Корабль «Германия» и беспомощность на капитанском мостике
Историки и банкиры сомневаются в способностях политиков.
Иллюстрация: kontinentusa.com / AI
В серии статей о кризисе европейского лидерства для веб-сайта Geopolitische Nachrichtendienste историк из Майнца Андреас Рёддер рассмотрел кризис лидерства в Германии. Профессор новейшей истории отметил, что в прошлом в ФРГ был ряд примеров выдающегося лидерства, но сомневается, что это возможно и сегодня. Необходимо «вновь возглавить нацию, объединить раздробленное общество и предпринять смелые, возможно неудобные шаги, необходимые для обеспечения устойчивого процветания».
Для иллюстрации своих тезисов историк, также являющийся соучредителем аналитического центра R21, рассматривает федеральные правительства с момента основания ФРГ. Особо выделены Конрад Аденауэр, Вилли Брандт, Гельмут Шмидт и Гельмут Коль. В случае с Аденауэром в центре внимания была интеграция ФРГ в Запад и ее перевооружение. У Брандта это была «остполитик», коррелирующая с глобальной политикой разрядки. Гельмут Шмидт добился принятия «двойного решения НАТО,» но потерял поддержку своей партии. Его преемник Гельмут Коль продолжил эту линию, что в конечном итоге привело к Горбачёву, реформам в СССР и окончанию холодной войны. Коль воспользовался исторической возможностью и за год добился воссоединения Германии. Затем последовало содействие европейской интеграции вплоть до подписания Маастрихтского договора и введения Европейского валютного союза. Последнее встретило ожесточенное сопротивление в ФРГ.
Этот аспект – сопротивление их решениям – объединяет всех этих лидеров, которые, и это еще одна их общая черта, преодолели это сопротивление, частично даже ценой потери своего поста. Следующим таким деятелем стал Герхард Шрёдер. В конце 1990-х и начале 2000-х ФРГ оказалась в положении «больного человека Европы». В результате объединения, а также вследствие социальных нагрузок страна утратила свою силу. С помощью программы Agenda 2010 Шредёр заложил основу для более чем 15 лет процветания Германии. Шрёдер также потерял свой пост из-за частично жестких реформ. Решающим фактором для успешного руководства является то, что решения встретили сопротивление и были предметом острых дискуссий. Тем не менее, они соответствовали общему политическому консенсусу своего времени. В противовес представленным выше правительствам Рёддер описывает эпоху Меркель как период посредничества и умеренности.
Рёддер не упоминает буквально часто высказываемое мнение о том, что Меркель правила «в пределах прямой видимости», но приводит в качестве примера кризис еврозоны. Он положительно оценивает то, что канцлер удержала европейцев вместе и сохранила союз. Однако он критикует ее за то, что она не продемонстрировала понимания долгосрочных перспектив. Историк подкрепляет эту критику другими примерами и приходит к выводу, что это привело к изменению политической системы ФРГ. У левых канцлер становилась всё более популярной, в то время как от правоцентристов она всё больше отдалялась. Рёддер связывает с этой деятельностью Меркель создание партии AfD, которую она использовала для ослабления левых путем «асимметричной демобилизации избирателей». По мнению Рёддера, только благодаря этой констелляции стали возможными правительства Меркель в 2013 и 2017 г. Правительство Шольца, просуществовавшее всего три года, не смогло «осуществить обещанные им фундаментальные реформы».
Рёддер утверждает, что Мерц перенял стиль управления от Меркель. Однако он обладает меньшим чутьем к власти, социальным отношениям и коммуникативными навыками. Кроме того, Мерц недооценил «доверие как политический ресурс», нарушив свои обещания. Мерц еще до вступления в должность отказался от старых христианско-демократических принципов, таких как ограничение государственного долга. По словам Рёддера, в конце 2025 г. коалиционное правительство столкнулось с трудностями в реализации необходимых экономических и социальных реформ. Коалиции не удалось реализовать совместную повестку дня.
