Насколько все подорожает из-за топливного кризиса? И какие еще проблемы в экономике он обострил? Масштаб этих проблем, похоже, полностью зависит от возможностей ВСУ продолжать удары по НПЗ и другим объектам
Атаки украинских дронов довели Россию до топливного кризиса — и его последствия уже чувствует на себе вся экономика: рост цен ускоряется, промышленность тормозит развитие, а ВВП страны все глубже погружается в стагнацию. Но масштабы проблем напрямую зависят от способности Украины сохранять интенсивность налетов БПЛА.
Насколько могут вырасти цены?
Рост цен на бензин, вызванный украинскими ударами по российским НПЗ, разогнал инфляцию. В пересчете на год с очисткой от сезонности (показатель SAAR) в июне месячная инфляция, по оценке ЦБ РФ, ускорилась до 10,6% против всего 2% в мае. Такая динамика грозит ростом стоимости доставки грузов, которая, в свою очередь, перекладывается на цену уже практически всех товаров.
Но резко подорожавшее топливо — фактор разовый и волатильный. Его влияние на инфляцию и производство будет зависеть от того, как долго ВСУ смогут поддерживать интенсивность ударов по российским НПЗ — или наращивать ее.
Аналитики, опрошенные ЦБ в июле, уже повысили прогноз и по годовой инфляции на конец 2026 года — до 6,2% (+0,9 п. п. к июньскому опросу), — и по ключевой ставке на всем горизонте: до 14,5% годовых (+0,4 п. п.) в 2026-м, 12,2% в 2027-м и 10% в 2028-м.
Эффект топливного шока (если считать таковым разницу в прогнозах до и после того, как в стране начали выпадать мощности нефтепереработки) составит порядка плюс 1–1,5 п. п. к годовой инфляции, говорит в комментарии «Медузе» главный экономист российского аналитического центра. По его словам, «дальше вопрос: что заложено в сам прогноз относительно будущих потерь мощностей». «Если выпадет больше, чем сейчас выпало, то эффект [на показатель инфляции] может спокойно быть значительнее, — говорит эксперт. — У меня получается 6,5–7% [на конец года] в относительно спокойном сценарии, где будет и импорт, и ремонт, и большинство сохранившихся мощностей не выпадет». Ставка, по его прогнозу, претерпит «одно-два косметических снижения в позитивном сценарии и [останется] без движений в любом другом до конца года».
Следующее заседание Банка России по ключевой ставке (сейчас 14,25%) пройдет 24 июля. Тогда же регулятор обновит свой экономический прогноз, и при текущих раскладах практически неизбежно, что он будет пересмотрен в сторону ухудшения.
Хотите всегда быть в курсе происходящего и понимать, как жить в этом безумном мире? Тогда вот что мы рекомендуем. Раз: скачайте приложение «Медузы» прямо сейчас — все главные новости, репортажи и разборы дня всегда будут у вас под рукой. Приложение работает без VPN, бесплатно и безопасно. Два: поддержите «Медузу», чтобы мы и дальше могли приносить вам актуальную и полезную информацию о России и мире.
Кто страдает от кризиса в первую очередь?
Гражданские сектора российской экономики остро нуждаются в значительном смягчении денежно-кредитной политики (ДКП): две трети кредитов компаниям выданы под плавающую ставку, пишет ЦБ в последнем обзоре рисков финансовой стабильности. То есть снижение ставки автоматически означает снижение расходов компаний по выплатам процентов, а сохранение или повышение — оставляет на текущем уровне или даже увеличивает расходы на обслуживание долгов.
Долговая нагрузка российского бизнеса к началу 2026-го выросла до тревожного максимума со времен пандемии COVID-19, подчеркивал ЦБ в том же обзоре.
От двузначной ставки и ее медленного снижения страдает прежде всего невоенная экономика (мы не раз писали об этом — военные отрасли приоритетно субсидируются властями), о чем чиновники стараются сообщить Владимиру Путину. На прошлой неделе в публичной форме это делал, например, глава Якутии Айсен Николаев. В ответ Путин заявил, что снижение ключевой ставки «будет естественным процессом, исходя из макроэкономических показателей и стабильности экономики».
В начале июня президент РФ рассказывал, что постоянно слушает дискуссию между правительством и ЦБ о темпах сокращения ставки. «Мы сознательно пошли на охлаждение экономики. Мы не хотим гиперинфляции…» — говорил он на встрече с представителями международных информационных агентств.
Почему ЦБ не может помочь экономике?
Зампред ЦБ Алексей Заботкин, курирующий денежно-кредитную политику, еще до разрастания топливного кризиса в июне разъяснял, что регулятор не может быстрее снижать ставку из-за высоких расходов бюджета, которые разгоняют инфляцию в условиях спада экономики и высоких инфляционных ожиданий.
