Ноа Смит | Пренебрежительное отношение Европы к программному обеспечению начинает дорого ей обходиться
За последние десять-двадцать лет Европа становится всё более враждебной по отношению к индустрии программного обеспечения.
Хотя в Европе есть несколько успешных софтверных компаний (SAP, Spotify), их немного, и их число сокращается. В целом Европа предпочла не создавать программное обеспечение, а регулировать его, приняв в 2016 году самый обременительный в свободном мире закон о регулировании программного обеспечения – GDPR. Именно из-за этого закона на каждом сайте, который вы посещаете, появляются бесполезные и раздражающие всплывающие окна с предложением «Принять файлы cookies». Этот закон убедил европейских лидеров, что они могут управлять направлением развития программного обеспечения исключительно с помощью регулирования, обменивая доступ к европейскому рынку на возможность влиять на то, как во всём мире создаётся и функционирует программное обеспечение.
Почему именно Европа решила регулировать программное обеспечение вместо того, чтобы его создавать, – тема, заслуживающая гораздо более глубокого и обстоятельного обсуждения. Возможно, европейские лидеры просто пришли к тому же выводу, что и Си Цзиньпин в 2021 году: программное обеспечение – это всего лишь потребительская игрушка, а не «настоящая» технология; оно поглощает ресурсы, которые лучше направить на промышленное производство, не укрепляет государство и не создаёт реальной ценности и т. д. Не исключено также, что, подобно американским прогрессистам, европейские лидеры стали испытывать всё более негативное отношение к классу «технобро» – предпринимателей, сколотивших огромные личные состояния благодаря поиску новых способов применения программного обеспечения, – и использовали регулирование этой отрасли как средство снизить общественный статус таких промышленников.
Но каковы бы ни были причины, европейская предвзятость против программного обеспечения выглядит всё более опасной и саморазрушительной в эпоху искусственного интеллекта. ИИ – это определённо не игрушка и не просто потребительский продукт. Он станет важнейшим элементом каждого производственного процесса на Земле и критически важным инструментом национальной безопасности. Страны, не имеющие доступа к лучшим моделям, могут оказаться в зависимости от тех, кто таким доступом обладает. Они будут более уязвимы перед кибератаками, менее способны управлять армиями беспилотников (которые сегодня уже доминируют на поле боя) и значительно менее конкурентоспособны в любой экспортной отрасли.
Иными словами, сегодня программное обеспечение имеет такое значение, которого оно ещё не имело в то время, когда Европа решила, что ей эта индустрия не нужна.
Группа европейских аналитиков и исследователей подготовила документ под названием Europe 2031, в котором описывается опасность, с которой сталкивается их регион. Документ довольно объёмный и местами драматичный, но он ясно доносит основную мысль. Авторы рисуют яркую картину того, как Европа может фактически превратиться в экономическое государство-сателлит США и Китая.
Чтобы избежать такого сценария, Европе потребуется совершенно иной подход к искусственному интеллекту, чем тот, который она применяла к потребительскому интернету. Следует избегать чрезмерного регулирования, но этого недостаточно. Как отмечают авторы Europe 2031, одного лишь принципа NIMBY («не у меня во дворе») – подобного тому, который парализует многие проекты в США, – уже достаточно, чтобы помешать строительству центров обработки данных в Европе. Европейским лидерам придётся не просто разрешить развитие индустрии искусственного интеллекта – им нужно будет преодолеть собственную неоднозначность в отношении программных технологий и вступить в борьбу с укоренившимися сторонниками NIMBY, чтобы обеспечить строительство дата-центров.
К счастью, европейцы, похоже, понимают всю серьёзность ситуации. Однако у современной Европы есть давняя и хорошо известная привычка выступать с громкими заявлениями и декларациями о необходимости изменения политики, но не доводить дело до реальных действий. По сути, Европе необходимо заново научиться политическому искусству добиваться конкретных результатов, потому что эпоха, когда она могла спокойно пользоваться наследием послевоенной индустриализации, уже подошла к концу.
Комментариев нет:
Отправить комментарий