воскресенье, 1 января 2017 г.

ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА 31 ДЕКАБРЯ


Время выхода в эфир: 31 ДЕКАБРЯ 2016, 19:05


Ю.Латынина Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа», с наступающим! Я прошу прощения, если я буду подкашливать – я тут в хлам простудилась и не очень здорова. Но, собственно, к событиям, которые произошли на этой неделе, потому что конец года, а событий по-прежнему много.
Самое страшное, что произошло, это, конечно, разбившийся при взлете из Сочи самолет Ту-154. Редко когда известие вызывает подобный ужас, потому что я не скрою: в момент, когда пришло известие, что самолет разбился, у меня было две мысли. Первая, это теракт, громкий показательный теракт, который показывает, что Россия ввязалась в Третью мировую войну против страны, которая всегда наносит удары по гражданским лицам, по женщинам и детям. А, вот, вы, Владимир Владимирович, хотели пиар-войну в Сирии, на экранах телевизоров? Пальмиру взяли, чтоб сыграть концерт, а там трава не расти? Алеппо взяли? Туда летели сыграть концерт? А вот вам не концерт, а похороны.
И, конечно, это предполагало пугающий уровень координации террористов и понимание того, что ни один человек в России из-за решений, принятых Путиным, не находится в безопасности. Потому что, вот, в Кремле построили всё на том, что это пиар-война. И вдруг 92 трупа, как тогда после Синая, и все граждане России, которые умеют думать, понимают, что среди трупов следующих могут быть они.
И вторая, это смерть доктора Лизы, потому что террористы вообще не разбирают, кого убивать. Смерть вообще не разбирает. Но тут это было каким-то ужасно наглядным свидетельством, что за грехи правителей никогда не платят правители, а всегда за них платит народ. И в том числе самые лучшие из народа.
Потому что доктор Лиза – ну, кто она была? Наша святая, наша Мать Тереза, человек, который кормил бомжей. Я не говорю, что это лучшее занятие для человека, потому что бомж, как правило, его сколько ни корми, он остается бомжем. Потому что бомж – это не случайная история, это состояние сознания.
Помните того нью-йоркского полицейского, который купил бездомному ботинки и через 2 дня этот же самый бездомный опять оказался на улице без ботинок? Но это нисколько не умаляет поступка полицейского. И я сейчас не о бомжах, а о докторе Лизе, потому что то, что она делала, это называется «святая».
И режим сначала ее очень травил, всякие Ольгинские тролли, всякие поцреоты, а потом кто-то умный в Кремле понял, что святые – они ж даже не мешают, их даже ж можно приспособить. Ну, например, почему вы, доктор Лиза, не поедете на Донбасс? А она, конечно, поедет, особенно если ей пообещают площадь под новый бомжатник. У святых же нет задачи бороться с режимом, у них же задача – спасать бомжей.
И, вот, когда она погибла, всё равно вот такая мысль в сердце бьется: «Если заслуги перед господом не спасают доктора Лизу, кого же они спасут?»
И вот это были две первые мысли, они были самые важные, потому что, все-таки, самое важное во всей этой истории – это почему упал самолет. А тут версий только две. Первая, если это теракт, то это крах всей политики в Сирии. Потому что эта политика держится на показухе, на том, что маленькая победоносная война происходит только в телевизоре. И совершенно не случайно тогда, что удар нанесен именно по пиару.
Вот бы долетел этот самолет и был бы концерт очередной как у Гергиева в Пальмире. В общем, мы бы посмеялись над ситуацией. Она бы, в самом деле, была, согласитесь, не очень приятной, что разбомбили город Алеппо, у союзника Асада нашего даже нет сил зачистить этот город, потому что зачистку выполняет Шабиха. Шабиха – ну, фактически это частные военные банды, которые как и всякие военные банды что делают? Грабят.
Вот, на этом фоне победители проводят для иранских моджахедов концерт под Калинку-Малинку. Ну, это было бы, как бы, несколько фарисейство, как бы сказать.
И вот это несостоявшееся фарисейство обернулось полной трагедией, ужасной трагедией, потому что люди из хора, которые туда летели, они-то в чем виноваты? Они не военные, они не солдаты, даже не пропагандисты. Они просто выполняли ту работу, которой они зарабатывали на хлеб и кормили свои семьи.
И вдруг вот эта вот клюква потекла настоящей кровью. Картинка превратилась в трагедию и ударила по нам. И это один вариант.
А второй вариант – это неисправность техническая, что несколько лучше хотя бы в том смысле, что против нее можно, ну, чуть-чуть подстраховаться: не летать старыми самолетами, не летать военными гробами. Но всё равно, потому что получается, что главными архитекторами этой катастрофы были даже не террористы, а мы сами. Что, вот, всё это фантастическое страшное совпадение и вот этот вот удар в сердце пиар-акции произошел потому, что пиар пиаром, а при миллиардах, которые крадутся в России на войну, летают на списанных сундуках. А списанный сундук летает плохо. И организаторы вот этого грандиозного сирийского действа столько бабла выкинули на Сирию, а на транспорте сэкономили.
