пятница, 13 февраля 2026 г.

ЛЕОНИД ГОЛЬДИН: КАКОЕ ВРЕМЯ, ТАКИЕ ПЕСНИ

 

Леонид Гольдин | Какое время, такие песни

Каждое общество имеет культуру, которую оно заслуживает.
Приписывается философу Жозефу де Мэстру.


В знаменитом романе Мишеля Уэльбека “Покорность”, изданном в 2015 году, представлена Франция, когда лидер Мусульманского братства мирным, демократическим путем становится президентом Пятой республики, и страна переходит к жизни по законам Шариата. То, что казалось сатирой и дистопией всего 10 лет назад, обрело вполне реальные перспективы во многих странах Запада.

Кто определяет будущее

Фундаментальные перемены в общественной жизни Запада обусловлены не столько экономикой, технологическим прогрессом и просвещением, сколько стремительным изменением демографической структуры. Сегодня доля белых в мировом населении 8%, рождаемость ниже простого воспроизводства, в 3–4 раза ниже чем у расовых меньшинств. Пройдена точка невозврата. Это уже не проблема законов, политики и управления, это судьба и история.

Демократия даёт небывалые права, свободы и поддержку меньшинствам, и даже уступая в численности населения, позволяет им не только вести самобытный образ жизни, отвергая ассимиляцию, но и диктовать свои требования вопреки интересам большинства.

Совсем не обязательно, что падение Западной цивилизации произойдёт в результате революций и террора. В романе Уэльбека победили “умеренные мусульмане”, презирающие фанатиков-исламистов и их варварские методы. Демография решает все проблемы власти и организации бытия, и белые, утратившие национальное сознание и ценности, капитулируют без сопротивления. Главный герой романа, университетский профессор, кается за греховное прошлое, принимает Ислам и живёт по Шариату.

Либеральная демократия активно способствует разрушению традиционного уклада. Бриджит Бардо, национальная икона Франции, заявила: “Я против исламизации Франции”, и была неоднократно судима за “расовую ненависть”. Против неё ополчились левые партии и либеральные медиа. “Она запятнала своё наследство частыми расистскими, исламофобскими, гомофобскими комментариями и издевательствами над “Me Too”, написала о ней “Нью-Йорк Таймс” в статье о её смерти.

Многие произведения литературы и искусства оказались под цензурой и самоцензурой, поскольку не вписываются в идеологию политкорректности. Образование, медиа и массовая культура приняли безоговорочно постулаты о вине и ответственности Западной цивилизации за все беды и несправедливость в истории человечества.

Музыкальные жанры ярко отражают перемены в культурном развитии и ценностях общества. Западная цивилизация создала величайшую и непревзойденную музыкальную культуру в мире. Отношение к музыкальной классике один из важнейших критериев интеллектуального и духовного состояния общества и человека. 

Но на массовых публичных мероприятиях, в ресторанах, спортивных клубах электронный трэп, дроп, гангста-рэп на вынос мозга. Агрессивный, разрушающий психику репертуар звучит постоянно в наушниках абсолютного большинства молодежи. Это не просто дурной вкус, это антропологическая деградация. Многие исполнители этих жанров в образе бандитов, наркоманов, сумасшедших получили славу и богатство, статус национальных селебрити. 

Тем не менее, звуковая и смысловая патология находит объяснения и оправдания в атмосфере времени: это протестное движение к свободе и справедливости, преодоление наследия колониализма, рабства, бесправия, привлечение внимания к культуре дискриминированных меньшинств. Но культура меньшинств в прошлом дала великолепные образцы музыкального творчества и подлинных талантов: джаз, блюз, регтайм, свинг, соул, спиричуэлс, госпелс… Как все это могло уступить дорогу нынешнему деструктивному примитиву?