Топливный кризис — шок предложения, то есть производства бензина на российских НПЗ в результате украинских атак. Это означает, что ЦБ не может влиять ставкой напрямую на рост цен на бензин из-за его дефицита, объясняют аналитики ЦБ. «Денежно-кредитная политика должна реагировать только на его (шока предложения) возможное влияние на рост цен через вторичные эффекты, прежде всего на рост инфляционных ожиданий», — написали они в июльском выпуске бюллетеня «О чем говорят тренды».
Одновременно регулятор, по словам Заботкина, не вправе «закрыть глаза» на топливные цены и инфляционные ожидания, но надеется на нормализацию ситуации на топливном рынке усилиями правительства. «При выверенной ДКП Банк России по-прежнему сможет обеспечить возвращение к целевой инфляции 4% в 2027 году», — подчеркнул Заботкин в официальном канале ЦБ.
Давление на ЦБ быстрее снижать ключевую ставку особенно усилилось на фоне торможения темпов ВВП после двух лет перегрева на безудержных военных вливаниях в экономику. Но это не регулятор довел ситуацию до текущего предела. Наоборот, именно его методы быстрого реагирования в 2022 году, а также строительство устойчивой финансовой системы в предыдущее десятилетие позволили не допустить опасного финансового кризиса и обвала покупательной способности доходов россиян. И одновременно обеспечили работу военной машины Кремля на годы вперед.
В следующем году истекает третий и по закону последний срок полномочий Эльвиры Набиуллиной на посту председателя Банка России. И кто займет ее пост — ключевой вопрос в системе, где все зависит от наличия такого ресурса, как личное доверие президента.
При сохранении высокой общей инфляции из-за топлива экономика погружается в рецессию, судя по индикатору бизнес-климата, предупреждает в своем телеграм-канале Truevalue экономист Виктор Тунев. «А это повод быть осторожнее с жестокостью ДКП», — написал он. Перенос топливных издержек в цены, конечно, произойдет, но это разовый фактор, как и повышение НДС, считает аналитик.
Что еще вызывает тревогу в российской экономике?
Одновременно с рисками для инфляции топливный кризис ухудшает показатели промышленного производства сразу по двум направлениям — через спад в производстве нефтепродуктов (крупнейшая отрасль обрабатывающего сектора) и в добыче нефти.
Статистика добычи нефти засекречена с 2023 года, но еще в начале июня вице-премьер Александр Новак, курирующий в правительстве энергетику, признал, что нефтедобыча снижается в связи с «внеплановыми ремонтами» НПЗ. В июне, по оценкам международных и российских экспертов, сокращение производства в нефтепереработке могло достигнуть 20–25% в годовом выражении. По оценке Energy Intelligence, переработка нефти в России в июне обвалилась на 25% год к году, до 3,91 миллиона баррелей в сутки — минимума более чем за 20 лет.
В мае российская промышленность, по данным Росстата, показала снижение на 0,7% в годовом сравнении после роста на 1,9% в апреле. Вероятно, военное производство не сможет удержать общий показатель промпроизводства в положительный зоне в июне и июле.
Серьезная (вроде 30–35%) и устойчивая (если ВСУ продолжат столь же успешно бить по НПЗ, нефтебазам, танкерам, портовым терминалам и т. д.) нехватка бензина может заставить Кремль сделать еще один шаг к мобилизационной экономике, полагает экономический обозреватель Борис Грозовский:
Ведь ее логика именно такая: 1) есть дефицитный ресурс, 2) этот ресурс очень нужен для фронта, для победы (в Запорожье (Ростовской области и т. д.), нет возможности подвозить все необходимое на линию фронта, 3) если нет возможности увеличить предложение ресурса, давайте так рационируем его потребление, чтобы у военных недостатка не было. А также у госслужб от скорой помощи до пожарных. Остальным отпускаем по остаточному принципу. Что там при этом будет с гражданскими и какие у них будут настроения, никого не *** (заботит только администрацию президента и губернаторов, чьи должности становятся расстрельными по мере роста недовольства).
Вопрос, по мнению Грозовского, остается в том, до какой степени Кремль захочет и сможет «прогнуть» гражданскую экономику, чтобы фронт получил необходимое, в сценарии сохранения острого дефицита бензина и будет ли это работать, когда хорошо простреливаются и морские, и сухопутные трассы.
Интенсивность украинских ударов, с одной стороны, зависит от объемов производства дронов: компания Firepoint, чьи изделия FP-1 атаковали Москву, производит больше 100 таких дронов в сутки, из которых до целей долетает около 10%, замечал старший научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Сергей Вакуленко. С другой — от того, как быстро Россия сможет ремонтировать НПЗ и сколько еще пожарного и ремонтного ресурса осталось у многократно атакованных установок.
Юлия Старостина
Комментариев нет:
Отправить комментарий