Ю.Латынина: Что вы обсуждаете Facebook Божены Рынски? Обсуждайте, теракт это или сундук
Потому что, извините, ну так на минуточку, самолет летел из Москвы и дозаправлялся в Сочи. Ну, значит, он случайно дозаправлялся в Сочи: он должен был дозаправляться в Моздоке, а для заправки в Моздоке была погода плохая. Ребят, ну, на минуточку, вот вы летите, там, в Оман, в Каир, в Ларнаку, в ту же Сирию. Вот, если это летит гражданский борт и вы покупаете свой билет, вы куда-нибудь полетите с дозаправкой и остановкой в Каир? Даже вопроса такого нету! Даже самая чахлая, самая сундучная гражданская авиалиния повезет вас прямым рейсом. Какая, к черту, дозаправка? 2016-й год на дворе! А эти летели с дозаправкой. То есть на дровах полетели, и не долетели.
И вот эти их версии обе были плохие, но версия теракта была катастрофой, потому что мы видим по тому, как ее отрицали, было такое впечатление, что в первую же секунду позвонили из Кремля и сказали: «Не важно, что произошло, но это не теракт. Как вы будете доказывать, это ваше собачье дело. Но зарубите себе на носу: это не теракт». Потому что обе версии в отсутствии черных ящиков (а первые несколько дней черных ящиков не было) равноправны.
И сразу заговорили о большом разлете обломков в воздухе, то есть то, что говорит о теракте. Заговорили о том, что не было ни слова общения с диспетчером, что тоже говорило о теракте. И в это время нам публично еще заявляли, что ящиков нет, но теракт мы не рассматриваем. А почему? А потому.
Одну секунду, как вы можете не рассматривать теракт, если ящиков нет и диспетчеру никто слова не сказал?
Помните, как после Синая тоже долго не хотели признавать теракт? Собственно, так же вели себя немцы с этим несчастным грузовиком, правда, в течение только суток, когда они тоже сначала не признавали, что это теракт, рассказывали там про поляка, который сидел за рулем автомобиля.
Довольно много было подозрительного. Был свидетель (отыскался), который видел, как самолет поломался сам. Вопрос: а как он это видел, если это было 5 утра? Представляете, что в Сочи видно зимой в 5 утра? А кто свидетель? А фсбшник. Какое совпадение! Мы можем быть уверены, что фсбшник что надо, то и увидит.
Дальше – больше. Была слита в прессу информация о том, почему следствие считает, что это не теракт. Внимание, потому что борт летел из Чкаловского, а там у военных такой серьезный досмотр… Версия, которая вызывала гомерический хохот, потому что любой человек, который хоть немного знает, что у нас творится с военными бортами вообще и в Чкаловском в том числе… Ну, кто не знает, может смотреть фильм «Особенности национальной охоты».
Ну, я уже не говорю о том, когда летят инструменты военного оркестра. Ну, вот такая тривиальная вещь: едет военный инструмент, в который если случайно имеешь доступ, можешь засунуть что угодно.
И, конечно, на фоне этого лихорадочного «Нет-нет, это не теракт» у меня было подозрение, что самописцев вообще не достанут. Однако, достали и сказали, что, вот, закрылки неравномерно вышли и самолет поэтому упал.
Я совершенно не говорю, что это какая-то подделка, я думаю, что, скорее всего, самописцы настоящие. И это, действительно, тогда, что называется, самотеракт, потому что последствия технического состояния нашей армии, получается, не отличаются от последствий действий террористов. И, вот, нам только что рассказывали о 160 видах оружия, которое испытано в Сирии, то есть на сирийцах, и вот это картинка, а реальность – это сундук 30-летней выдержки, который летел с дозаправкой.
И я хочу, прошу вас обратить внимание на пост Солонина, который говорит, что тоже довольно странно, что при тех данных объема высоты и той скорости самолета, что он разбился на столь мелкие кусочки, что одно плохо согласуется друг с другом, что это катастрофа, если это закрылки, скорость 370 километров в час и высота 350 метров. Она плохо согласуется с другими подобными катастрофами.
Я обращаю ваше внимание на пост Солонина прежде всего потому, что Солонин – авиационный инженер, то есть он знает, о чем пишет. Но еще раз повторяю, я, вот, не готова представить себе, что мы уже научились подделывать данные бортовых самописцев. Я считаю, что в данном случае, действительно, правительству повезло, если это можно назвать везением.
И, собственно, вот это самое главное и единственное, что стоит обсуждать: это теракт или это следствие устаревшего оборудования? И чтобы не обсуждать ни то, ни другое, находится блестящий маневр – кто что написал по поводу этой катастрофы? А, вот, Божена Рынска написала, что «нтвошки» там летели! А, вот, Аркадий Бабченко еще что-то там написал. А, вот, давайте обсуждать их.
Я напомню, что точно такая же история только что была с убийством нашего посла в Турции. Видимо, отработана эта техника уже до убийства. Убит посол, и единственный вопрос: «Сколько еще российских послов и просто русских людей будет убито из-за того, что Кремль ввязался в войну в Сирии, которая нам не приносит ничего и в которой мы поссорились с полутора миллиардами суннитов? Еще больше поссорились с Западом, и в ходе которой нами манипулирует Асад, у которого даже собственной армии нет. Настолько нет, что она там бежит, бросая Пальмиру, и она не может зачистить как следует Алеппо».
