В "черную субботу" погибли 64 жителя кибуца, еще 19 были похищены. Также там погибли 18 бойцов ЦАХАЛа и ШАБАКа.
Для Авишая Арджентаро, жителя кибуца на границе с Сектором Газа, 7 октября 2023 года началось не с осознания катастрофы, а с привычной для жителя Кфар-Азы тревоги. Он знал, что ракетные обстрелы из Газы время от времени случаются, знал привычный порядок действий и вместе с женой и двумя маленькими детьми - семилетним Негевом и трехмесячным Разом - ушел в мамад, защищенную комнату. Но после того как сирена не унималась 45 минут подряд, стало понятно: происходит что-то совсем неординарное.
Авишай - потомственный житель Кфар-Азы, шеф-повар по профессии. Его семья живет в Израиле уже 12 поколений, а сам он вырос в кибуце и практически всю жизнь не представлял себя в другом месте. 7 октября он оказался заперт в мамаде вместе с женой и детьми, одновременно пытаясь понять, что происходит с его родителями, друзьями и всем кибуцем.
В его рассказе нет единственной точки, в которой "началась катастрофа". Есть десятки маленьких решений или совпадений, которые в тот день могли привести к совершенно другому исходу: жена, решившая отменить семейную поездку на север; сын Негев, который в последний момент не остался ночевать у бабушки и дедушки; деревянный брусок, которым отец запер дверь мамада; и сам Авишай, который годом ранее вышел из местной группы самообороны из-за посттравматических последствий службы. Сегодня он говорит, что, возможно, именно это и спасло ему жизнь. Авишай поделился своей историей в беседе с сайтом 9 канала.
"Я понял, что это не ЦАХАЛ"
За несколько дней до 7 октября у Авишая был день рождения. Жена подарила ему поездку на север, и 6, 7 и 8 октября они должны были провести там вдвоем, оставив детей у его родителей. Но 5 октября жена решила, что не хочет оставлять трехмесячного Раза, и поездку отменили.
В пятницу вечером, 6 октября, семья пришла к родителям Авишая на праздничный ужин. Обычно Негев оставался у бабушки и дедушки до утра, но в тот раз неожиданно решил вернуться домой вместе с родителями.
Утром 7 октября семья проснулась от сирены. Авишай, жена и дети ушли в мамад, как делали уже много раз. Но на этот раз тревога не заканчивалась. "Первые 15 минут уже были странными. Потом прошло 45 минут, а сирена все еще не прекращалась", - рассказывает он.
Авишай говорит, что жители приграничных районов привыкли к определенной логике происходящего. Если из Газы запускают ракеты, люди знают, что делать дальше. Но в тот день эта логика перестала работать.
Через некоторое время он вышел из дома с мобильным телефоном. Ему казалось, что происходит что-то необычное, и он хотел снять происходящее. И тогда услышал стрельбу. Для человека, который служил в ЦАХАЛе, звук выстрелов был знакомым. Авишай понял почти сразу: это не израильские военные. "Я знаю, как стреляют солдаты ЦАХАЛа. И я понял, что это не ЦАХАЛ. Если в кибуце идет такая стрельба, значит, внутри террористы".
Он бросился обратно в дом. По дороге остановился на кухне и взял самый большой нож, который нашел. "У нас дома нельзя было держать огнестрельное оружие. Я не был в отряде самообороны, поэтому оружия у меня не было. Тогда я взял самый большой нож, который был дома".
Сообщения из кибуца: "Помогите нам"
Когда семья снова оказалась в мамаде, в многочисленных WhatsApp-группах кибуца начали появляться сообщения. "Помогите нам. В кибуце террористы. Мы видели вооруженных террористов на улице".
Авишай вспоминает, что именно тогда стало понятно: речь идет не о нескольких боевиках и не о ракетном обстреле. Кфар-Аза подвергся полномасштабному нападению.
