деталь, о которой рассказывает этот человек, это как Владимир Аникеев, один из организаторов «Шалтая-Болтая» после того, как его арестовали в Москве, не просто приходил на связь и не просто пытался выманить всех остальных своих соучастников в Москву, но и, судя по всему, прилагал для этого совершенно колоссальные усилия. Потому что, например, у них были специальные кодовые слова, которые надо было произнести, чтобы было ясно, что дело тухлое и надо бежать. И, вот, он не произнес этих кодовых слов.
Что когда вот этот вот оставшийся на свободе участник заподозрил неладное и попросил Аникеева сфотографировать себя в Жан-Жаке, то да, он прислал селфи из Жан-Жака, он прислал сфотографированный чек. Он даже (оставшийся на свободе товарищ) позвонил в Жан-Жак, попросил официантку к телефону, спросил, кто был за столиком. И, да, официантка сказала, что, да, за столиком был человек и что он сидел один. И только тут вот этот вот герой сопротивления понимает, что это вообще немыслимо, потому что если бы Аникеев был свободным человеком, то в ответ на просьбу поехать в Жан-Жак и прислать оттуда копию чека, Аникеев бы просто этого человека послал.
Вот, это поведение человека, который не просто изо всей силы старается сдать товарища, а из кожи вон лезет.
И совершенно изумительная деталь о том, что Аникеев стал говорить, что его арестовали, якобы, по просьбе украинских спецслужб, она, собственно, лишний раз дает нам понять, вот, как была устроена эта биржа информации, эти замечательные люди, эти электронные преступники, которые устроили торговлю взломанной информацией российских чиновников. И вопрос: если они имели при этом крышу в ФСБ, то что они делали для ФСБ, чтобы им это позволялось?
Ответ напрашивается сам собой – смотрите, что произошло с серверами Демпартии и некоторыми другими организациями, которые не нравились Кремлю.
И недоговорила я на прошлой неделе о великой битве политкорректности со здравым смыслом, которая происходит в Америке. И на этой неделе, собственно, в топку подкинули новых дровишек. Никто иная как CNN сообщила, что спецслужбы имеют некоторые доказательства, что часть досье, которое предоставлено на Трампа, была подлинная, потому что некоторые разговоры, которые были описаны в досье, действительно, имели место.
Судя по всему, как я понимаю, речь идет о переговорах советника президента США Майкла Флинна с российским послом в США Сергеем Кисляком, которые, действительно, имели место и которые… Вернее, не о переговорах, а звонке, который никем не скрывался.
Ю.Латынина: Трампа выбрали именно с этой программой, он ее решительно осуществляет
Это, конечно, потрясающее сообщение, потому что, ну ребят, ну, мы же читали досье. Ну, там же написано, что Трамп нанял проституток, которые мочились на кровать, супружескую постель Обамы, что Трампу продали 19,5% акций Роснефти. Ага! Продадут они! Что за взаимоотношения с Трампом уволили Иванова. И еще там написано, что, вот, кто-то переговаривался с кем-то. И выяснилось, что да, кто-то переговаривался с кем-то.
Но, ребят, это называется «Я зарыл 2 миллиарда долларов под этим дубом, а вот и доказательства, вот и дуб». И CNN нам сообщает, что дуб, действительно, имел место, значит, и 2 миллиарда были.
Сейчас я обращаю внимание, что всё это я говорю безотносительно того, как я оцениваю отношение Трампа к России. И что он, действительно, вообще иногда говорит очень странные вещи о России. То есть, действительно, заметно, что Трамп, который критикует всех и вся, особенно американских левых, по отношению к Путину, ведет себя очень сдержанно. И объясняется ли это тем, что он не хочет бить посуду в лавке, сначала не позавтракав с ее обитателем, или объясняется это чем-то другим, ну, собственно, мы увидим, наверное, в ближайшем будущем именно по его политике.
Но я возвращаюсь, собственно, к указу Трампа, который вызвал такой гнев американских судей, указу о запрете на 3 месяца въезда из нескольких исламских стран до создания процедуры, нормальной процедуры отбора людей, которые въезжают из этих стран. И я уже обращала внимание на прошлой неделе, что вместо того, чтобы обсуждать, есть эта проблема или нет, есть эта проблема с мусульманскими анклавами внутри Запада или нет, нам обсуждают самые разные вопросы.
