четверг, 27 марта 2014 г.

РОССИИ ПРИКАЗАНО ВЕСЕЛИТЬСЯ



Пошел на повышение главный жидобой России - А. Проханов. Но место "патриота", для равновесия, не должно пустовать. И место это занял некий Фефелов. Проханов вещал о будущем России. Этот же  юноша, похоже, уже говорит о дне сегодняшнем: России приказано веселиться, быть сильной и здоровой. И никакого негатива. Как тут не вспомнить:
 И жизнь хороша,
И жить хорошо.
А в нашей буче,
Боевой, кипучей.
И того лучше.
 А потом пуля в сердце.
 Но слышать Фефелова нужно, как необходимо самой стране смотреть на свой,  сегодняшний образ в зеркале и не отводить взгляд.

Э.ГЕВОРКЯН: Добрый день. Это прямой эфир на радио «Эхо Москвы», телекомпании RTVi, программа «Особое мнение». Меня зовут Эвелина Геворкян, и сегодня у нас в гостях Андрей Фефелов, главный редактор интернет-телеканала «День». Здравствуйте.

А.ФЕФЕЛОВ: Добрый день.

Э.ГЕВОРКЯН: Начнем с новостей. Сегодня власти Москвы заявили о том, что планируют вернуть ВВЦ его историческое название ВДНХ. Вчера вернулось такое историческое понятие как нормы ГТО, Готов к труду и обороне. А как вы оцениваете такое вот ежедневное теперь уже возвращение символов, в основном, из советской эпохи?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, это ретро, это связано с какими-то такими глубинными процессами, которые идут в обществе. И, действительно, вот эти драгоценности, которые мы подбираем с дороги, выброшенные когда-то в овраг, они теперь подбираются, оттираются и они снова начинают блистать заново, поскольку это очень мощные, работающие реальные названия, символы. Они действуют на подкорке, они создают совершенно другой климат в обществе. Это работа с подсознанием, по сути дела.

Э.ГЕВОРКЯН: Какой климат в обществе?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, мобилизации, здоровья, красоты, силы, солнца. Это солнечные символы. «Готов к труду и обороне» - это же не готов, допустим, к безделью и пьянству. Это что-то совершенно другое. Это та самая сталинская солнечная культура, которая поднимала общество, которая создавала абсолютно иную атмосферу, вместо декадентства, упадничества, бесконечного нытья, вот этого недовольства, негатива, бесконечного криминала, который идет у нас там (зарезали пятерых, посмотрите). Это всё на телевидении сейчас.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, там просто расстреляли миллион и вообще нормально.

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, давайте говорить о миллиардах. Понимаете, существует статистика. Она суровая, она серьезная, но никаких миллионов не было. Была мобилизационная программа, особенно всё, что связано было с Великой Отечественной войной, с войной с бандеровцами, с полицаями. Это, действительно, серьезный сегмент вот этих самых политических репрессий, на которых до сих пор ездит туда-сюда наш либеральный класс. Проходят годы, столетия, но этот ГУЛАГ не исчезает. «Ах, Гулаг, ты мое отечество», они поют.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, понятно, что я сейчас уточню, потому что я представляю, что кто-то, безусловно, ностальгирует по своей молодости, по советским временам, по этому солнцу, как вы сказали, которое тогда ярко светило. Есть и люди, которые видят опасения в том, что сейчас, возвращая какие-то символы советской эпохи, идет и давление на инакомыслящих, и восстанавливаются какие-то другие институты, характерные тем временам. Вы это ощущаете? Не чувствуете в этом опасность?

А.ФЕФЕЛОВ: Кто-то чувствует опасения, а кто-то надежду чувствует в связи с этим. И самое интересное, что опасения испытывает небольшое число людей, а надежды – большое число людей, поскольку наша демократия российская, которая возникла в 1991 году, она была ориентирована на меньшинство. А большинство было в загоне, большинство было придавлено. А сейчас ситуация меняется. И отдаются предпочтения вкусам и настроениям, и интересам, в том числе экономическим интересам, я надеюсь (в ближайшее время это станет ясно) большинства. И вот, собственно, с этим, мне кажется, связан такой вот ренессанс такого сталинизма своего рода.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вот, если перейти к частностям, вот, например, спектакли Театра на Таганке стали предметом осуждения в Совете Федерации. Это новость сегодняшнего дня. Там сенатор Олег Пантелеев посчитал, что театр пропагандирует аморальность. Там пропагандируется насилие, гомосексуализм, педофилия и суицид. Он привел документальный фильм «Майдан» в пример, который там транслировался. И вот сейчас считает, что в спектакле, в пьесе Михаила Гринькова «Сны о войне» он опасается, что всё сводится к вопросу, а надо ли защищать свою родину. Вообще это страшно задавать такие вопросы? Можно ли их в художественной форме задавать, вообще рассуждать на такие темы?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, Дума заинтересовалась искусством, наконец, слава богу. Слава богу, в фокусе общественного внимания Театр на Таганке, про который уже многие забыли, что это такое, поскольку кончились времена этих колоссальных очередей, интереса, толкания за билетами ночного. Это всё кончилось навеки. Наконец-то депутат вспомнил про Театр на Таганке, честь ему и хвала.