Перефразируя американскую идиому “Не стреляйте в музыкантов…”, можно найти объяснение: массовая, рыночная, коммерческая культура отвечает на запросы потребителя, а не на указания эстетов и моралистов. В обществе доминируют антагонизмы, нигилизм, разобщение, потеря идеалов, недоверие к авторитетам и элите, пессимистические настроения. 70% потеряли веру в американскую мечту, большинство считает, что страна в падении и идет в неверном направлении. При таких общественных настроениях деградация культуры следствие, а не причина.

Одним из самых знаменитых выразителей общественного запроса стал афроамериканский рэпер Канье Уэст. Его отец бывший член “Черных пантер”, впоследствии проповедник, мать профессор; Уэст, бросивший колледж, стал чемпионом продаж, миллиардером. Широкая популярность дала ему основание провозгласить себя великим философом и претендовать на избрание президентом страны. Его хит – политическая декларация “Хайл Гитлер” был озвучен на собрании инфлюенсеров-антисемитов в Майами и получил многомиллионные просмотры. Пещерный антисемитизм Уэста широко представлен в социальных сетях.

У Уэста клинический диагноз психики, но в либеральной демократии это не препятствие карьере. Мишель Фуко, высокий авторитет современной патопсихологии, утверждает, что только люди с психическими расстройствами способны на подлинное творчество, нормальная психика рождает скучные банальности.

Уэст недавно решил пересмотреть свои взгляды на мир и евреев, и опубликовал объявления с покаянием в WSJ и других изданиях. В искренность покаяния Уэста верят не все, но я не знаю, что лучше, антисемит открытый или прикрытый пиаром. Он пришел за благословением к великому каббалисту раввину Пинто. Деятельность Пинто проходит в основном в Израиле и Марокко, в Америке он бывает не часто, и получить у него аудиенцию дано не каждому, к нему очередь крупнейших бизнесменов и селебрити. Его советы носят вполне прагматичный характер, он считает, что вера не заменяет разум. Злые языки связывают благословения с масштабом пожертвования; судить не берусь, но свидетельствую, что моя встреча с Пинто при очень странных обстоятельствах мне не стоила ни денег, ни усилий, ни ожиданий, и впечатление оставила очень сильное.В связи с Уэстом возникает ассоциация с другим рэпером Зохраном Мамдани, “гордым мусульманином”, по его словам. Антисемитская позиция Мамдани оказала решающее влияние на его победу на выборах мэра Нью-Йорка. После избрания, Мамдани посещал синагоги, поехал на могилу Ребе Шнеерсона, одни увидели в этом знак небес и благих перемен, другие свидетельство цинизма и лицемерия.


Мамдани – яркое свидетельство победного шествия новой демографии. Золотой мальчик либеральной демократии, Король-Солнце мультикультуры, человек Вселенной, продукт синтеза Уганды, Южной Африки, Индии, Сирии, Америки больших городов, где меньшинства уже большинство и определяют общественную атмосферу, политику, культуру и будущее страны. Образованная семья, отец учёный-социалист, профессор Колумбийского университета, колыбели нового антисемитизма, мать известный кинорежиссёр, лауреат фестивалей, пропалестинский, проиммигрантский активист, жена художник, обличитель “военных преступлений” Израиля.

Знаменитый кинорежиссёр, Стивен Спилберг, основатель фонда памяти жертв Холокоста “Шоа”, создатель “Списка Шиндлера”, встретился с Мамдани для обсуждения творческих планов. Меня это не очень удивило, Спилберг также режиссер “Мюнхена”, фильма, в котором понимание и эмпатия разделены поровну между жертвами и террористами. У него всегда было острое чувство духа времени и рыночного спроса. 

В высшем свете

Высокая культура не может полагаться на самовыживание, конкурируя с поп-культурой и хип-хопом. Как во все времена, помогает поддержка богатой элиты. В США существует мощная система благотворительности с бюджетом около 500 млрд долларов ежегодно, в том числе, 25 млрд на культуру.

Самые известные залы носят имена не великих творцов искусства, а сверхбогачей, озабоченных тщеславием и стремлением оставить место в истории. Но слава недолговечна, найдётся более богатый меценат, сменится имя на фасаде. Любая часть строения, интерьера, кресла с именами и табличками – всё, что можно выставить на продажу.