Историк считает, что кризис лидерства в стране – вина не только канцлера. Он выделил три фактора: политическая система, чрезмерное влияние опросов общественного мнения и политическая культура. «20 лет центристских коалиций», как называет это Рёддер, помешали реальным улучшениям в управлении страной. Он ссылается на сильные лидерские качества вышеупомянутых канцлеров вплоть до Шрёдера. По его мнению, результатом этого стала «зависимая от пути непрерывность компромиссов и микроменеджмента», что помешало проведению фундаментальных дебатов и изменению курса в центре. Демократическое взаимодействие правительства и оппозиционных партий было отодвинуто на второй план. Рёддер утверждает, что социология с ее частыми опросами создает стресс для правящих политиков. Постоянное присутствие в СМИ и чрезмерная публичность способствуют этому. Эти элементы подрывают представительный характер парламентской демократии посредством «плебисцитарных» элементов. Политикам не хватает свободы, чтобы придерживаться спорных решений. В политической культуре историк критикует гегемонию «зеленых», которые своей моралью препятствуют противоречивым дебатам и решениям, идущим вразрез с мейнстримом.
В конце статьи историк приводит пять сценариев возможного развития событий в ближайшие годы. Наиболее вероятным является сохранение коалиции без существенных реформ. Немного менее вероятно, что экономика окажет давление на СДПГ, заставив ее принять экономические и социальные реформы. Историк считает маловероятным формирование правительства меньшинства из представителей ХДС/ХСС. Это возможно только «в случае неожиданного и подавляющего давления внешних событий и провала второго сценария». Очень маловероятно, что нынешняя коалиция изберет нового канцлера. В настоящее время невозможно объединение правоцентристов с крайне правыми. Последний вариант Рёддер называет большой неизвестной, а именно расколом правее центра, который может привести к созданию новой партии между ХДС/ХСС и AfD.
Фактически, из нынешней кризисной ситуации, похоже, нет другого выхода, кроме радикальной смены парадигмы, которая будет сосредоточена, в частности, на трех факторах. Необходима новая культура дискуссии, делающая невозможной «культуру отмены»; необходима политическая максима действия, выходящая за рамки популистских эффектов и «деморализация» политики в пользу рациональности.
Важнейшим качеством федеральных правительств под руководством ХДС/ХСС была надежная бюджетная политика. Министр финансов Герхард Столтенберг настолько тщательно реформировал федеральный бюджет, что незадолго до воссоединения страна практически полностью избавилась от долгов. Это давно история. Уже в последние годы эпохи Коля расходы на воссоединение потребовали принесения в жертву надежного управления бюджетом, однако с формально-правовой точки зрения он оставался в рамках допустимого. Недавно кабинет Мерца подвергался критике со стороны многочисленных ученых и институтов за свою экономическую и финансовую политику. В конце года резкая критика прозвучала от учреждения, обычно очень сдержанного в публичных высказываниях. В ежемесячном отчете за декабрь 2025 г. Федеральный банк критически оценил некоторые моменты бюджетной политики федерального правительства. Банкиры даже считают, что без немедленных контрмер к 2028 г. неизбежно возникнет угроза неконституционного бюджета.
Маастрихтские критерии предусматривают максимальный годовой дефицит бюджета в размере не более 3% ВВП. Однако структурный дефицит бюджета ФРГ может вырасти с 2% в 2024 г. до 4,75% в 2028 г. При этом временные эффекты и влияние конъюнктуры не учитываются. Франкфуртские банкиры считают решающим фактором растущий дефицит федерального бюджета, включая его внебюджетные статьи. Речь идет о долгах федерального правительства, замаскированных под специальные фонды. Они являются результатом, прежде всего, экспансионистской фискальной политики. Отчет указывает на растущие расходы на оборону и невоенные инвестиции. В прогнозе также учитываются различные снижения налогов и дополнительные трансферты.