Что касается общего настроя и направления, то здесь мне это всё абсолютно ясно, я его поддерживаю, потому что вот эта декадентская атмосфера, атмосфера упадка, этих лунных таких созданий, которые всё время ставят всё под вопрос и, действительно, эти перверсии бесконечные, извращения классики, которые там... «Три сестры» - это лесбиянки у нас, оказывается. Всё это в нашем театре процветает и процветало таким страшным цветом. Господа, не за государственные деньги занимайтесь этим на ваших таких подпольных маленьких площадках, сценах и кому-то это будет интересно. Но, вот, на общество транслировать эту мерзость не надо, общество нуждается в другом – в солнце, в красоте, в здоровье, в веселье и в радости.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну так это ж мало, что ли, у нас сегодня?

А.ФЕФЕЛОВ: Мало.

Э.ГЕВОРКЯН: Мало. Ну и таким образом, резюмируя, посредством искусства острые, в том числе политические вопросы, или исторические щекотливые вопросы поднимать не стоит?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, они должны решаться без этой гадости, без этой мерзости. Если они решаются путем каких-то аморальных перформансов кошмарных, то, конечно, надо это прекращать. Повторяю, это не для глаз зрителей московских. Потому что московский зритель – это великий зритель, это зритель, который еще подсознанием помнит МХАТ, еще и бабушки и дедушки этого зрителя ходили в МХАТ Станиславского. И тут им подсовывают какую-то дребедень, какую-то гадость, какую-то слизь. Не надо.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, они сами, наверное, как-то разберутся, если это взрослые сознательные люди и проголосуют рублем, ногами?

А.ФЕФЕЛОВ: Вот они и разбираются, по сути дела. Потому что, ну, депутат Думы – это тоже зритель, вы понимаете? Вы его считаете каким-то монстром, который прилетел с Марса и свои щупальца тянет к великому, прекрасному искусству. Ситуация другая.

Э.ГЕВОРКЯН: Иногда, действительно, так кажется, читая законопроекты. Ну, не знаю. Вот здесь интересно ваше мнение.

А.ФЕФЕЛОВ: Это люди рефлексирующие. Это люди, которые... Если выставить это на голосование, я думаю, что даже такая очень ориентированная, политически ориентированная аудитория «Эха Москвы» не одобрит вот эти безумства театральные, поскольку последнее десятилетие мы видели их огромное количество и они вызывают оторопь, просто кошмар. А надо водить детей туда, надо молодое поколение. И не надо вот это прививать, вот эти, так сказать, все больные рефлексы. Больные рефлексы не нужны – нужно здоровье, красота и сила. ГТО.

Э.ГЕВОРКЯН: ГТО. Вообще я всё это веду к тому, насколько возможно и оправданно существование инакомыслия вообще в любой форме? Потому что, собственно, новости последних дней мне кажутся тревожными ровно потому, что там, к примеру, увольняют профессора из МГИМО, который высказывает какую-то точку зрения...

А.ФЕФЕЛОВ: Но он какие-то кошмарные вещи говорит. Извините, пожалуйста, я не помню точно, что он сказал (мне цитировали его высказывания). Это что-то такое, что направлено на деструкцию. Если это профессор, который молодое поколение таким образом воспитывает, ну, господа, давайте этот профессор будет вещать в гайд-парке. У нас есть гайд-парк (появился в Парке Горького), небольшой пятачок. Пусть он соберет еще парочку десятков таких профессоров, которые будут поправлять очки и кричать ему «Ура!»

Государственное образование (государственное, подчеркиваю, образование), воспитание нового поколения дипломатов блистательных, которые должны защищать контуры России, создавать новое будущее, мирное, спокойное, процветающее, дипломатическими методами зиждеть российскую мощь, это, конечно, должны быть у них воспитатели другого типа.