Главный источник финансирования не билетная касса, не государство, а спонсоры. Они часто имеют свои идеи и представления о выборе репертуара и исполнителей, и относиться к ним нужно по протоколу королевского двора. Спонсор, который дал много денег и ни во что не вмешивается, или анонимный благодетель дар небесный, и такое не часто случается.

Спонсоров часто упрекают, что будучи консерваторами, они препятствуют инновациям и новым именам в репертуаре, и предпочитают Баха, Бетховена и Малера, “Аиду”, “Кармен” и “Богему”, что ведёт к “музеефикации”. По моим представлениям, за это они заслуживают благодарность. Под давлением политкорректности на классическую сцену проникает политиканство, идеология, пропаганда и просто бездарность. Коррекция истории, острая проблема современности, социальная справедливость, трудное детство композитора и исполнителя здесь не аргументы.

Метрополитен-опера один из самых знаменитых музыкальных театров в мире, символ творческой свободы, высшего артистического мастерства и культурного образа Америки. Многие годы считалось, что Мет имеет безграничные ресурсы, позволяющие приглашать самых известных артистов мира и осуществлять дорогостоящие проекты.

Но театр оказался в критическом положении. Вместо привычных 25 и более постановок в репертуаре будет только 17. Сокращен и понижен в зарплате административный персонал. Рассматривается необходимость продать монументальные росписи Шагала. В Мет будут допущены мюзиклы и поп-культура. И на фасаде, ранее не запятнанном коммерцией, как и на других залах Линкольн-центра, появится имя супермецената. 

Но всего этого недостаточно. Спасением будут 200 миллионов долларов из Саудовской Аравии. Соглашение будет еще одним свидетельством влияния исламских государств на все стороны жизни Америки. Что в рыночной экономике деньги не пахнут, не новость. Но поразительно, что контракт предусматривает продолжительные гастроли Мет в Саудовской Аравии, в стране, живущей по законам Шариата, запрещающего слышать женское пение и видеть женщину, не скрытую хиджабом. 

Как будет одолено это противоречие? В давние века были оперы, в которых женские роли пели кастраты или травести – актеры, играющие роли противоположного пола. Возобновится ли этот опыт? Будет ли в Мет создан однополый коллектив? По нынешним временам смена пола не проблема. И есть много мужчин, готовых играть женские роли. В любом случае, эта проблема не такая сложная, как побудить исламский режим признать право Израиля на существование и избавить его от террора.

В мире больших денег идёт гонка вооружений за завоевание престижного культурного центра. Один из залов Линкольн центра долгие годы носил имя благодетеля-миллиардера, пока не нашёлся другой благодетель с десятикратно большими пожертвованиями. Смена привычного имени на фасаде вызвала культурный шок посетителей. 

Большой скандал разразился вокруг мегаспонсоров владельцев “Большой фармы”, создавших опиоидный кризис во многих странах мира. Их имена были представлены в Лувре, Британском музее, Метрополитен музее, Тейте, Гуггенхайме, Линкольн центре и других крупнейших театрах и музеях мира, многие годы получавших от них гигантские пожертвования.  Протесты инициировала моя однофамилица, знаменитая американская художница Нан Голдин, оказавшаяся в зависимости от Оксиконтина. В результате почти все бенефициары отказались от дальнейших пожертвований, таблички с именами бенефакторов демонтированы, жертвы получили компенсации, фирма обанкротилась. SIC TRANSIT GLORIA MUNDI – “Так проходит земная слава”.