По данным Бундесбанка, их объем в 2026 г. составит 0,25% ВВП, а в 2027 и 2028 г. – 0,75% ВВП. В качестве дополнительных факторов банк называет продление срока действия снижения налога на электроэнергию для промышленности и сельского хозяйства, решение о временном ускорении амортизации и снижении ставки корпоративного налога в 2028 г., а также снижение НДС для ресторанного бизнеса. Согласно прогнозу, в 2028 г. федеральный бюджет значительно превысит свой кредитный лимит.
Бундесбанк также видит опасность в общем уровне задолженности, который не должен превышать 60% ВВП. Но высокий дефицит местных бюджетов приведет к тому, что эта задолженность вырастет с 62,2% в 2024 г. до 68,1% в 2028 г. Кроме того, предоставление кредитов системам социального страхования приведет к увеличению уровня задолженности на 0,25 процентного пункта. Бундесбанк ясно дает понять, что бюджетная политика канцлера несовместима с положениями Основного закона, и заявляет, что федеральное правительство не сможет соблюдать ограничения на рост долга даже после 2028 г. Канцлеру лучше не надеяться на необходимый для этого подъем экономики, поскольку все экономические исследовательские институты считают, что ФРГ переживает тяжелую рецессию. Достаточно значительного подъема, чтобы принести в казну необходимые миллиарды, не предвидится.
Если даже известный своей сдержанностью Бундесбанк так резко критикует финансовую политику правительства, то ни у кого не должно оставаться иллюзий, что обманчивые обещания Мерца и Клингбайля могут привести к хорошему результату. В конце концов, Карлсруэ станет последней инстанцией для этой неудачной политики. Конституционные судьи, вероятно, будут иметь решающее слово в этом вопросе, и здесь у канцлера тоже не должно быть иллюзий. В прошлом Федеральный конституционный суд продемонстрировал очень строгий подход к вопросу ограничения госдолга.
Петер ВИННЕМЁЛЛЕР, «Еврейская панорама»
Историки и банкиры сомневаются в способностях политиков.
Иллюстрация: kontinentusa.com / AI
В серии статей о кризисе европейского лидерства для веб-сайта Geopolitische Nachrichtendienste историк из Майнца Андреас Рёддер рассмотрел кризис лидерства в Германии. Профессор новейшей истории отметил, что в прошлом в ФРГ был ряд примеров выдающегося лидерства, но сомневается, что это возможно и сегодня. Необходимо «вновь возглавить нацию, объединить раздробленное общество и предпринять смелые, возможно неудобные шаги, необходимые для обеспечения устойчивого процветания».
Для иллюстрации своих тезисов историк, также являющийся соучредителем аналитического центра R21, рассматривает федеральные правительства с момента основания ФРГ. Особо выделены Конрад Аденауэр, Вилли Брандт, Гельмут Шмидт и Гельмут Коль. В случае с Аденауэром в центре внимания была интеграция ФРГ в Запад и ее перевооружение. У Брандта это была «остполитик», коррелирующая с глобальной политикой разрядки. Гельмут Шмидт добился принятия «двойного решения НАТО,» но потерял поддержку своей партии. Его преемник Гельмут Коль продолжил эту линию, что в конечном итоге привело к Горбачёву, реформам в СССР и окончанию холодной войны. Коль воспользовался исторической возможностью и за год добился воссоединения Германии. Затем последовало содействие европейской интеграции вплоть до подписания Маастрихтского договора и введения Европейского валютного союза. Последнее встретило ожесточенное сопротивление в ФРГ.