И что в результате мы обсуждаем? Что американский журналист Пупкин в американской газете «Устьзажопинская правда» что-то такое написал о том, что это поделом. Что этот чокнутый журналист Пупкин, который писал, что американский гимн – это фашизм. И что вся эта грандиозная операция по отвлечению внимания населения – всё это работает, на нее ведутся. Вот уже полстраны обсуждает вместо того, чтобы обсуждать теракт это или сундук, а что там Божена написала.
Ю.Латынина: После поражения на выборах демократов мы увидели другого Обаму, мелочного, гадкого
Ребят, какая разница, что написала Божена? Это личное мнение Божены, на которое она имеет полное право. Не Божена и не Бабченко сбивали этот самолет. Вот, кто точно к его падению не имеет никакого отношения, это Божена и Бабченко.
Если вам так не нравится, когда о мертвых говорят плохо, то где вы были, когда после убийства Политковской, убийства Немцова поцреоты заходились в восторге?
Я, вот, всегда говорила, что такая технология называется «хвост собаки Алкивиада». Когда Алкивиад отрубил хвост своей собаки и все Афины стали это обсуждать, и спросили его друзья: «А чего же ты отрубил хвост своей собаке?» Он ответил: «Чтобы обсуждали хвост моей собаки, а не что-нибудь другое».
Вот, я переименовываю «хвост собаки Алкивиада» в «Facebook Божены Рынски». Что вы обсуждаете Facebook Божены Рынски? Обсуждайте, теракт это или сундук.
Уходящий президент США Барак Обама перед уходом долго обещал, что он отомстит России за хакерскую атаку на серверы Демпартии, на вмешательство в американские выборы. Он говорил, что отомстит и что мстя его будет ужасной. Я не могу сказать, что она была ужасной, но Чижика он съел на этой неделе.
Я честно скажу, что я всегда с уважением относилась к уходящему президенту Бараку Обаме. Не к его взглядам, а к его личности. Для меня, конечно, это был человек левых убеждений, социалист. Но для меня это был человек, который поступает в соответствии со своими убеждениями. Убеждения эти были, на мой взгляд, ошибочны, опасны, но это не меняло целостности его характера.
И, вот, после поражения на выборах демократов мы увидели какого-то другого Обаму, мелочного, гадкого на посту президента великой страны, ведущего себя как какая-то помесь там Мадуро и какого-то монгольского царька, пытающегося свести личные счеты и выглядящего так, как обычно выглядят российские посланники в ООН.
И, собственно, это не первый поступок президента Обамы, который внушает удивление. Самое страшное, конечно, что он сделал, это голосование в ООН по Израилю, которое состоялось на прошлой неделе и которое, на самом деле, было предпринято под нажимом Обамы (ни для кого это не секрет). И также ни для кого не секрет, что произошло это по одной единственной причине – из личной ненависти Обамы к Бибе Нетаньяху.
Напомню, что проект резолюции против Израиля первоначально внес Египет. Причем, он отозвал его после звонка Дональда Трампа. А через сутки несколько таких замечательных светочей демократии как Сенегал и Венесуэла… Ну, просто там еще была Новая Зеландия и Малайзия. Они снова внесли этот проект резолюции, и резолюция эта об осуждении поселения на оккупированных территориях, включая Восточный Иерусалим.
США на все подобные резолюции раньше накладывали вето. Не наложили в этот раз. За резолюцию, к сожалению, также проголосовала Россия. У России была уникальная возможность не голосовать за резолюцию и наложить на нее вето, и это, на мой взгляд, возможность, которую мы упустили.
Но что это значит в переводе этой резолюции, если бы эта резолюция была выполнена? Это резолюция в пользу террористов. Это резолюция, которая чисто теоретически означает, что Иерусалим, который сейчас мирный город, превратился бы в одну большую Газу, в одну большую набережную в Ницце. И вопрос: «А вот те сотни тысяч евреев, которые там проживают, что с ними бы случилось?» Вопрос: «Они должны уехать сами?» Ну, это беспрецедентно. Представьте себе, что принимается резолюция, которая требует, скажем, всех мусульманских граждан пригорода Брюсселя Моленбек уехать из Моленбека. Если они не уедут, их что, убьют? Мы же понимаем, что их убьют. А нам говорят авторы этой резолюции и те, которые за нее голосовали: «А это не наше дело».
То есть, на мой взгляд, это абсолютно беспрецедентная ситуация с точки зрения здравого смысла. Вдумайтесь, ровно в тот самый момент, когда исламисты убивают российского посла в Турции, когда в Германии они давят грузовиком очередную площадь с людьми, в этот момент ООН под режиссурой Обамы принимает резолюцию, которая говорит, по существу, что это очень правильно, это нам очень нравится, что вот те самые люди, которые убивают послов и давят грузовиками, должны быть главные в Иерусалиме, потому что мы понимаем, что те люди, которые руководят Хамасом, те люди, которые руководят Сектором Газой, те же самые люди будут руководить на, как выражается резолюция, деоккупированных территориях. Они должны там резать евреев, и это правильно. И всё это делается только для того, чтобы насолить Бибе Нетаньяху.