Э.ГЕВОРКЯН: Но кому как не дипломатам работать с противоположными точками зрения, находить общий язык? Если все будут ровно строем и аплодировать, и будет транслироваться единая точка зрения, то...

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, эти точки зрения должны, видимо, присутствовать в обществе, но они не должны влиять на образовательный процесс. Образовательный процесс – это процесс не только образования, но и воспитания. И кстати говоря, и искусство – оно во многом носит характер воспитательный. Поскольку мы считаем, что это порочно, мы считаем, что это ужасно. А это не ужасно, поскольку любые учебники по психологии западные говорят о позитивном настрое, о том, что невозможно себя мучить бесконечной рефлексией. Потому что вот эти все ГУЛАГи – это бесконечная рефлексия на историю, это бесконечное раздирание себя, расчесывание ран.

Э.ГЕВОРКЯН: Еще раз уточните про ГУЛАГи.

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, бесконечный ГУЛАГ, который в течение 20 лет навязывали обществу: «У вас был ГУЛАГ, ГУЛАГ, ГУЛАГ, ГУЛАГ, ГУЛАГ». Забудьте про ГУЛАГ. Впереди история, впереди серьезное политическое будущее.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вы же знаете, хотят там сделать музей. И вообще, на самом деле, как-то обращать людей к своей истории, в том числе ее неприятным моментам.

А.ФЕФЕЛОВ: Вот, она не должна носить садомазохистский характер, вот эта тема обращения к истории. Обращение к истории – это очень сложная, тонкая вещь. Потому что если бы англичане каждый раз всё время себя тыкали в периоды Кромвеля, допустим, французы рассказывали, какой кошмар творился во время Французской революции... Да, там есть праздник революции, они его празднуют. Взятие Бастилии – и гремит салют. Но люди не ходят и не раздирают на себе рубашку о том, что аристократию тащили за волосы к гильотине. Это было всё, это было. Но это не есть часть национальной доктрины.

Вот, на Украине в середине национальной истории стоит Голодомор – это садомазохистский такой проект: «Голодомор, Голодомор, Голодомор». Вот, с этим Голодомором они приехали к сегодняшнему Майдану. На Голодоморе.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, я там так же могу вам привести другой пример немцев, которые... Вопрос не в том, чтобы всё время раздирать, расчесывать себе свою рану, которая была в истории. Они именно что продвинулись дальше, благодаря тому, что смогли как-то покаяться и пережить, как мне кажется, вот эти печальные...

А.ФЕФЕЛОВ: А посмотрим, куда они продвинулись. Посмотрим. Я вижу в немецком обществе огромную мину мучительную, которая заложена в связи с этим делом.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть признавать какие-то в том числе свои ошибки? Я не говорю, что только на них акцентировать, но раскаяться и идти дальше.

А.ФЕФЕЛОВ: Я знаю немцев, которые тихо в тишине за шторами задвинутыми мне шепотом говорили «Всё, достало. Мы не можем. Мы не можем жить в этой атмосфере». И будет немецкий бунт. В какие формы он выльется, я не знаю. Не дай бог, чтобы он в нацистские, как на Майдане, формы вылился. Но это мучительное противоречие Германии, ее внутренняя зависимость, ее закомплексованность дает о себе знать.

Кстати, существует 8 мая в некоторых городах немецких так называемый День мужчин. И этот День мужчин – это день немецкого поражения. И они свои эти комплексы, свои эти внутренние неудобства, они их выплескивают на улицу. Они мочатся посреди тротуаров, они напиваются, падают, плюют друг в друга. И это их состояние – оно говорит о фрустрации, о тяжелой совершенно такой депрессии, которая в них существует. Так что я не верю в это.

Э.ГЕВОРКЯН: Слушайте, про депрессию российских мужчин давайте мы не будем даже начинать, потому что это...

А.ФЕФЕЛОВ: А ее больше не будет, всё.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, конечно!

А.ФЕФЕЛОВ: Мы закончили с ней. Тема закрыта после Крыма. Депрессия российских мужчин закончена.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Но вот, собственно, школьникам и студентам объяснят ситуацию на Украине на специальных уроках – об этом сообщает «Независимая газета». Рекомендация Министерства образования буквально на следующей неделе поступит во все школы, и там проведут уроки под названием «Мы вместе». В некотором смысле это такое возрождение политинформации. Как вы воспринимаете сам факт? И во-вторых, как вы объяснили бы детям, школьникам, студентам на таком уроке произошедшее сегодня с Крымом?