Этот аспект – сопротивление их решениям – объединяет всех этих лидеров, которые, и это еще одна их общая черта, преодолели это сопротивление, частично даже ценой потери своего поста. Следующим таким деятелем стал Герхард Шрёдер. В конце 1990-х и начале 2000-х ФРГ оказалась в положении «больного человека Европы». В результате объединения, а также вследствие социальных нагрузок страна утратила свою силу. С помощью программы Agenda 2010 Шредёр заложил основу для более чем 15 лет процветания Германии. Шрёдер также потерял свой пост из-за частично жестких реформ. Решающим фактором для успешного руководства является то, что решения встретили сопротивление и были предметом острых дискуссий. Тем не менее, они соответствовали общему политическому консенсусу своего времени. В противовес представленным выше правительствам Рёддер описывает эпоху Меркель как период посредничества и умеренности.
Рёддер не упоминает буквально часто высказываемое мнение о том, что Меркель правила «в пределах прямой видимости», но приводит в качестве примера кризис еврозоны. Он положительно оценивает то, что канцлер удержала европейцев вместе и сохранила союз. Однако он критикует ее за то, что она не продемонстрировала понимания долгосрочных перспектив. Историк подкрепляет эту критику другими примерами и приходит к выводу, что это привело к изменению политической системы ФРГ. У левых канцлер становилась всё более популярной, в то время как от правоцентристов она всё больше отдалялась. Рёддер связывает с этой деятельностью Меркель создание партии AfD, которую она использовала для ослабления левых путем «асимметричной демобилизации избирателей». По мнению Рёддера, только благодаря этой констелляции стали возможными правительства Меркель в 2013 и 2017 г. Правительство Шольца, просуществовавшее всего три года, не смогло «осуществить обещанные им фундаментальные реформы».
Рёддер утверждает, что Мерц перенял стиль управления от Меркель. Однако он обладает меньшим чутьем к власти, социальным отношениям и коммуникативными навыками. Кроме того, Мерц недооценил «доверие как политический ресурс», нарушив свои обещания. Мерц еще до вступления в должность отказался от старых христианско-демократических принципов, таких как ограничение государственного долга. По словам Рёддера, в конце 2025 г. коалиционное правительство столкнулось с трудностями в реализации необходимых экономических и социальных реформ. Коалиции не удалось реализовать совместную повестку дня.
Историк считает, что кризис лидерства в стране – вина не только канцлера. Он выделил три фактора: политическая система, чрезмерное влияние опросов общественного мнения и политическая культура. «20 лет центристских коалиций», как называет это Рёддер, помешали реальным улучшениям в управлении страной. Он ссылается на сильные лидерские качества вышеупомянутых канцлеров вплоть до Шрёдера. По его мнению, результатом этого стала «зависимая от пути непрерывность компромиссов и микроменеджмента», что помешало проведению фундаментальных дебатов и изменению курса в центре. Демократическое взаимодействие правительства и оппозиционных партий было отодвинуто на второй план. Рёддер утверждает, что социология с ее частыми опросами создает стресс для правящих политиков. Постоянное присутствие в СМИ и чрезмерная публичность способствуют этому. Эти элементы подрывают представительный характер парламентской демократии посредством «плебисцитарных» элементов. Политикам не хватает свободы, чтобы придерживаться спорных решений. В политической культуре историк критикует гегемонию «зеленых», которые своей моралью препятствуют противоречивым дебатам и решениям, идущим вразрез с мейнстримом.
В конце статьи историк приводит пять сценариев возможного развития событий в ближайшие годы. Наиболее вероятным является сохранение коалиции без существенных реформ. Немного менее вероятно, что экономика окажет давление на СДПГ, заставив ее принять экономические и социальные реформы. Историк считает маловероятным формирование правительства меньшинства из представителей ХДС/ХСС. Это возможно только «в случае неожиданного и подавляющего давления внешних событий и провала второго сценария». Очень маловероятно, что нынешняя коалиция изберет нового канцлера. В настоящее время невозможно объединение правоцентристов с крайне правыми. Последний вариант Рёддер называет большой неизвестной, а именно расколом правее центра, который может привести к созданию новой партии между ХДС/ХСС и AfD.