Кстати, заметьте, что арабы, которые живут на этих оккупированных в кавычках территориях, они живут значительно лучше, чем в каком-либо месте Сектора Газы. Их там не убивают, у них там огромные субсидии. И вот это прекрасная история про современных левых, которые совершенно искренне говорят, что «Вы, проклятые израильтяне, нарушаете международное право тем, что у вас в Восточном Иерусалиме люди живут по-человечески, а не в дерьме, а не в крови. Мы ничего не знаем, что будет, если вы уйдете из Восточного Иерусалима, но мы такие добрые, мы такие хорошие, что мы не хотим знать, что будет. Мы просто требуем, чтобы, вот, вы эту свою кровавую оккупацию прекратили».
Собственно, вот, история с российскими санкциями – она очень похожа на историю с резолюцией против Израиля. В каком смысле? Не в смысле причин, потому что у США на этот раз были очень серьезные причины быть недовольными, а в смысле глупости реакции. Потому что, что было с российской стороны? Была, действительно, на лицо попытка вмешательства в выборы в США в виде хакеров Fancy Bear и Cozy Bear, которое, собственно, состоялось только потому, что в течение 8-ми лет при президенте Обаме Кремль пользовался полной безнаказанностью. Всё сходило нам с рук.
Кремль смотрел, как было замято расследование убийства американского посла в Бенгази, как Обама объявил, что если президент Асад перейдет красную линию и применит химическое оружие, то на это последует решительный американский ответ. Президент Асад перешел красную линию, применил химическое оружие, и никакого решительного американского ответа не последовало.
Ю.Латынина: Самое страшное, что сделал Обама, это голосование в ООН по Израилю, которое состоялось на прошлой неделе
Собственно, всё это создавало в Кремле совершенно правильное ощущение, так же как и в других странах мира, так же как и на Ближнем Востоке, так же как и в какой-нибудь Кубе, ощущение потенции американской администрации. По счастью для нынешней американской администрации, импотенция Кремля, на самом деле, еще выше, чем импотенция Обамы, и, в общем-то, способности Кремля вмешиваться в международную политику – они, мягко говоря, сильно преувеличены. Мы видим на примере переворота в Черногории, что даже в Черногории, в банановой Черногории мы не можем ничего толком устроить. Мы довольно многое можем испортить, да? Мы, скажем, можем испортить жизнь Украине в Донбассе. Но, с другой стороны, да, мы даже не можем забрать тот же самый Донбасс.
В общем, куда нам со свиным рылом вмешиваться в выборы в США? И, конечно, то, что устроили наши хакеры, когда они вскрыли серверы Демпартии (я об этом уже говорила) и опубликовали материалы, которые не свидетельствовали ни о чем, кроме как о желании России вмешаться в выборы в США, это было очень смешно прежде всего потому, что это работало исключительно на Демократическую партию, которая была объектом атаки. И это не привело к публикации сколько-нибудь серьезного компромата, потому что никакого серьезного компромата на этих серверах просто не было. И это всё было в точности как Уотергейт, а со времени Уотергейта любой американский политик прекрасно знает, что Уотергейт бьет только по той стороне, которая является его бенефициаром. Единственный, по кому мог ударить весь этот скандал, этот скандал мог ударить только по Дональду Трампу. Более того, если вы заметите, этот скандал с серверами Демпартии – он перекрывал реальный скандал, к которому Россия не имела никакого отношения, а именно скандал с использованием Клинтон личной электронной почты. То есть во всех случаях этот скандал был очень невыгоден, на самом деле, стратегически Трампу.
Зато он был выгоден Демократической партии, которая говорила «Вот, Россия играет на стороне Трампа».
Несмотря на это, Трамп выиграл выборы, хотя, мы, конечно, сделали всё, чтобы он не выиграл. Тут-то у Барака Обамы и Хиллари прихватило. Они начали разбирать, оживлять эту совершенно безнадежную тему о том, что Путин виноват в том, что Хиллари проиграла и мы страшно отомстим, и мстя наша будет ужасной. И это было само по себе очень неприлично, когда президент великой державы произносил слова, которые скорее ожидаешь от водителя автобуса Николаса Мадуро.
Мы привыкли, что неадекватную реакцию, как правило, демонстрирует именно Россия. Условно говоря, есть список Магнитского, который есть серьезный шаг, и есть закон подлецов, принятый в ответ на список Магнитского. В данном случае роли поменялись с точностью до наоборот, потому что мы видим абсолютно неадекватное поведение Обамы и блестящее, адекватное поведение Путина, который сказал «Ну, вы знаете, на такие санкции я просто не буду отвечать».
Потому что если держава наносит удар в ответ на вмешательство, попытку вмешательства в собственные выборы, то этот удар должен быть серьезным. И на самом деле, единственное, что может быть серьезным, это: «Вы пытались вытащить наши грязные тайны – мы расскажем о ваших грязных тайнах. Мы расскажем о ваших тайных счетах, мы арестуем эти тайные счета». Когда вместо этого запрещается какое-то использование резиденций, которые использовались во время «Холодной войны», когда высылают 35 дипломатов, отчего Кремлю не жарко, не холодно, когда вводят почему-то санкции против ГРУ… А это как перевести? Что? Контактов с ГРУ не будет? Будет. Да?
То есть эти все санкции – это, вот, как красная черта против президента Асада. Это: «Я мстю, и мстя моя будет ужасной». И абсолютная неадекватность поведения Обамы в данном случае, действительно, резко и приятно контрастирует впервые за много лет на моей жизни с абсолютно адекватным поведением Кремля в ответ на эти псевдосанкции. Всегда бы так.