Нравы высшего света вызывают у публики не меньший интерес, чем новинки культурного сезона. Многолетний спонсор музыкальной жизни Нью-Йорка опубликовала мемуар, в котором рассказала, что под влиянием производимого на фабриках её семьи нарколептика она восстановила подавленную память о психотравме в школьные годы. Через 25 лет ей привиделось, что в туалете её изнасиловал учитель. Обвиняемому за 90, он пережил концлагерь, но наркотические галлюцинации обсуждаются всерьёз в респектабельной печати, научных кругах и среди юристов..
Знаменитый спонсор Линкольн-центра в 82 года встретился с безденежным танцором, воспитанным в детском доме, на 50 лет его моложе, и, недолго думая, без финансового договора, вышел за него замуж. Молодой супруг не обременял себя моральными и финансовыми ограничениями, вскоре семья распалась, и танцор требует многомиллионный компенсации за принесенные ему психологический ущерб.

Все участники этих скандальных событий, кроме танцора-афроамериканца, евреи, что, как водится, добавляет пикантности и интереса со стороны не только любителей искусства, но и массовой публики, к искусству отношения не имеющей.

Евреи всегда гордились своим активным участием в филантропии, в поддержке культурных институтов и проектов. Предположительно, добрые деяния должны бы способствовать созданию позитивного облика благотворителей, противостоять антисемитским стереотипам. Но предубеждения сильнее, и добрые дела часто используются для подтверждения убеждений о еврейском богатстве и его влияние. Если уж тяга быть на виду неодолима, то нужно многократно подумать и о том, что узнает и что скажет о благодетеле остро заинтересованная публика.

В нынешней благотворительности трудно отделить гражданские мотивы от тщеславия, борьбы за престиж, доступ в элиту. Моральный кодекс всех времён и народов, религией и канонов выше всего признавал анонимные пожертвования. В концертных залах, театрах, музеях, публичных местах всегда есть указатели главных патронов, списки длинные, но анонимов в них редко увидишь.

Музыка “Титаника”

В Нью-Йорке сумерки, но ещё не ночь. В городе ежегодно проводится около ста тысяч культурных мероприятий, немалая часть их антикультура, но около 8 тысяч относятся к высоким жанрам. Музыкальная классика составляет только два-три процента на рынке продаж, и здесь явно проявляются расовые и этнические предпочтения: 80% белые, 12 азиаты, 4% латиносы, 2% чёрные. Эти различия не имеют ничего общего с дискриминацией и сегрегацией. На мультикультуру можно смотреть не только как на интеграцию, но и как на сосуществование при свободном выборе. Нет необходимости навязывать унифицированные ценности и предпочтения.

Было время, когда многие артисты больше всего ценили личную свободу и не хотели иметь ничего общего с политикой. Сегодня их побуждать не надо, культура на баррикадах, активно участвует в партийной борьбе, а сказать точнее – в служении либеральной идеологии и прогрессистам. Многие исполнители успешно компенсируют дефицит таланта политиканством и демагогией. Герои церемоний Оскара, Грэмми, Эмми, Тони, Золотого глобуса определяются степенью телесной обнаженности и патологической одержимостью Трампом.

В академических жанрах позиции более сдержанны, но и здесь политика влияет на искусство и искусство на политику. Вот свежая сенсация: Филипп Гласс отказался от исполнения его 15 симфонии, посвящённой Линкольну, в Кеннеди-центре после того как центр стал Трамп-Кеннеди. Для Национального симфонического оркестра, заказавшего и оплатившего создание симфонии в честь годовщины Декларации независимости, это былo шоком, но протестная акция получила широкую поддержку в артистическом мире. Трамп ответил как Трамп: объявил, что Центр закрывается на реконструкцию с целью сделать его самым великим культурным институтом в мире.

В июле 2026 года исполняется 250 лет Декларации независимости. Юбилей “Салют Америкe” проходит под руководством президента Трампа. Будет организован общенациональный фестиваль. К юбилею готовятся специальные программы, призванные осмыслить “американскую идентичность”.

В Карнеги-холле выступил Американский симфонический оркестр под управлением Леона Ботстайна с программой “Создание американской музыкальной идентичности”. Были исполнены малознакомые произведения с участием группы солистов и Фестивального хорала Бард-колледжа.