Фактически, из нынешней кризисной ситуации, похоже, нет другого выхода, кроме радикальной смены парадигмы, которая будет сосредоточена, в частности, на трех факторах. Необходима новая культура дискуссии, делающая невозможной «культуру отмены»; необходима политическая максима действия, выходящая за рамки популистских эффектов и «деморализация» политики в пользу рациональности.
Важнейшим качеством федеральных правительств под руководством ХДС/ХСС была надежная бюджетная политика. Министр финансов Герхард Столтенберг настолько тщательно реформировал федеральный бюджет, что незадолго до воссоединения страна практически полностью избавилась от долгов. Это давно история. Уже в последние годы эпохи Коля расходы на воссоединение потребовали принесения в жертву надежного управления бюджетом, однако с формально-правовой точки зрения он оставался в рамках допустимого. Недавно кабинет Мерца подвергался критике со стороны многочисленных ученых и институтов за свою экономическую и финансовую политику. В конце года резкая критика прозвучала от учреждения, обычно очень сдержанного в публичных высказываниях. В ежемесячном отчете за декабрь 2025 г. Федеральный банк критически оценил некоторые моменты бюджетной политики федерального правительства. Банкиры даже считают, что без немедленных контрмер к 2028 г. неизбежно возникнет угроза неконституционного бюджета.
Маастрихтские критерии предусматривают максимальный годовой дефицит бюджета в размере не более 3% ВВП. Однако структурный дефицит бюджета ФРГ может вырасти с 2% в 2024 г. до 4,75% в 2028 г. При этом временные эффекты и влияние конъюнктуры не учитываются. Франкфуртские банкиры считают решающим фактором растущий дефицит федерального бюджета, включая его внебюджетные статьи. Речь идет о долгах федерального правительства, замаскированных под специальные фонды. Они являются результатом, прежде всего, экспансионистской фискальной политики. Отчет указывает на растущие расходы на оборону и невоенные инвестиции. В прогнозе также учитываются различные снижения налогов и дополнительные трансферты.
По данным Бундесбанка, их объем в 2026 г. составит 0,25% ВВП, а в 2027 и 2028 г. – 0,75% ВВП. В качестве дополнительных факторов банк называет продление срока действия снижения налога на электроэнергию для промышленности и сельского хозяйства, решение о временном ускорении амортизации и снижении ставки корпоративного налога в 2028 г., а также снижение НДС для ресторанного бизнеса. Согласно прогнозу, в 2028 г. федеральный бюджет значительно превысит свой кредитный лимит.
Бундесбанк также видит опасность в общем уровне задолженности, который не должен превышать 60% ВВП. Но высокий дефицит местных бюджетов приведет к тому, что эта задолженность вырастет с 62,2% в 2024 г. до 68,1% в 2028 г. Кроме того, предоставление кредитов системам социального страхования приведет к увеличению уровня задолженности на 0,25 процентного пункта. Бундесбанк ясно дает понять, что бюджетная политика канцлера несовместима с положениями Основного закона, и заявляет, что федеральное правительство не сможет соблюдать ограничения на рост долга даже после 2028 г. Канцлеру лучше не надеяться на необходимый для этого подъем экономики, поскольку все экономические исследовательские институты считают, что ФРГ переживает тяжелую рецессию. Достаточно значительного подъема, чтобы принести в казну необходимые миллиарды, не предвидится.
Если даже известный своей сдержанностью Бундесбанк так резко критикует финансовую политику правительства, то ни у кого не должно оставаться иллюзий, что обманчивые обещания Мерца и Клингбайля могут привести к хорошему результату. В конце концов, Карлсруэ станет последней инстанцией для этой неудачной политики. Конституционные судьи, вероятно, будут иметь решающее слово в этом вопросе, и здесь у канцлера тоже не должно быть иллюзий. В прошлом Федеральный конституционный суд продемонстрировал очень строгий подход к вопросу ограничения госдолга.
Петер ВИННЕМЁЛЛЕР, «Еврейская панорама»
Комментариев нет:
Отправить комментарий