Перерыв на новости.
НОВОСТИ
Ю.Латынина Еще одна история, о которой я хотела поговорить на прошлой неделе (она у меня не влезла), это приговор Варваре Карауловой, который, собственно, и был вынесен на прошлой неделе, 4,5 года.
Я для начала, поскольку кейс этот не такой простой, хотела сравнить кейс Варвары Карауловой с другим кейсом, американца Пейтона Пруитта, которого как раз на днях недавно американцы оправдали в Алабаме, но с условием тем, что он будет соблюдать 14 довольно сложных условий.
Ю.Латынина: Если в самолете Ту-154 был теракт, то это крах сирийской политики, потому что она держится на показухе
Кто такой Пейтон Пруитт? Это был такой мальчик аутист. Хорошо ему было за 20, но у него был очень невеликий коэффициент интеллекта и, видимо, нарушение тонкой моторики. У него всегда были какие-то фантазии, что он… То он от имени русского шпиона страничку заводил в интернете, то он скачивал там программы обрушения сайтов. При этом он не был способен к самостоятельному существованию, и когда отец его отправил в коррекционную школу, то персонал школы вдруг заметил, что он стал там интересоваться ИГИЛом, смотреть видео убийства американских солдат. С ужасом персонал доложил об этом в ФБР. Те посмотрели содержимое его компьютера, несколько пришли в ужас, потому что оказалось, что парень присягнул на верность ИГИЛу, принял ислам, прочел Шахаду.
Когда его арестовали, он ни от чего этого не отпирался, он объяснил, что да, теперь он Усама Энтони, что гомосексуалистов надо убивать. Что да, вот он присягнул на верность лидеру ИГИЛа. Он даже повторил эту фразу, как он присягал на верность, и это была самая длинная фраза, которую он вообще способен был повторить.
Он объяснил, что каждый американский солдат, который пойдет в Сирию, вернется домой в мешке – ему отрубят голову. И бедный папа, который всё это услышал и когда понял, что его сына забирают в кутузку, а сын, как я уже сказала, не способен самостоятельно завязать шнурки… И, в общем-то, шериф очень с сочувствием относился к папе (они приятели).
Но проблема заключалась в том, что кейс был вовсе не тривиален, потому что, с одной стороны, на лицо был человек, который не отдает отчет себе в своих действиях, с достаточно низким коэффициентом интеллекта. Но это, собственно, делало его не менее, а более опасным, потому что он обладал достаточными интеллектуальными способностями, чтобы часами сидеть в интернете, чтобы найти и присоединиться онлайн к ИГИЛу, чтобы присягнуть к его лидерам, чтобы хорошо помнить, что гомосексуалисты должны быть убиты. Что американских солдат надо убивать, и они должны вернуться домой в мешках.
Он, в общем, обладал достаточным коэффициентом интеллекта, чтобы предлагать своим сетевым собеседникам взрывать полицейские участки, торговые моллы, банки, футбольные стадионы во время матча. При этом он обладал недостаточным коэффициентом интеллекта, чтобы, например, сообразить, что повторение всех этих замечательных фраз в беседе с агентами ФБР не способствует нахождению на свободе.
Да, понятно, что у него нарушение тонкой моторики, что он не способен завязать шнурки, что поэтому, конечно, он не может собрать бомбу. Но никто не может сказать, что он с этой бомбой не может взорваться. Собственно, это готовый смертник, наоборот, и представим себе, что Пейтон Пруитт, действительно, взорвался бы где-нибудь в торговом центре. И чего бы потом объясняла ФБР? Что он был аутист, который не понимал последствий своих действий? Родственники жертв бы резонно спросили: «Ну и что?»
И, собственно, кейс Пейтона Пруитта стал знаменитым после того, как журнал «Rolling Stone» опубликовал очень сопливую статью, выдержанную в лучших демшизоидных традициях, о том, что кровавое ФБР не нашло ничего лучшего, как арестовать аутиста.
И как я уже сказала, рассмотрев все обстоятельства, суд нашел возможность освободить Пейтона Пруитта. Хотя, при этом он посадил его фактически под домашний арест, запретил использовать компьютер и так далее, и так далее.
И, вот, я хочу сравнить эту историю с похожей и одновременно непохожей историей Варвары Карауловой, которая в отличие от Пейтона Пруитта, конечно, не страдает недостатком интеллекта. Наоборот, она знает 5 языков, она высокоинтеллектуальная девочка. Но она тоже девочка, сильно не приспособленная к жизни, которая, собственно, в 2013 году на форуме болельщиков ЦСКА познакомилась с мальчиком, который назывался Влад. Полностью домашний подросток, для которой это было, собственно, ее первое знакомство, первый онлайн-роман и вообще первый роман в жизни. И поскольку, значит, мальчик Влад, на самом деле, был не мальчик Влад, а звали его Айрат Саматов и он был из Татарстана, и он к этому времени уже собирался уезжать в ИГИЛ воевать, и, собственно таки, уехал, то, значит, как-то, вот, от ЦСКА это плавно перешло на философию, на ислам. К концу 2014 года ее подвели к тому, что ислам – это правильно. Она пришла в мечеть. Ей сказали: «Девочка, иди отсюда», за что моя глубокая благодарность тому имаму, который это сделал.