Фестивальная увертюра Дудлея Бака, написанная в 1879 году в честь Дня Независимости, основана на мелодии национального гимна. Оркестр, хор и дирижер великолепно справились со своей задачей. Публика с энтузиазмом аплодировала. Но не могу понять, почему во время исполнения гимна зал не встал – американцы очень уважительно относятся к национальной символике.

Программа включала спиричуэлс, аранжированные Гарри Берли, одним из первых афроамериканских композиторов, завоевавших широкое признание. Спиричуэлс это не только религиозное песнопение, это большой пласт национальной культуры, сформировавшийся во времена рабства и сегрегации. Солистка Джей Най Бриджес, обладатель великолепного сопрано, одна из самых известных оперных звезд современности, не знает жанровых границ, афроамериканская сакральная мелодия звучала абсолютно органично в академическом каноне.

Имя и творчество Рихарда Вагнера отнюдь не символы всеобщего равноправия и единения людей и культур. Но на сотую годовщину Декларации независимости патриотически настроенные женщины Филадельфии заказали Вагнеру, в то время самому знаменитому композитору в мире, “Великий инаугурационный марш”. Вагнер принял предложение за 5000 золотом, сегодня это 150000 долларов, и честно признавал, что единственное, что хорошо в этом марше – высокий гонорар. Он писал, что “Американцы хорошо платят, но не могут отличить марша от симфонии”. Марш был впервые исполнен в Филадельфии в 1876 году и получил сдержанную оценку критики. И сегодня он не в числе шедевров творца “Кольца Нибелунгов”, хотя мировое признание Вагнера в апогее.

В концерте прозвучала монументальная симфония “Ниагара” для хора и оркестра Джорджа Бристоу, впервые исполненная в 1898 году в Карнеги-холле. После премьеры симфония не исполнялась, хотя, по-моему, слушать ее много интересней и приятней, чем многое в современном репертуаре. Брестоу называют отцом-основателем американской национальной музыки, но широкой известности он не получил.

Леон Ботстайн заслужил репутацию самого интеллектуального американского дирижера. Он доктор исторических наук, выдающийся педагог-реформатор, самый молодой в истории – в 23 года! директор колледжа. Он уделял особое внимание забытым композиторам. Ботстайн часто критикует музыкальный истеблишмент и спонсоров за “музейную политику” и пренебрежение новаторством. Он либерал в политике, но в течение 50 лет руководит Бард-колледжем и оркестром железной рукой, и, критикуя спонсорскую “феодальную” систему, является одним из самых успешных бенефициаров этой системы.

Российская тема никогда не исчезала из репертуара американских концертных залов и театров. В музее Гуггенхайма в серии “Работы в процессе” были показаны три постановки, связанные с этой темой.

Симфоническая сказка “Петя и волк” Сергея Прокофьева одно из самых популярных в мире произведений для детей. Время создания 1936 год, в стране большой террор; авангардный композитор, недавно вернувшийся из эмиграции с женой-иностранкой, под пристальным вниманием, и в таких условиях избрать сказочный сюжет было адекватным решением.

В зале половина слушателей дети пяти-десяти лет. Полное внимание, всеобщий восторг. Если бы с этого возраста дети слушали великих композиторов, возможно, это повлияло бы не только на музыкальные вкусы, но и на состояние разума и поведения. Для детей писали Бах, Шуман, Чайковский, Мусоргский, Сен-Санс, Равель, Дебюсси, Барток, выбор велик, но дети живут в мире другой музыки.

В серии “Работы в прогрессе” была представлена премьера, посвящённая основателю балета Майами Тоби Лемер Ансину. Сюжет отражает исторические традиции и новаторскую хореографию, музыка Иоганна Штрауса.