А.ФЕФЕЛОВ: Я думаю, что речь идет не только о том, что мы вместе с Крымом, а том, что мы вместе с Украиной и с народом Украины. Потому что это очень важный момент, что вот те, так сказать, безумства, которые происходят сейчас в Киеве, они не представляют Украину, они не являются выразителем души Украины. Душа Украины другая, она не западенская. Душа Украины – она нам близкая, она дорогая. И мы вместе с Украиной. Вот, что надо донести школьникам.

Потому что все находятся под воздействием и СМИ в том числе, и под воздействием эмоций. Потому что эмоции захлестывают, эмоции присутствуют не только там, в Киеве, хотя там настоящая истерия, но и здесь, в России. Существует даже такой феномен сейчас как антиукраинские настроения, к сожалению. Но это должно быть преодолено, поскольку вы должны понять, что настоящая Украина не находится на Майдане. Настоящая Украина братская – она сейчас растворена, она молчит, она на юго-востоке иногда поднимает голову. Но это братская страна нам, которая всегда останется для нас близкой. И те люди, которые хотят оторвать Россию от Украины, те силы, в том числе и в Киеве которые, они... Ну, почему они беснуются? Потому что у них задача невозможная – у них задача кроваво-невозможная отодрать Россию и Украину, и взорвать газотранспортную систему.

Э.ГЕВОРКЯН: Подождите, правильно ли я поняла, что вы детям на простом доступном языке объяснили бы, что Украина и душа Украины – она где-то в юго-восточной ее части, а, вот, западенщина – это вообще не Украина?

А.ФЕФЕЛОВ: Не так, не так.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вы же сейчас сами так сказали.

А.ФЕФЕЛОВ: Я хочу сказать, что те вот эти западенские антирусские агрессивные тенденции, которые сейчас, к сожалению, превалируют в Киеве, они являются антиукраинскими тенденциями. Антиукраинскими. Они антирусские, значит, они антиукраинские.

Э.ГЕВОРКЯН: Так почему же вы так утверждаете? Может быть, это их выбор. У них общество, действительно, находится в раздрае. Кто-то хочет ориентироваться на Европу, кто-то на Россию. Почему вы отказываете им в праве на самоопределение?

А.ФЕФЕЛОВ: Потому что Украина – она без России погибнет. Она погибнет в войне, в нищете, в кошмаре. И те силы на Украине, которые считают, что русский вектор, российский вектор важен, драгоценен и что независимая, настоящая сильная Украина может быть только с Россией, те силы являются выразителем будущего. Они перспективны, они подлинны. А вот эта вся декадентская мразь, эти все Пьеро безумные, Яроши, вся вот эта Панночка, прилетевшая из Франкфурта, это всё та накипь, которая сойдет. Останется настоящий расклад геополитический, культурный, потому что Украина – это православная страна. И идет разлом сейчас этноконфессиональный. И вот эта линия, линия предательства сейчас побеждает там. Но это временное явление, поскольку Украина – это великая православная страна, близкая нам.

Э.ГЕВОРКЯН: Я напомню нашим слушателям, Андрей Фефелов, главный редактор интернет-канала «День» сейчас у нас в программе «Особое мнение». Мы продолжаем обсуждать события, связанные с Крымом. Собственно, когда я с вами встречалась в этой студии в последний раз, тогда вы буквально накануне таких активных событий говорили о том, что уже надо быстрее России вводить туда войска: «Почему же мы медлим? Там происходят безобразия». Вот, действительно, буквально там через день, через два так оно и случилось.

И вот сегодня уже салют в Москве отгремел в честь присоединения Крыма. Вы себе это так и представляли? Вы довольны тем, как это случилось?

А.ФЕФЕЛОВ: Вы знаете, я не то, что доволен. Я оказался в Крыму как раз в момент перехода, когда вот эти исторические часы сдвинули свою стрелку, понимаете, так нервно и тяжело эта кремлевская стрелка сдвинулась на какой-то еще участок исторического времени. Эпохи поменялись. И я тогда стоял на Чонгарском перешейке, сзади меня были костры, казачий лагерь расположился и дымились кухни. И я закрыл глаза, и я понял, что мечты сбываются. Я увидел над таким, тяжелым монументом, где было написано «Крым» (въезд в Крым), российский флаг. И конечно же, я понял, что мои какие-то 20-летние, может быть, не очень такие, блистательные, не очень успешные действия в моей общественной деятельности имели какой-то результат. То есть часть моей жизни прожита не зря.