В это же время ему написали родители. Они сообщили, что террористы находятся внутри их дома. Родители заперлись в мамаде и заблокировали дверь деревянным бруском.
Авишай оказался перед невозможным выбором. Он знал, что оружие находится в здании местного отряда самообороны. Он знал, что его друзья пытаются защищать кибуц. Он понимал, что родители могут быть в опасности. Но рядом с ним находились жена и двое детей. "Я не знал, что делать. Выйти за оружием? Идти помогать друзьям? Идти к родителям? Или остаться с женой и детьми и защищать их?"
Особенно тяжело ему было видеть, что люди, которых он знал с детства, идут навстречу террористам. Защищать кибуц первыми бросились бойцы местной группы самообороны. Семь ее участников погибли в тот день. Некоторые - рядом с оружейной комнатой, о расположении которой почему-то прекрасно знали террористы. Для Авишая это были не просто люди, с которыми он когда-то служил: многие из них были его друзьями и практически братьями.
Сам Авишай годом ранее покинул группу самообороны из-за посттравматического расстройства после армейской службы. После этого он долго испытывал чувство вины. "Целый год я ходил, опустив глаза. Мне было стыдно, что я не могу защищать свой кибуц".
После 7 октября его отношение к этому изменилось. "Теперь я думаю, может быть, Бог защитил меня. Может быть, Он решил не ставить меня туда".
Кибуц, который он знал с детства
Место, где в тот день погибли бойцы группы самообороны, когда-то было детской площадкой. Авишай вспоминает, как после школы дети приходили сюда играть в футбол, проводили здесь время до четырех часов дня. После 7 октября это место стало для него совершенно другим.
"Для меня это очень странно. В детстве я приходил сюда играть. А после 7 октября это уже было место, куда приносили тела, а не детская площадка".
В тот день в Кфар-Азе находилось, по оценке Авишая, около 600-700 человек при населении кибуца примерно в тысячу. Кому-то повезло. Часть пожилых жителей поселка уехали в организованную кибуцем поездку в Болгарию, что спасло им жизнь. Таким образом, жертв могло быть еще больше.
В кибуц проникли, по его оценке, около 300-350 вооруженных террористов. Они заходили с разных направлений. Позже выяснилось, что нападавшие хорошо ориентировались на территории кибуца. Официальные материалы расследования также указывают, что боевики проникали в Кфар-Азу из нескольких точек и заранее подготовили нападение.
Авишай обращает внимание на один факт, который лично у него вызывает вопросы. За несколько месяцев до нападения рабочие из Газы красили один из домов кибуца, а примерно за год до 7 октября другие рабочие из Газы ремонтировали убежище. "Я не могу сказать, потому что не знаю. Но все это заставляет нас думать, что они знали, куда идут. Они знали очень многое".
По его словам, у жителей было ощущение, что нападавшие знали расположение домов, знали, где живут семьи, где находятся дети и даже где есть собаки. "Они пришли из разных точек и знали, куда идти. Некоторые прилетели на парапланах. Они знали, что, когда начнется тревога, все спрячутся в домах и никто не увидит, как они заходят".
Каждые три часа он выходил из укрытия
Время для семьи Авишая измерялось не часами, а потребностями трехмесячного ребенка. Жена не могла кормить Раза грудью, поэтому примерно каждые три часа Авишай вынужден был выходить из мамада, чтобы приготовить ребенку еду. Каждый такой выход превращался в короткий забег через территорию, где продолжалась атака.
"Я выходил из мамада и видел террористов, которые бегали по лужайке прямо у нашего дома с оружием, с гранатометами. Это было безумие".
Он возвращался в укрытие и держал дверь. Электричества и воды не было. Телефон постепенно разряжался, и вместе с батареей исчезала возможность связаться с родителями.