Ну, она поэтому пошла и приняла ислам домашним способом, совершила омовение в душе, произнесла Шахаду. После чего начался в ее жизни адовый период. Она подсела на это сетевое общение (видимо, примерно как Пейтон Пруитт). Она просто сидела в телефоне или в этих чатах сутками. Так же, как некоторые другие участники подобных компьютерных посиделок сидят сутками в группах смерти.
При этом дома она носила обычную одежду. Когда она приходила в университет, она в туалете переодевалась в хиджаб. Потом Влад уехал в ИГИЛ, у нее началась ломка – она без этого не могла существовать. Она в этот момент на занятия по самбо приходила в хиджабе. И она начала общаться в других группах, где ей стали капать на мозги, что у тебя должен быть хороший муж, мусульманин, надо жить в халифате, а не в государстве неверных.
Ее познакомили с другим человеком, который тоже воевал. Она заключила с ним брак по Skype’у. Не знаю, что в Коране сказано насчет брака по Skype’у, но она с ним заключила. Ей прислали билет. Это был первый эпизод, когда она чуть не уехала в ИГИЛ, потому что в этот момент прорезался Влад, и девочка на некоторое время прекратила общение со своим вторым мужем, потому что прорезался опять Влад.
Ю.Латынина: Караулову арестовали после того, как следящим за перепиской, стало ясно, что она не представляет опасности
Потом Влад опять пропадает. Она снова получает билет, она снова выходит замуж по Skype’у, насколько я понимаю, уже третий раз. И в один прекрасный момент мама получает смску: «Погуляйте с собакой. Простите». Варвара в этот момент уже в Стамбуле, она берет такси, она едет в торговый центр, где ее встречают два мужика, которые везут ее на переправочную квартиру. И, собственно, то, что она попадает, это вот такая подземная железная дорога, где находится несколько десятков человек (где-то около 20-ти), которые все из России. То есть Варвара необыкновенна там только тем, что она там приехала не из мусульманского региона и она, вот, действительно, вот таким странным способом туда попала.
К этому моменту, судя по всему, она уже понимает, что с ней происходит что-то не то. Она глядит на этих людей. Видимо, они отличаются от ее представления о прекрасной жизни. И по чистой случайности, хотя в этот момент в России идет грандиозный скандал, ее бедный папа, который только сейчас понял, что происходит, обращается к фсбшникам. По чистой случайности ее ловят турецкие пограничники (всю эту группу). Кстати, что происходит с другими, не совсем понятно.
Ее возвращают в Москву. Ее везут на дачу к знакомому отца, ее встречают фсбшники. К знакомому отца, просто чтобы спасти от внимания прессы. В этот момент нет никаких наручников, никаких разговоров о том, что ее посадят. У нее свободное общение с фсбшниками. Никто ей не говорит, что к ней могут быть какие-то претензии. Рассказывают про вербовщиков-злодеев, про то, что ты должна нам помочь.
Она в присутствии фсбшников выходит с этим Айратом Саматовым на связь. После чего, видимо, фсбшники продолжают эти разговоры от ее имени. Родители кладут ее в больницу, что, видимо, действительно, связано с ее психическим состоянием. А, вот, начиная с конца июля-августа, она снова начинает переписываться с Айратом Саматовым.
Вот, самый главный для меня вопрос во всей этой истории звучал так. Так, фсбшники знали, что она снова переписывается с Саматовым или не знали? Точнее, это делалось с их ведома или не с их ведома?
И насколько я понимаю, есть очень странный ответ на этот вопрос. Первый ответ заключается в том, что они не контролировали часть этой переписки в том смысле, что она сама не поставила их в известность. Она продолжала переписываться с этим Саматовым. Это была, конечно, очень большая ее, больная зависимость. И это очень плохой знак, потому что, ну, казалось бы, один раз уже сходила. А теперь она второй раз.
Но самое главное другое – что в какой-то момент она сама перестала это делать. Она отдала маме компьютер, она отдала маме телефон и сказала: «Всё, я больше не могу. Я больна, со мной что-то происходит. Забери это от меня». И вот после этого-то ее и арестовали.
То есть что это значит? Это значит, что Варвару Караулову арестовали после того, как людям, которые следили в этот момент внимательно за ее перепиской, стало ясно, что она не представляет опасности. Всё! Она сама от этого отказалась. Она закрыла эту (НЕРАЗБОРЧИВО) на замок.
Почему ее арестовали? Ну, два варианта. Один вариант заключается в том, что, видимо, не поймали никого из вербовщиков. А сажать-то кого-то надо. А палочку-то надо рубить.
А второе, самый главный вопрос, который… Помните, я говорила про вот эту вот подземную железную дорогу, в которой было почти 20 человек? Я должна сказать, что я не верю, что такая подземная железная дорога может функционировать без ведома ФСБ. В данном случае я считаю, что ФСБ совершенно права в том смысле, что лучшее, что мы можем сделать с людьми, которые симпатизируют ИГИЛ, это предоставить им безнаказанную возможность выехать сражаться на стороне ИГИЛ. Сложить все яйца, все тухлые яйца в одну корзину, а потом эту корзину уронить.