И то, что гремели салюты, то, что были реляции, и то, что прозвучала эта великая речь Путина потрясающая, конечно, меня вдохновило. Но есть серьезный момент: чтобы не утонуть в этих вот праздничных реляциях, чтобы дело не закончилось салютом и радостью, эйфорией. Конечно, впереди очень тяжелый период. Он связан вообще с глобальной ситуацией, он связан с ситуацией внутри страны и связан, конечно же, с темой Крыма, поскольку Крым, который воссоединился с Россией, это серьезнейший проект сегодняшней российской власти, как этот Крым интегрировать по-настоящему, как его подключить коммуникационно к России, как создать комфортные условия этого перехода, поскольку там огромное количество мелких и крупных проблем возникает. И начиная от проблемы строительства моста через Керченский пролив.

Медведев как-то заявил, что этот мост будет построен через 3 года. Но это мощнейший инженерный, технический, организационный проект, который требует напряжения народного хозяйства. Вот, выставка народного хозяйства возрождается. Хорошо бы, чтобы и народное хозяйство тоже возродилось, поскольку организационные усилия, которые должны быть предприняты, они требуют высочайшей степени мобилизации, в том числе и госкорпораций, которые находятся в таком, полуразваленном состоянии. Они требуют органов контроля. Путин должен создать очень мощный, эффективный, сильный орган контроля за теми институциями, за административным аппаратом, который сейчас существует. И в том числе он должен работать (этот орган) для того, чтобы осуществить вот этот вот, завершить победно этот крымский проект.

Э.ГЕВОРКЯН: Но правильно ли я понимаю, что вы ожидаете, что экономически России придется как-то, я не знаю, подужаться или как-то вообще взять на себя, ну, не знаю, ответственность и обязательства?

А.ФЕФЕЛОВ: Крым – это ничто не сравнится с темой территории и людей. И эта драгоценность – она на веки вечные. И вот эти все расчеты о том, что Крым сожрет. Если, конечно, кидать деньги непонятно кому, раздавать их непонятно в чьи руки, конечно, всё лопнет и превратится в свинство, в хищения и так далее. Но Крым должен стать новым Сингапуром. Он должен стать новым русским Сингапуром, потому что это тот принцип: на территории Крыма должна быть территория стерильной частоты во всех смыслах и прозрачности финансовой.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, в смысле за свободу там от коррупции?

А.ФЕФЕЛОВ: Естественно.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, да, было бы прекрасно. Пока не очень...

А.ФЕФЕЛОВ: Так и будет. Так и будет.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Не очень понятно, как это технически, эти самые стерильные условия в российской действительности возникнут.

Вот вопрос от нашего слушателя, пришедший на сайт. Он вас спрашивает: «Меня огорчает и возмущает отношение наших военных к военнослужащим Украины в Крыму. Захват украинских кораблей. Ведь, войны не было, нет пленных, нет трофеев». И, вот, просто это не единственный вопрос, пришедший к нам заранее. Как вы объясняете этот аспект?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, когда случилось историческое событие, присоединение Крыма к России, то осталась проблема – это иностранный контингент на территории нашей страны. И, конечно, это мучительно сложная проблема, потому что эти люди давали присягу Украине. Они присягали. Это офицеры, допустим, которые попали в очень щекотливое, сложное положение. Речь идет о представителях украинской армии. Им совершенно по барабану, что сказал Ярош и какие заявления сделал Тягнибок в Киеве. Они находятся на посту. И надо бы эту проблему как-то очень правильно решить. И, наверное, не всегда решение этой проблемы проходило гладко и абсолютно так вот, бархатно. Наверное, там были свои сложности, свои мучительные моменты. Но она была решена (проблема) успешно, поскольку не пролилась братская кровь.

Единственное, я могу сказать, что, возможно, надо было сохранить подразделения украинской армии, в том числе и украинского флота с государственными флагами Украины, поскольку эти подразделения могли вполне подтвердить свою присягу украинскую, допустим, свое подчинение главнокомандующему украинской армии господину Януковичу. Они могли это сделать, и странно, что это не было сделано.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, как пишут, Янукович живет в каком-то дворце в Подмосковье. Какая там уже присяга? Уже, по-моему, всё, проехали.