Самым мучительным было понимание, что совсем рядом находятся его друзья. Некоторые из них были ранены и лежали на земле. Авишай хотел выйти к ним. Хотел добраться до родителей. Но понимал, что за дверью находятся жена и маленькие дети. "Я постоянно боролся с собой. Я не мог решить, что делать". В конце концов решение за него приняла жена. "Она просто держала меня и не позволила выйти".
23 часа в мамаде
В укрытии семья провела более 23 часов. Для семилетнего Негева родители старались максимально долго сохранять видимость обычной жизни. Они прятали необходимые вещи в коробках с игрушками. Когда удавалось, Авишай приносил сыну немного еды. Большую часть времени мальчик спал.
Но спустя примерно 17 часов он начал задавать вопросы. "Что происходит?" Родителям пришлось объяснить ребенку, кто такие террористы.
Снаружи продолжалась стрельба. В Кфар-Азе бои не закончились за несколько часов - столкновения и зачистка продолжались значительно дольше. По официальным данным, 64 жителя кибуца были убиты, еще 19 похищены. 17 заложников впоследствии вернулись живыми, двое погибли в плену в Газе.
Авишай вспоминает момент, когда они наконец покинули кибуц. "Мы шли с детьми. Моему старшему сыну - семь лет. По дороге мы проходили мимо тел солдат, террористов, жителей кибуца. И одновременно вокруг продолжались обстрелы и стрельба".
Так что только после суток, проведенных в укрытии, семья смогла покинуть Кфар-Азу. Но для Авишая история на этом не закончилась. Он по-прежнему не знал, что произошло с родителями.
36 часов в запертом доме
Только покинув кибуц, он узнал, что его родители все еще там. Спустя некоторое время отец позвонил ему и сообщил, что они спасены. Бойцы ЦАХАЛа вывели их из дома - они провели около 36 часов в мамаде - без воды и электричества, без возможности выйти из душной комнаты даже на минутку. В доме все это время находились террористы.
Позже Авишай вернулся туда и увидел последствия. По его словам, боевики использовали дом как временную базу: ели продукты из холодильника, готовили еду, сидели на диване, смотрели телевизор, переодевались и даже собирались спать.
"Это был их госпиталь", - так Авишай описывает то, во что террористы превратили дом.
Фото: Авишай Арджентаро в доме родителей - через два года после 7 октября
Его мать говорила на арабском, поэтому она могла слышать и понимать разговоры террористов. По словам Авишая, они говорили о том, что используют дом для отдыха и восстановления.
Родители при этом заперлись в мамаде. Они заблокировали дверь убежища деревянным бруском. Авишай показывает, почему это оказалось решающим. Обычный механизм двери, по его словам, не всегда позволял надежно запереть ее изнутри: если приложить достаточное усилие, дверь можно было открыть снаружи.
Именно поэтому дополнительно подпер дверь бруском. "Он просто поставил кусок дерева, чтобы дверь никто не смог открыть".
Почему террористы не стали взламывать дверь, Авишай не знает. Но в гостиной стояла детская кроватка его младшего сына. "Они увидели, что здесь есть ребенок. Думаю, это одна из причин, почему они не стали стрелять сюда".
"Это была не война одного дня"
Возвращаясь к событиям 7 октября, Авишай подчеркивает еще одну важную деталь: защищенные компанты в домах Кфар-Азы создавались прежде всего как защита от ракетных обстрелов. Они должны были дать жителям несколько минут, чтобы спрятаться во время ракетной тревоги. Это не были полноценные укрепленные помещения, предназначенные для длительной обороны от вооруженного проникновения в кибуц.
Для жителей это стало вопросом жизни и смерти. "Мамады не предназначены для защиты от вторжения террористов. Они были сделаны как место, куда можно забежать и спрятаться от ракет".
В случае Авишая и его родителей дополнительная блокировка двери стала фактически импровизированной системой защиты. В других домах такой возможности могло не оказаться.