И как я уже сказала, проблема есть. И что если люди являются массовыми мигрантами, откуда-то массово валят, значит, там труба и, значит, там культура и цивилизация такая, что она не позволяет человеку нормально существовать. И, значит, принимающая сторона должна как минимум всё сделать для того, чтобы эта культура и цивилизация перестала влиять на этих несчастных людей.
Вот, выходцы из СССР, как известно, все были антикоммунистами. Представьте себе, они бы выезжали из СССР, въезжали в США и говорили: «Ребята, у нас тут такие чудесные обычаи, у нас пионеры, у нас НКВД, у нас парткомы». И принимающая сторона говорила бы им: «Да, у вас замечательные обычаи. Ребята, мы делаем всё, чтобы вы свои пионеры и свои парткомы сохранили». На мой взгляд, это было бы, прежде всего, предательство по отношению к тем, кто уехал из СССР, чтобы уехать от коммунистов.
Вот, я хочу обратить ваше внимание, что, ведь, Европа и Ближний Восток – это… Нам говорят: «Ближний Восток – это совершенно другая цивилизация». Ребяточки, это не совсем так. Это совершенно другая цивилизация, но стартовые условия были не просто одинаковые, они были частью одной и той же империи, Римской. Это, вот, как Северная Корея и Южная Корея, Восточная Германия и Западная Германия. Кейс-стади по развитию двух половинок развалившейся империи, на одной стороне которой было христианство, которое много тоже чего отмочило, включая погрузило Европу в абсолютное невежество на тысячу лет, на другой стороне которого был ислам, у которого первоначальные показатели, кстати, были гораздо лучше. Но, к сожалению, по истечению двух тысяч лет этот кейс-стади, ну, как бы, не очень хорошо кончился.
И самое интересное во всей этой истории, что еще в начале XX века ничего похожего на то, что происходит сейчас, не было, потому что в начале XX века на Ближнем Востоке были либо колонии, либо светские правители, которые изо всей силы пытались вытащить свои страны из грязи средневекового невежества – они не рассказывали, что мы тут такие духовные. Был Ататюрк, были реформаторы, и почитайте Агату Кристи, которая на Ближнем Востоке во время раскопок чувствовала себя, ну, в абсолютной безопасности.
И вопрос «Что случилось с этим Ближним Востоком?» Как получилось, что те страны, которые в начале XX века и в середине XX века, еще в 70-е годы пытались реформировать себя и стать частью современного мира, как в них получилось теперь господство толпы, которая, ну скажем там, или 70, или 80 процентов одобряет взрыв башен-близнецов и говорит «Мы духовные»?
А тут мы приходим ко второй части этого уравнения, потому что это началось с борьбой с проклятым колониализмом. Эта борьба с этим колониализмом началась, между прочим, со Съезда в Баку, организованного большевиками, на котором реакционные исламисты в частности были избраны большевиками в качестве того ледокола и того тарана, которым они взорвут колониальный мир.
Ю.Латынина: Коммунисты хотели построить царство рабочих, построили вместо этого ГУЛАГ
А продолжилось это уже в 30-х годах съездами, которые организовывал Вилли Мюнценберг, замечательный коммунистический Геббельс, съездами, которые были формально против колониализма… То есть на них съезжались не обязательно коммунисты, на них как раз съезжались, вот, борцы с колониализмом. Только просто всё это происходило на советские деньги.
А потом это всё пошло уже само собой, потому что, с одной стороны, Запад понимал, что ему надо расставаться с колониями, иначе их взорвет изнутри СССР. А с другой стороны, на том же самом Западе пришли к власти леваки, которые не называли себя больше коммунистами и социалистами, которые почему-то называли себя либералами, хотя ничего либерального в их идеологии не было. И торжество этой левацкой идеологии принесло неисчислимые беды народам Третьего мира, потому что те помойки, в которые превратилась Африка деколонизованная, те помойки, в которые превратились некоторые другие страны, они превращались в помойки, а леваки продолжали рассказывать, что это, вот, следствие проклятого наследия колониализма.
И, собственно, вот то, что произошло после деколонизации в 70-х, в 80-х, еще в 90-х годах, было легко доказывать левакам, что, вот, в Родезии плохие белые угнетают хороших черных, что в Палестине кровавые евреи угнетают палестинцев.
Когда это пришло на территорию самой Европы, когда взрывы начали происходит в Ницце и Брюсселе, то стало уже совсем сложно доказывать, что это сами европейцы виноваты в том, что их взрывают, потому что они страшно виноваты перед этими замечательными людьми, которым они дали убежище.