А.ФЕФЕЛОВ: Нет, ну, вы знаете, как-то можно сказать про кого угодно, кто-то живет в Подмосковье, а кто-то под Киевом живет и непонятно, кто они такие. Но существует юридическая реальность. Пока никаких выборов там не было, всё это нелегитимно, безумно. Правый сектор до сих пор заправляет в центре Киева, контролирует Раду. Что там наголосует Рада?

Э.ГЕВОРКЯН: А где этот политический лидер Янукович тогда? Почему его не видно на политической арене?

А.ФЕФЕЛОВ: Может быть, он появится, я не знаю. Я ж не отвечаю за Януковича. Я просто говорю о том, что украинская армия могла бы быть сохранена. Но так получилось, что часть подразделений перешла в российскую армию.

Э.ГЕВОРКЯН: Если коротко, вопрос был именно про эту материально-техническую часть – там, подлодка, еще что-то. Ну, это же не принадлежало Черноморскому флоту, это было как раз собственностью украинских вооруженных сил. Или это нормально, что если кусок земли уже наш, то и всё, что на ней, тоже наше?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, вот, вопрос в том, что эти подразделения, видимо, перешли вместе со своей технической частью. Но, возможно, переговоры с Киевом. Но вопрос: с каким Киевом? С кем будем вести переговоры? Может быть, с Януковичем провести переговоры по поводу судьбы подводной лодки, куда ее перевести? Это тоже вопрос. Это вопрос юридический, он открыт. Давайте вести переговоры с Януковичем. Может быть, отвезем в Подмосковье эту подводную лодку, рядом с виллой Януковича ее поставим. Это вопрос такого, политического выбора.

Сейчас переговоры прямые между Киевом и Москвой не ведутся по ряду причин. Поэтому говорить о том, что мы должны там говорить о передаче военного имущества, довольно, мне кажется, это всё преждевременно.

Но повторяю, другое дело, что в акватории Черного моря хорошо появились бы корабли с украинским флагом, которые готовы подтвердить свою присягу президенту Януковичу. Для меня был бы это довольно интересный проект, который говорит о том, что Украина, другая Украина – она существует.

Э.ГЕВОРКЯН: Сейчас сделаем небольшой перерыв. Андрей Фефелов будет в нашей студии, вернемся через 3 минуты.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем эфир программы «Особое мнение», я – Эвелина Геворкян и Андрей Фефелов, главный редактор интернет-канала «День» сейчас у нас в студии. Прошу вас прокомментировать такое высказывание Барака Обамы. Он считает действия России в Крыму признаком слабости. Я процитирую, он говорит: «Россия – региональная держава, которая угрожает некоторым из своих соседей. Однако, такие угрозы – проявление слабости, а не силы», - он заявил на саммите в Гааге и привел в пример США, которым не требуется захватывать территории, чтобы наладить с ними сотрудничество.

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, такая какая-то гнусная демагогия. Решил вот таким образом, как это говорят в блатном, взять на понт Россию. Ну, я не понимаю, что это такое, поскольку что производится в США во внешней политике, какие изменения и какие, так сказать, движения она себе позволяет, эта островная, удаленная держава, конечно, это не поддается никаким, так сказать, таким вот анализам. Потому что что делает США? Иначе в таком случае США – это самое слабое звено в цепочке мировых стран, поскольку США везде лезет, везде пытается оставить след, везде бомбит, везде моделирует какие-то заговоры. Так что в этом смысле получается по логике господина Обамы, США – самая закомплексованная, самая такая, ничтожная и внутренне слабая страна мира.

Э.ГЕВОРКЯН: В российской прессе теперь поднимается вопрос о том, что в России ищут юридические основания для возврата Аляски. Эту тему, правда, поднял сайт, мне до сих пор неизвестный, «Русская семерка». Ну и вот там идут рассуждения о том, была ли она сдана в аренду. Вообще, как вы думаете, сейчас на волне возврата Крыма будет ли возникать разговор о других территориях?

А.ФЕФЕЛОВ: Мне кажется, эти разговоры будут, несомненно, возникать и они являются частью общественных настроений, о которых я говорил. Кстати говоря, только что сообщили, что возмутились спектаклями Театра на Таганке вовсе не депутаты Госдумы, а профсоюз Театра на Таганке обратился к депутатам Госдумы. То есть это часть общества, это гражданское общество обратилось к высшей инстанции прекратить вот это вот безумие, поскольку, видимо, им родственники, их там жены, мужья, дети сказали «Что у вас в театре творится? Прекратите это». И, вот, я думаю, эти общественные настроения – они, конечно, анализируют вот эти территориальные наши потери, которые произошли. И, конечно, ситуация с Аляской – стоит к ней вернуться, ее исследовать снова. И она ужасна, она кошмарна, потому что вот эта передача бесплатная практически Аляски, которую произвел Александр Второй, она является преступлением века. И как это всё было кулуарно сделано – это были тайные переговоры, это была совершенно такая, закрытая сделка. Непонятно, на чем она была основана, потому что сумма так и не дошла до России. Это часть коррупционной составляющей тогдашнего истеблишмента.

