четверг, 26 марта 2015 г.

ГОЛЛИВУД. БИЗНЕС НЕ СОВМЕСТИМ С МОРАЛЬЮ


Владимир Ильич Ленин был далеко не единственным мировым лидером, считавшим, что «важнейшим из искусств для нас является кино». Адольф Гитлер тоже был поклонником киноискусства. В компании своих домочадцев он особенно любил смотреть голливудское кино. Каждый вечер фюрер, утомив слушателей своими многочасовыми монологами, приглашал гостей в личный кинозал. Свет гас, и Гитлер умолкал, вероятно, в первый раз за день. Он от души смеялся над своим любимым комическим дуэтом Лорела и Харди, над проделками Микки Мауса, а Грета Гарбо в картине «Дама с камелиями» (1936) вызывала искренние слезы фюрера. С другой стороны, «Тарзана» вождь третьего рейха считал глупым, а Чарли Чаплина за пародию на себя в «Великом диктаторе» ненавидел.
 
Голливуд отвечал Гитлеру взаимностью, считает американский исследователь Бен Урванд, автор книги «Коллаборационизм. Голливудский пакт с Гитлером» (The Collaboration: Hollywood’s Pact with Hitler). 
 
Еще в 1930 году нацисты добились от властей Германии прекращения проката фильма студии Universal «На Западном фронте без перемен» по роману Ремарка, посвященного событиям Первой мировой войны. Основанием послужило «неуважение к германской армии». Гитлер считал этот фильм «пропагандой пораженчества, осуществляемой международным еврейством». 
 
Президент Universal Карл Леммле, еврейский эмигрант из Германии, пошел на уступки и распорядился внести в фильм исправления. Так было положено начало сотрудничеству Голливуда с третьим рейхом, отмечает на страницах издания The Daily Beast Кристофер Брэй, автор рецензии на книгу Урванда. 
 
Чтобы не потерять для себя крупнейший в Европе германский рынок, воротилы голливудской индустрии должны были вести себя крайне осмотрительно, поскольку нацистские бонзы готовы были запретить все, что не вписывалось в их человеконенавистническую идеологию. Так была запрещена картина Джозефа фон Штернберга «Белокурая Венера» (1932) с Марлен Дитрих в главной роли. Основанием послужило то, что героиней фильма была довольная собой и не стремящаяся вступить в брак мать-одиночка. 
 
От внесения корректив в готовые фильмы голливудские боссы перешли к предварительному обсуждению сценариев с нацистами. В результате не был снят фильм по антифашистскому роману нобелевского лауреата Синклера Льюиса «Здесь это невозможно» (It Can’t Happen Here). Основанием послужило то, что на прокат американской продукции в Германии может быть наложен запрет. Голливудские воротилы считали немецкий рынок слишком важным, чтобы терять его из-за таких, по их мнению, мелочей, как идеологические нюансы. Так начался роман между фабрикой грез и фашистской Германией.
 
Конечно, США не подписывали Версальский договор и не обещали препятствовать возрождению германского милитаризма. Многие крупнейшие американские компании (I.B.M., General Motors, DuPont и другие) сотрудничали с немцами в 20-30-е годы и помогали им восстанавливать военную промышленность, за уничтожение которой через несколько лет пришлось отдавать жизни американским солдатам. Голливуд тоже внес скромную лепту в восстановление военной мощи третьего рейха. Крупнейшая киностудия планеты в тридцатые годы, MGM, утверждает Бен Урванд, ссылаясь на найденные им в архивах документы, покупала специальные немецкие облигации, деньги от которых шли на переоборудование военных фабрик и заводов в Судетах.
 
В тридцатые годы Голливудом руководили в основном евреи. Почему же они не боролись с нацизмом? Во-первых, потому, что для бизнесмена главное прибыль, а не идеология. Во-вторых, в первые годы после прихода Гитлера к власти нацистский режим ограничивался преследованиями неугодных и еврейскими погромами, а о том, что через несколько лет он развяжет самую кровавую войну в истории, никто не мог и помыслить. 
 
MGM, Paramount и 20th-Century Fox сотрудничали с Третьим рейхом до лета 1940 года, когда возможность вступления США в войну стала вполне реальной. Но даже после того, как США вступили в войну и в Голливуде начали снимать антифашистские фильмы, кинобоссы по возможности старались как можно реже упоминать в них евреев.
 
Кристофер Брэй считает, что слово «коллаборационизм» не очень подходит для характеристики взаимоотношений Голливуда и третьего рейха. Этим термином обычно характеризуют политику марионеточных пронацистских режимов, как, например, правительство Виши во Франции или Видкуна Квислинга в Норвегии. Назвать голливудского магната коллаборационистом — значит заявить, что он сознательно и целенаправленно, из трусости или жадности, работал под руководством нацистских бонз. Скорее, считает Кристофер Брэй, можно говорить об определенных уступках, вызванных нежеланием упустить прибыль. Аналогичным образом сегодня голливудская индустрия стремится не допускать выпадов против Китая. Например, в недавнем фильме Red Dawn (в российском прокате «Неуловимые») китайское вторжение в первоначальной версии сценария было заменено на северокорейское. В ленте «Железный человек-3» главный злодей по имени Мандарин показан как человек с обычной европейской внешностью, хотя в литературном первоисточнике (комиксе) он — китаец. 
 
Можно ли на этом основании утверждать, что Голливуд стал коллаборационистом авторитарного китайского режима? Кристофер Брэй так не считает. Речь идет всего лишь об уступках. «Если вы хотите, чтобы ваш фильм был показан в крупнейшей по численности населения стране, вы не должны оскорблять патриотические чувства ее граждан, — убежден он. — Бизнес вообще не очень совместим с моралью, а голливудское кино в первую очередь является важной отраслью экономики, а не чистым искусством». В своей книге Бен Урванд приводит множество увлекательных фактов, но может разрушить сложившийся у кого-то в голове миф об идеальной фабрике грез.

Комментариев нет:

Отправить комментарий