В этом смысле до того, как мы ввязались в войну с Сирией, наш подход в отношении того, что происходит с ИГИЛом, на мой взгляд, был самый здравый, значительно более здравый, чем подход европейских стран, которые сначала пытались своим гражданам попытаться мешать уехать в ИГИЛ, а потом, когда они возвращались, начинали там курсы реабилитации: «Бедный мальчик. Он там съездил в ИГИЛ, он там поотрубал головы. Он нуждается в психической помощи».
Ю.Латынина: Главный итог года– это продолжающееся выпадение РФ из мировой цивилизации. Это построение в РФ антиутопии
Но факт заключается в том, что, на мой взгляд, вот эта вот вторая группа, в которую попала Варвара Караулова, она не могла действовать, на мой взгляд, без ведома ФСБ. И таким образом действия вот этих людей, которые ее заволакивали уже второй раз, они неприятно граничат с провокацией. И поскольку очевидно, что членов этой группы они не установили, вернее не хотели или не могли установить, то надо было посадить кого-то. Посадили, чтобы срубить палку, Варвару Караулову.
И вот, собственно, здесь сильное отличие от той истории, о которой я говорила вначале, истории Пейтона Пруитта. Потому что и история Пейтона Пруитта, и история Варвары Карауловой непростые. Они не исчерпываются тем, что, вот, кровавые режимы ни за что, ни про что посадили людей, которые ничего не совершили. И Пейтон Пруитт, и Варвара Караулова, бесспорно, находились в группе риска. Но разница заключается в том, что американское ФБР посмотрело внимательно на реальную ситуацию и поняло, что без компьютера Пейтон Пруитт не представляет собой опасность. В данном, в российском случае люди, которые прекрасно поняли, что Караулова уже не представляет собой опасности, вместо того, чтобы закрыть это дело, наоборот, решили срубить палку, что является совершенно катастрофичным и с точки зрения просто порядочности и здравого смысла, потому что не дай вам бог иметь дело с такими фсбшниками, которые, заведомо понимая, что уже всё кончилось, хотят срубить палку.
А второе, является совершенно катастрофическим для того, чтобы предотвратить в дальнейшем таких «варвар карауловых», потому что сейчас любой отец и мать, у которого в семье случится такая беда, они после того, что случилось с Павлом Карауловым и с его дочерью, будут точно знать, что Павел Караулов выполнил все условия, что он побежал к фсбшникам. Более того, сначала побежал к знакомым фсбшникам. И что в результате его действия привели дочь в тюрьму. Причем, она получила 4,5 года, ничего не сделав, а свидетель, который был там на процессе и который представлял собой совершенно реального иностранца, который приехал в Россию с заданием взрывать и случайно попался на границе, он получил 4 года. То есть меньше, чем Варвара Караулова.
Юлия Латынина, «Код доступа». Было бы странно, если бы я 31-го декабря не поговорила об итогах года. Хотя, я думаю, что рассказ об итогах года я перенесу в том числе и на следующую неделю, когда (я, по крайней мере, надеюсь) событий будет мало. Но, к сожалению, мне нечем обрадовать своих слушателей. Да, думаю, что они и сами это знают, потому что, на мой взгляд, главный итог года для России – это продолжающееся выпадение России из мировой цивилизации. Это, если угодно, построение в России антиутопии.
Вот, у Оруэлла в «1984» было рассказано о том, что будет 3 гигантских державы антиутопических, между которыми будет подразделен мир. И, вот, мы видим, что этого не случилось, потому что каковы бы ни были недостатки современного западного мира, есть технический прогресс, который только и спасает человечество.
Но, вот, после того, как пал СССР, выяснилось, что огромное количество стран продолжают существовать в Средневековье. И что антиутопии продолжают существовать. Просто это совсем другие антиутопии, не такие, как у Оруэлла. Это не глобальные антиутопии, которые поделили между собой мир.
Наоборот, это всякие такие маленькие страны, маленькие в экономическом и техническом смысле, которые существуют по разным тараканьим углам и которые никому не мешают кроме, естественно, своих жителей. И, собственно, мешают они своим жителям именно потому, что чем больше отставание такой страны от мира, тем больше контроль властей такой страны над умами этих жителей.
Вот эти вот карманные антиутопии – они устроены совсем по-другому, чем оруэлловская. Советский Союз, как бы он ни был тоталитарен, он, все-таки, пытался догнать и перегнать США. Эти антиутопии не пытаются никого ни догнать, на самом деле, потому что им некого иначе будет ненавидеть, некому завидовать, а, главное, негде будет покупать виллы и Мерседесы. Эти антиутопии экспортируют нефть и импортируют всё остальное.
Если СССР говорил, что мы великие и мы всех перегоним, то эти антиутопии вне зависимости от того, существуют они в Венесуэле или на Ближнем Востоке, или в Африке, они говорят: «Да, мы в заднице и мы несчастные, мы бедные. Но это потому, что мы духовные. И мы несчастные, потому что этот проклятый Запад нас ненавидит».
Таким образом то, что говорил Советский Союз, противоречило наблюдаемой действительности. То есть можно было легко заметить, что Советский Союз не опережает США, в частности в техническом развитии. А, вот, то, что говорят эти замечательные страны «Мы бедные, но зато мы духовные», оно, строго говоря, не противоречит наблюдаемой реальности. Это так же комфортно, как… Жителям этих стран оказывается так же комфортно, как комфортно пьющему человеку, который сидит посреди вселенского срача, у которого развалился дом, у которого в углу валяются пустые бутылки, у которого кошка орет некормленая, ребенок бегает паршивый, и, вот, он пьет очередную бутылку и говорит: «Они меня не любят!»