Э.ГЕВОРКЯН: Хронологически до каких пор вы считаете оправданным пересматривать границы исторические?

А.ФЕФЕЛОВ: Вопрос же не в хронологии и не пересмотре границ как таковых. Я не думаю, что нынешние жители Аляски на референдуме сейчас проголосуют дружно о присоединении к России. Хотя, как знать. В данном случае ситуация может измениться. Допустим, Америка может погрузиться в какой-то хаос кошмарный, и, действительно, вот эти слова Обамы – они ударят ему.

Э.ГЕВОРКЯН: Да, их спектакль окончательно деморализует общество и они попросятся в Россию.

А.ФЕФЕЛОВ: Да, их кровавые спектакли мировые закончатся крахом Америки, и Америка распадется на огромное количество маленьких воюющих злобных государств друг с другом. И Техас снова отойдет Мексике. И тогда Аляска, возможно, попросится в Россию. Это вопрос будущего.

Но сейчас важно исследовать, понять, как могло такое случиться? Как могло такое случиться? Потому что русская земля – она священна, она сакральна. И как могли вот эту территорию американской России так просто династия романовская отдать? Что это было? Что это было? Это очень полезный, интересный экскурс. Вот вопрос о возвращении к истокам, к истории. Пусть исследуют с разных сторон – люди говорят об этом, вспоминают.

Э.ГЕВОРКЯН: Может быть, я сейчас как-то смешаю вещи несовместимые (вот, вы мне тогда разъясните, как вы на это смотрите), но вопрос в обществе, тем не менее, часто возникает. Вот, мы такие великие, у нас большая территория, становится всё больше и больше. И между тем, у нас же случаются какие-то, на самом деле, очень грустные, нелепые ситуации, там, в нашей же внутренней социальной сфере. Сегодня там голодают медики из-за низкой зарплаты в Санкт-Петербурге. Вот, пришли данные, что 8 больных раком покончили с собой в Москве только за последние 2 недели, потому что там не налажена какая-то система вообще обезболивания. И в итоге эти аморальные западные страны в каких-то аспектах умеют заботиться о своем населении, а мы такие великие, большие и сильные не можем решить просто сиюминутные проблемы собственного народа.

А.ФЕФЕЛОВ: В 1991 году состоялся крах государства, и вслед за этим тут же последовал крах общества. Все общественные институты были сметены. И сегодняшнее состояние российского общества и российского государственного аппарата – оно настолько не идеально, что можно сказать, что мы находимся в начале пути, что нам предстоит привести всё это в порядок, привести в порядок вот эти вот Авгиевы конюшни страшные. И как живет сегодня российская глубинка, какой кошмар там творится социальный. Потому что когда нам говорят про все плюсы сегодняшней рыночной демократии и свободы, это плюсы для 15% населения. Огромное количество, часть осталась за бортом, причем не только в экономическом смысле, а в психологическом смысле. Они понимают, что они никуда не вырвутся – им только остается спиваться. И вот это состояние – оно должно быть преодолено, вот эта глобальная депрессия.

Но первый шаг был блистательно сделан Путиным, который сказал, что мы – великий народ, наши силы неисчислимы, мы можем всё. Вот это послание, которое было зашифровано в послании Путина по Крыму, оно должно дойти до самых дальних мест России.

Э.ГЕВОРКЯН: Между тем оппозиция сегодняшняя, может быть, совсем там слабо представленная, но, в частности, сторонники Навального, которые, как сегодня сообщают, не зарегистрировали пока свою газету «Популярная политика», они-то как раз рассказывают о том, насколько коррумпирована нынешняя власть и что это не то, чтобы когда-то там что-то разрушилось, а что и последние годы продолжается тенденция.

А.ФЕФЕЛОВ: Да, да, конечно.

Э.ГЕВОРКЯН: Что «конечно»?