Но нам это продолжают доказывать, потому что это называется «великая сила идеи». Потому что это вопрос выживания социальной группы интересов. На никакую группу интересов не действует логика, не действует реальность. На группу интересов, если реальность противоречит интересам группы интересов, то тем хуже для реальности.
Знаете, что самое интересное в этой истории с американскими левыми, которые беззаботно борются против фашиста Трампа? Первое, что, собственно, Трамп выполняет волю избравших его избирателей. Да? Когда у нас спрашивают: «А почему Трамп не прислушивается к мнению 3 миллионов американских женщин, которые вышли на марш?», ответ: «Потому что Трамп прислушивается к мнению выбравших его избирателей». И заметьте, что Трампа выбрали именно с этой программой, он ее решительно осуществляет. Это не принято от политиков осуществлять свою программу. И мало того, что это воля его избирателей, так даже при тех опросах общественного мнения, которые мы имеем сейчас и в Америке, и в Европе, получается, что большинство опрошенных поддерживает Трампа. То есть это достаточно классическая ситуация, когда у вас есть меньшинство, но которое зато очень агрессивно и очень громкое, и у вас есть большинство, но которое зато молчаливое.
И самое интересное, что то, что делает Трамп, это же не один только Трамп делает. Вот, обратите внимание, например, что Словакия и Польша сказали, что ноги мусульманского беженца не будет на их территории. Почему никто не протестует в Словаки и Польше против этих жестоких расистских решений? Ответ: «Потому что в Словакии и Польше не сформировалось групп интересов, которые этим живут».
Вот Австралия не пускает к себе беженцев. Вот Япония, знаете, не пускает к себе беженцев. Почему-то внутри Японии совершенно нету движения, которое говорит «Ну как же? Мы же, японцы, страшно виноваты перед всякими филиппинцами и индокитайцами, которых мы так обидели во Вторую Мировую войну, мы должны их к себе пускать и делать так, чтобы они у нас в Японии были как дома». Да? Потому что там в Японии нету группы интересов, которая сформировалась и этим живет.
Более того, очень интересные вещи начали происходить и даже в европейских странах. Вот, совсем недавно, в декабре появился отчет дамы Луис Кейси, которая была назначена руководить процессами интеграции в Соединенном Королевстве. Там из этого отчета много чего интересного выясняется, включая то, что 9 из 10-ти детей, которые живут вот в таких изолированных мусульманских анклавах, считают, что Британия вообще-то мусульманская страна. Азиатская страна, как написано осторожно в отчете.
Там, например, в этом отчете было написано, что женщины, живущие в таких анклавах, лишены элементарных человеческих прав. Да? Вот, ребят, ау, вы борцы за права женщин! Может, вы, все-таки, поборетесь за права женщин и в мусульманском мире? Ладно, в мусульманском мире в Саудовской Аравии. В мусульманских общинах на территории Великобритании. Нет, получается, что вы выйдете только на марш против Трампа? Он – главный враг женщин? Да?
Ю.Латынина: Неужели Трамп действительно больше угроза американским свободам, чем, скажем, был президент Рузвельт?
Вот, как там поживает Германия? Какая там Британия? Германия. Последние новости. Госпожа Меркель предлагает обширный план, который заключается в том, что значительному количеству беженцев, которым отказали в убежище (а судя по всему, это будет 450 тысяч человек), предложат деньги, если они покинут Германию. Согласно этому плану можно слушать телефоны этих беженцев, чтобы установить их личность. Согласно этому плану создаются департаменты, которые будут отвечать за массовые депортации.
И понятно, зачем Меркель это делает – чтобы привлечь избирателей. Так, оказывается, что вот оно как получается? Вот, в той же самой Вене недавно задержали 20 человек чеченцев, которые ничего такого не делали, а просто прогуливались по центру города с автоматами. Какой-то проклятый фашист сказал… увидел этих чеченцев и настучал. И, да, вот, оказывается, что прекрасная Вена, которая пустила к себе 30 тысяч чеченцев, что, на самом деле, капля в море, да? Абсолютно никак не влияет на общеэтнический, культурный и так далее состав Австрии.
Пустила 30 тысяч чеченцев, беженцев, думала, какие они бедные-несчастные. Вдруг выясняется, что эти чеченцы не интегрируются, что примерно половина их продолжает получать социальное пособие. Что они ведут замкнутый образ жизни. Что возникают молодежные банды.