И согласитесь, когда люди говорят, что они кого-то не любят, это нормально – можно кого-то не любить. А, вот, если, скажем, в классе бегает мальчик, который говорит, что все его не любят, ну, значит, у него большая проблема, у этого мальчика, а не у людей в классе, которые его не любят.
Вот, собственно, большая проблема России заключается в том, что как-то очень много народу окружающего ее не любит. Польша не любит, Украина не любит, Чехия не любит, страны Балтии не любят, Грузия не любит. А кто ж нас любит-то? Президент Асад?
Вот, одна из самых страшных черт того, что происходит с Россией, это экономическая, социальная и культурная деградация. Что такое экономическая деградация? Это когда страна технически становится не способна не то, что производить сложные высокотехнологические вещи, а газ добыть без заграничного оборудования. Она даже не всегда способна эксплуатировать закупленное, если это, разумеется, не iPhone.
Такая техническая деградация является естественным следствием того факта, что главное, на чем в стране делается прибыль, это на близости к власти. Причем, границ здесь нет никаких. Это касается не только футбольных стадионов, это касается не только откатов при строительстве дорог. Это, вот, например, Сталик Ханкишиев опубликовал некоторое время назад совершенно страшную историю про то, как препарат против рака после смены главного онколога Москвы подорожал в 11 (прописью «в одиннадцать») раз. Ну, хорошо, в 2 раза он подорожал, да? Но в 11 раз! Представляете просто сколько людей люди, которые закупали этот препарат, физически убили?
И, вот, второе кроме экономической деградации – это социальная деградация. Это действие того, что я бы назвала «гигантским демультипликатором». Это эмиграция. Эмиграция в России сокращалась до 2010 года, когда около 40 тысяч человек покинули страну. И после протестов количество эмигрантов начало расти. В 2014 году страну покинули 300 тысяч человек, в 2015-м – 350 тысяч человек.
И понятно, что значит «покинули»? Огромное количество людей не просто уезжает из страны. Оно ж не бросает паспорта, оно просто переводит за границу деньги и семьи, и также их тратит. При этом, естественно, уезжают лучшие. При этом, естественно, те люди, которые даже не до конца уехали, они начинают зарабатывать деньги в России, а тратить деньги в Европе.
Нарастает в результате катастрофически (НЕРАЗБОРЧИВО) коэффициент, катастрофическая разница между бедными и богатыми. Вот, знаете, социальная деградация… Я много раз удивлялась, когда приходила в средневековый замок и понимала, что человек, живущий в средневековом замке, жил хуже нашего современника, хотя, имел гораздо больше власти, потому что некоторые вещи можно иметь только всем или никому. Вот, нельзя жить в Средневековье, иметь власть, но иметь при этом возможность доступа к телефону. Вот, телефон – не важно, обычный или сотовый – это то, что имеют либо все, либо никто.
И вот то же сейчас происходит в России. Потому что есть некоторые вещи, которые общество представляет людям только целиком. Вот, ты не можешь в России жить, если ты богатый человек, и ребенка твоего в школу приходится возить с охранником. А на Запад ты переехал, и оказывается, что ты способен это сделать без охранника. Не потому, что охранник там очень дорогой, а потому что там ты можешь обеспечить ребенку, само собой, то, что здесь нельзя обеспечить ни за какие деньги. Это касается и нормальных дорог, и медицинской помощи, и безопасности. Это касается городской среды с одним только (НЕРАЗБОРЧИВО), что, действительно, Собянин – один из немногих людей в России, которые начинают эту городскую среду москвичам обеспечивать. Другой вопрос – за какие деньги? Но обеспечивает.
И одна из важных особенностей, конечно, заключается в том, что когда у государства начинают отказывать системы саморегуляции, тут самоускоряющий процесс. К примеру, есть российские лекарства, которых лучше не покупать. Даже не потому, что они поддельные, а потому что ты не знаешь, как их хранили. И понятно, что каждый человек, который ездит за границу, начинает там покупать лекарства, потому что это безопасно. И понятно, что тем самым ненадежность российских лекарств еще увеличивается. И есть медицинские услуги, и каждый понимает, что лучше лечиться за границей. Не потому, что нет в России хороших врачей (они есть), но потому что здесь это лотерея, а за границей – конвейер.
Ну, понятно, что чем больше люди лечатся в Израиле и Германии, понятно, что дело тем хуже обстоит здесь.
Вот это такое схлопывание горизонта событий, на которое накладывается интеллектуальная деградация. Не просто невежество, а воинствующее невежество, когда на пост детского омбудсмена назначают сторонницу телегонии, а министром культуры является Мединский с его диссертацией.
Проблема заключается в том, что еще в XX веке такие карманные антиутопии – они не выживали. Они или распадались, или их завоевывали.
В современном мире, благодаря отсутствию войн и слабости западных демократий, такие режимы могут существовать бесконечно долго. Насколько долго, мы не знаем, потому что это, в общем-то, новый этап человеческой эволюции. Но, видимо, нашему поколению и предстоит это увидеть.
Всего лучшего, до встречи через неделю.

Комментариев нет:

Отправить комментарий