А.ФЕФЕЛОВ: Я думаю, что это очень полезное дело. И, вот, необходимо создать мощный контролирующий, можно даже сказать «репрессивный» орган, который работает по этому рыхлому продажному госаппарату, который является, как бы, некоей новой опричниной. И вот эти люди, которые создают такие, пишут такие открытые, публичные, очень правильные доносы на государственных чиновников, они являются полезным абсолютно сегментом общества – я в этом уверен. И они говорят слово и дело. И возможно...

Э.ГЕВОРКЯН: И сидят под домашним арестом. Почему? Это мы опять возвращаемся к инакомыслию?

А.ФЕФЕЛОВ: Нет, это, вы видите, мучительные противоречия, которыми объята всегда наша жизнь. Это, так сказать, это часть их мученического служения. Конечно же, они идут на риск. Они понимают, что они сразились с сильными мира сего, и, вот, они идут на риск, сидят под домашним арестом. Мы внимательно слушаем их такие сигналы, и дай бог, чтобы нашелся мощный аппарат, аппарат контроля, аппарат подавления, который сигнал бы усвоил бы и выкинул бы этих продажных губернаторов, как это происходит, слава богу, сейчас, со своих постов и навел бы порядок в сфере ЖКХ, эту ЖКХ-мафию устранил бы.

Э.ГЕВОРКЯН: Так я не понимаю, каким образом сама по себе власть сама же себя и будет наказывать, если она одновременно и великая, и заботящаяся о государстве, и в то же время...

А.ФЕФЕЛОВ: Так бывает. Так бывает. В истории страны такое было. В истории страны такое было. Такое было в нашей истории, такое было в истории Рима. Это всегда так было. И общественные силы, которые себя так выражают, они дают клич. Вообще термин «провокация» что такое? это обращение к народу прямое. Вот эти господа под домашним арестом обращаются к народу, народ ярится, обращается, так сказать, к власти, власть реагирует. Это правильно. Система должна жить многоаспектно.

Э.ГЕВОРКЯН: Вот, западная пресса сегодня пишет о том, что премьер-министр Турции Эрдоган хочет любыми способами удержаться у власти, говорят о том, что он блокировал Twitter 6 дней назад, хотя сегодня суд разблокировал уже эту соцсеть. И дальше проводят параллели с нашей страной, говоря о том, что... Он сейчас перед двумя проблемами стоит. Первая – это коррупционные расследования, в том числе против его собственной семьи. И с другой стороны, что в 2015 году у него заканчивается его срок и дальше он либо должен уйти от власти, либо поступить а-ля Путин, да? И, вот, дальше проводится вот этот...

А.ФЕФЕЛОВ: А что такое «ля-ля Путин» в данном случае?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, я процитирую, что это совершить маневр, переключившись на президентство, одновременно укрепляя свои позиции во власти. Вот, насколько, все-таки, эта, на ваш взгляд, турецкая ситуация похожа на происходящее с российской властью?

А.ФЕФЕЛОВ: Ну, сравнивать Эрдогана с Путиным довольно модно – это, так сказать, такая, на поверхности лежащая аналогия. Но, на самом деле, люди, которые разбираются в турецкой политике, говорят, что это совершенно иная абсолютно ситуация, и Эрдогана очень сильно подпирают силы, которые можно назвать условно проамериканскими силами, которые, с одной стороны, опираются на такие также исламистские традиционалистские лозунги, но, с другой стороны, они, в общем, связаны внутренне с США. И Эрдоган чем-то схож с Путиным, что он пытается маневрировать, пройти между Сциллой и Харибдой, то есть не попасть, с одной стороны, под каток вот этих вот абсолютно американских глобалистских планов, которые существуют. А с другой стороны, не стать жертвой такой, архаической части общества.


Америка использует всё: она использует и традиционалистский сегмент, и вот этот вот западнический, и очень активно лезет в турецкую политику, потому что Турция всё больше и больше начинает влиять на ситуацию в регионе и, в общем, ситуация с Крымом – она тоже еще лишний раз (это лишний маркер) говорит, что Турция является замковым камнем в регионе НАТО. И поэтому Эрдогана будут, скорее всего, смещать. Его будут валить всеми способами. И там возникнет своя болотная революция новая очередная, и там возникнут, мне кажется, волнения (я не исключаю этого). И Эрдоган, который, как говорят, и здоровье его несколько так сейчас подорвано, имеет шанс, что его сместят. Тогда наступит довольно тяжелый этап в российско-турецких отношениях.

Комментариев нет:

Отправить комментарий