И это потихонечку происходит даже в той самой Европе.
Ну, вот, тем не менее, несмотря на все эти грозные подвижки, которые, возможно, ни к чему не приведут, левая Америка продолжает бороться против Трампа, левая идея продолжает бороться против Трампа, потому что идея, которая противоречит здравому смыслу, всегда найдет гораздо больше заинтересованных сторонников, чем идея, которая ему соответствует. Потому что если вы отстаиваете идею, что дважды два является семнадцать и от этого зависит ваш статус, то вы будете способны к гораздо более жестким и решительным действиям, чем если вы считаете, что дважды два четыре. Потому что идея дважды два семнадцать объединяет вас и ваших единомышленников, а идея дважды два четыре – она совершенно не объединяет. И в этом смысле всё происходящее в Америке мне напоминает в ослабленном виде, ну, скажем, вот то, что происходило в Испании перед переворотом Франко. Потому что, с одной стороны, был нехороший Франко (и это мы всё знаем), а, с другой стороны, я вам напоминаю, что были еще более нехорошие коммунисты. И вот то, что было в начале XX века, вернее, то, что было в начале XX века, когда в Европе многие страны были вынуждены выбирать между фашистами и коммунистами, в ослабленном виде повторяется сейчас, потому что я не могу назвать Трампа фашистом, но я могу, конечно, назвать тех людей, которые рассказывают, какой он фашист, мягко говоря, крайне левыми.
И я вижу в том, что происходит в Америке, такое вот пара-государство, которое сформировалось почти на наших глазах. Возникает вопрос, что оно хочет? Вот, христиане хотели построить царство божие, вместо этого построили церковь. Коммунисты хотели построить царство рабочих, построили вместо этого ГУЛАГ. Ну а, вот, например, эти замечательные люди, которые борются против фашизма, против сексизма за толерантность, вот, что они хотят построить?
Вот, такое впечатление, что то общество, которое они хотят, построить даже в принципе нельзя. И такое впечатление, что есть очень богатое, очень процветающее, очень хорошо устроенное американское общество. Именно потому оно, так хорошо устроенное, породило из себя ту группу интересов, которая заинтересована паразитировать на очень богатой и процветающей экономике, получать гранты на терпимость и борьбу за всю хорошее против всего плохого, и быть всегда левее любой власти.
И, с одной стороны, я жутко завидую энергии нации, американской нации. Потому что, с одной стороны, то, что происходит в США, это замечательно. Потому что свобода – это как рынок: свобода подразумевает конкуренцию идей как рынок подразумевает конкуренцию товаров. Рынок – это не когда есть один совершенно замечательный товар и других товаров на рынке нет. Это уже тогда не рынок, это уже тогда плановая экономика. И то же самое свобода – это не когда есть одна единственная правильная идея, это когда есть много различных точек зрения.
Но с другой стороны, мне немножко страшно, потому что такого рода паразитические группы в истории – они могут сломать своим весом, действительно, любой, даже очень хороший режим.
И я немножко удивляюсь, что вот эти прекрасные люди уже называют Трампа «диктатором», они уже называют его «фашистом», они уже рассказывают, что, оказывается, уже Америка живет в ситуации 1984 года.
Я не совсем понимаю. В Америке был президент, который был избран на 4 подряд срока, который умер на своем посту как обычно умирают диктаторы. Который очень жестко разбирался со СМИ – в его время не было телевизоров, в его время было радио, и радио, которое было против него, очень трудно ему было получить лицензию. А газеты, которые были против его, руководители этих газет могли сесть за всякие налоговые шашни.
Этот президент жестко сломал свободу, которая до этого существовала в Штатах, и с помощью программ федерального распределения средств присвоил себе гораздо больше власти. Этот президент в конечном итоге, когда стало ясно, что меры по огосударствлению экономики, которые он предпринял, не помогают экономике и когда ему хотелось у власти, сделал так, что Америка оказалась втянута в мировую войну. И никогда против этого президента, которого звали Рузвельт, никогда левые не протестовали.
Вот, я пытаюсь понять: неужели, президент Трамп, действительно, больше угроза американским свободам, чем, скажем, был президент Рузвельт?
Всего лучшего, до встречи через неделю.

1 комментарий:

  1. Интересные. заслуживающие внимания мысли,внушают доверие и многое объясняют из хитросплетений политических интриг и интересов и происков бандитских интересантов.

    ОтветитьУдалить