После 7 октября
По словам Авишая, 7 октября кибуц потерял не только часть своих жителей. Вместе с разрушенными зданиями оказалась разрушена сама структура кибуцной жизни. Жители расселены в разных местах. Часть общины до сих пор проживает в окрестностях Нетании, часть - в Рухаме. Сам Авишай говорит, что после пережитого многие жители задаются вопросом, смогут ли они снова стать той общиной, какой были до 7 октября.
После трагедии в кибуце возникли новые споры - в том числе о будущем общины, ее правилах и образе жизни. Кфар-Аза традиционно была светским кибуцем, где люди сами определяли свои привычки и уклад. Теперь даже вопросы, которые раньше казались естественными и не требовали отдельного обсуждения, приходится решать заново.
"Все изменилось. Когда кибуц разрушился, разрушилось не только то, что мы видим - дома. Разрушилось многое другое", - подчеркивает Авишай.
Пока в Кфар-Азе, по его словам, вернулось жить около десяти семей, в основном люди, которым необходимо находиться здесь из-за работы или сельского хозяйства.
Сам Авишай пока не может просто вернуться: его собственного дома уже нет, а участок, на котором он собирался строить, еще не был освоен. "Если я захочу вернуться сейчас в Кфар-Азу, мне даже негде жить. Это смешно. Я здесь родился, здесь вырос и никогда отсюда не уезжал".
Его родители тоже не могут просто вернуться к прежней жизни. Мать, рассказывает он, тяжело пережила случившееся психологически. Отец после 7 октября на полтора года практически перестал ходить. Врачи проводили обследования, делали МРТ, но так и не нашли объяснения, что с ним. Позже он снова начал понемногу ходить, однако теперь снова передвигается в инвалидном кресле.
Даже восстановление родительского дома оказалось непростым. Государство готово было вернуть его в прежнее состояние, но отец хотел изменить вход и некоторые элементы дома с учетом того, что произошло 7 октября. За это требовалась дополнительная оплата, и вопрос ремонта превратился для семьи в еще одну проблему.
"Я хочу вернуться"
И все же, несмотря на все произошедшее, Авишай хочет вернуться в Кфар-Азу. Он признает, что тогда в мамаде они с женой говорили друг другу: если выйдут живыми, никогда сюда не вернутся. Но со временем это решение изменилось. "Это часть меня. Часть моего тела, часть моей души, часть моего бизнеса. Здесь мои корни", - подчеркивает он.
Авишай хочет построить здесь собственный дом и открыть ресторан. И это должен быть не просто ресторан. Он мечтает готовить из продуктов, выращенных в районе Отеф-Аза (район на границе с Сектором Газа), и рассказывать через еду историю этого места.
"Я хочу вернуться сюда, жить здесь, построить свой дом и открыть свой бизнес. Моя мечта всегда была открыть ресторан - только из ингредиентов Отеф-Азы".
После 7 октября его профессия для него приобрела новый смысл: "Я решил дать отпор. Но я буду давать отпор вкусами".
Теперь его задача - рассказывать миру о том, что произошло 7 октября, объяснять, через что прошли жители приграничных кибуцев, и одновременно искать способ говорить с людьми не только о войне, но и о том, как построить лучшее будущее.
И, возможно, именно поэтому для Авишая возвращение в Кфар-Азу - это не попытка сделать вид, что ничего не произошло. Наоборот. Это попытка вернуть себе место, которое террористы хотели превратить в символ разрушения.
Официальный архив свидетельств 7 октября также приводит его историю под заголовком "24 часа кибуц находился под контролем ХАМАСа" и отмечает, что сегодня его мечта - вернуться домой, открыть ресторан и создать рядом кулинарную школу.
Для человека, который в тот день взял кухонный нож вместо оружия, а потом почти сутки просидел в мамаде вместе с женой и двумя детьми, это, пожалуй, и есть его способ продолжать борьбу. Не забыть Кфар-Азу - и однажды снова наполнить ее запахом еды, детскими голосами и обычной жизнью.
Фото: Роман Янушевский