Руководитель ансамбля Алексей Ратманский был художественным руководителем Национального театра оперы Украины, Большого театра, Датского королевского театра, Балета Нидерландов, Американского театра балета, Балета Нью-Йорка. В его постановках представлен золотой фонд балета, его называют спасителем классики, вернувшим балету элегантность, грацию и актёрское мастерство. Критики отмечают, что если школа Баланчина была “архитектурным”, “геометрическим”, атлетическим танцем, то Ратманский восстановил “генетический код и одухотворённость классического балета”.

Постсоветская жизнь показана в пьесе китайского драматурга Лорен Йи “Мать Россия”. Жанр – чёрная комедия, вполне адекватен месту и времени. Автор пьесы пытается осознать “глубокую политическую и историческую травму” российской национальной психологии и идентичности. Санкт-Петербург, коллапс Советского Союза, великие надежды и ожидания, но жизнь развивается по-другому сценарию. Герои пьесы в хаосе и кошмарах российской демократии и капитализма. Старый мир, его идеология, ценности, образ бытия разрушены, будущее за пределами прогнозов и понимания. Ещё одна, не самая удачная, попытка разобраться со стороны с “загадками” русской души, с прошлым и будущим России, но что хуже, прошлое или настоящее, и что ожидает завтра, вопрос остаётся открытым не только для создателей спектакля.

В моём поколении и в моей среде, всё, что не в классическом каноне, оценивалось как низкие жанры. Но к джазу было другое отношение. Этот жанр был под подозрением партийной идеологии как порождение буржуазного декадентства: “Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст”. Запреты и ограничения лишь пробуждали интерес, и джаз, запретный плод, воспринимался не только как музыкальный жанр, но и как диссидентство.

Вопреки оценкам партийных культурологов, джаз не порождение буржуазных нравов, он возник в чёрной общине Америки как продолжение традиций африканской музыки. Звёзды джаза были чёрными, и даже когда появились белые исполнители, джаз ассоциировался с афроамериканской культурой.
С пятидесятых годов популярность джаза в Америке стала снижаться. Вкусы публики изменились. Джаз, рэгтайм, блюз, свинг вытеснены хип-хопом и поп-музыкой. Каким образом это случилось, вопрос не к музыковедам, а к психопатологам.

Вот печальная новость: После 50 лет на мировой сцене закончил выступление лучший в мире “Ройял джаз-оркестр Сан-Франциско”. Оркестр бережно хранил наследие времён “Серебряного века”, “Ревущих двадцатых” и Великой депрессии. Концертные залы, клубы, где джаз исполнялся в течение столетия, почти исчезли. Высокий музыкальный профессионализм уступил место невежеству и примитиву, культу агрессии и криминала.

Но есть ещё последние могикане. В джазовом клубе “Вirdland” выступает великолепный оркестр “Ночные ястребы” под управлением Винса Джиордано. В репертуаре джазовая классика, оркестр единый, прекрасно организованный ансамбль солистов с яркой индивидуальностью. Все участники белые, на их долю выпало хранить традиции Нового Орлеана.

В арсенале оркестра инструменты, созданные в конце прошлого века в Германии – скрипки и контрабасы, соединённые с духовыми инструментами, духовые с раструбами для модификации звука. Эти инструменты использовались во времена граммофонов и патефонов, выглядят очень странно, но создают ностальгическое настроение. Обычно в джазовых клубах публика свободно разговаривает, шумно реагирует, но в “Birdland” другая, сдержанная атмосфера.

Кроме “Ночных ястребов” здесь можно услышать и другие знаменитые оркестры: “Высшее общество Нового Орлеана”, “Оркестр вечности Луи Армстронга”, “Латинский джаз”, “The Birdland Band”, “Мириам Шнайдер оркестр”. Легендарному клубу 77 лет. Он представлен в литературе, кино, телевидении, связан с именами многих селебрити. Но в нынешней атмосфере у него нелегкая жизнь и очень неопределенное будущее. 

… Говорят, что когда тонул “Титаник”, оркестр играл вальс “Осенний сон”, по другой версии, церковную музыку. Падение Западной цивилизации сопровождает шум и ярость рэпа.

Комментариев нет:

Отправить комментарий