Cui prodest
В недавней беседе с популярным ведущим Джо Роганом вице‑президент США Джей Ди Вэнс заявил, что Израиль влияет на принятие политических решений американским руководством и проводит массированную кампанию манипуляции общественным мнением в США. Мирные усилия президента Трампа дискредитируются с целью срыва переговоров и недопущения заключения мирного соглашения с Ираном. В израильскую операцию, по утверждению Вэнса, вовлечены политические фигуры самого высокого уровня. Имен Вэнс не назвал.
Заявления Джей Ди Вэнса вызвали противоречивую реакцию по всему политическому спектру.
Республиканцы в Конгрессе считают, что подобные заявления, исходящие от представителя администрации, тем более от вице‑президента, недопустимы; заявления Вэнса их «шокировали».
Традиционные консервативные СМИ, как Fox News, подвергли Вэнса резкой критике: его заявления противоречат позиции Республиканской партии и идут вразрез с политикой президента Трампа.
Республиканцы с фланга «Америка прежде всего» поддержали Вэнса: выступая против иностранного влияния на американскую политику, он отстаивает приоритет американских национальных интересов, в частности в переговорах с Ираном.
Альтернативные правые СМИ и комментаторы приветствовали критику Израиля и защиту дипломатических усилий президента Трампа для прекращения американского участия в «нескончаемых израильских войнах».
Разделились в оценках и СМИ, представляющие Демпартию. На одном фланге, как The New York Times, обвинили Вэнса в продвижении антисемитских стереотипов и теорий заговора. Действительно, почему бы New York Times не уличить администрацию Трампа в антисемитизме.
На радикальном «прогрессивном» фланге, как Middle East Eye, с удовлетворением констатировали, что заявление Вэнса об израильских «манипуляциях» в американской политике знаменует конец произраильского консенсуса в Вашингтоне и отражает рост антиизраильских настроений в обществе, который невозможно более игнорировать.
Обратимся к первоисточнику. Как уже отмечалось , программы Джо Рогана, при видимой спонтанности, продуманы до мелочей, четко структурированы и организованы буквально по минутам. Программа стандартно длится около трех часов. Главная тема беседы обычно возникает в разговоре к концу первого часа. Ровно в начале второго часа беседы Рогана с Вэнсом возникает тема Ирана. Начинается сегмент с критики некоего высокопоставленного американского офицера, христианского фундаменталиста, который якобы заявил на встрече с военными, что война с Ираном — это «война апокалипсиса под предводительством президента Трампа, руководимого и помазанного свыше». Джо Роган приводит это в качестве примера неадекватных «правых» — непосредственно перед этим шла речь о ряде неадекватных левых политиков и их сторонников.
Вэнс, как и полагается политику его уровня, в данном случае весьма корректен. Он не поддерживает подобные заявления, но в Америке живет 330 млн людей, и некоторые из них верят в довольно странные вещи. Он как политик‑христианин считает, что война — это нехорошо, хотя порой она необходима. Американская внешняя политика основывается на справедливости и принципах, согласующихся с христианской моралью. Безусловно, все происходящее — часть божественного плана, тем более в вопросах войны и мира, и человеку следует быть скромным перед лицом того, что выше его понимания. Вэнс цитирует Линкольна: «Я надеюсь, что я на стороне Бога, но я не предполагаю, что Бог на моей стороне».
— Думаешь ли ты, что это согласуется с нашей кампанией в Иране?
— Ну… Я думаю, что цель, безусловно, хорошая — не допустить, чтобы Иран получил ядерное оружие. Разумеется, есть много вопросов относительно того, как этого достигнуть в короткой перспективе и в долгой перспективе. В короткой перспективе это фактически уже сделано: разрушены ядерные объекты, уничтожена возможность их восстановить. Сейчас основные споры сосредоточены вокруг долговременных перспектив. Создание ядерной программы сложно, но не невозможно. Это дорого, но на самом деле не так уж и дорого. Ты можешь прямо сейчас зайти на ютуб и узнать, как сделать атомную бомбу… Если нам удастся создать такие условия, при которых Иран обязуется не только не иметь ядерного оружия сейчас, но не будет пытаться восстановить эту возможность в долговременной перспективе, то я думаю, это будет хорошая и важная вещь.
— Если бы это зависело от тебя, ты бы сделал все так же?
— Ха‑ха‑ха… Как там сказал президент? Джей Ди выражает меньше энтузиазма по этому поводу? Я вице‑президент, а не публичный комментатор. Моя работа — быть советником президента и делать это наилучшим образом. Наверно, ему тогда немного не понравился мой совет. Но когда президент уже принял решение, и я думаю, что оно этичное и законное, я стараюсь реализовать его максимально успешным образом <…> У меня много друзей, и у тебя много друзей, которые не согласны с этим. Они говорят, что это было плохое решение. Но я не публичный комментатор. Поэтому я вкладываю свое сердце и душу в эти переговоры.
Далее Вэнс объяснил, что в иранском руководстве есть две группы: одна — умеренные прагматики, другая — радикальные фанатики. Переговоры ведутся с прагматиками, достигается некая договоренность, затем фанатики ее нарушают. Одни соглашаются открыть Ормузский пролив, другие атакуют корабли. Нужно сочетание дипломатии, экономических рычагов и военной силы, чтобы решить проблему. Военные отвечают на атаки, тем временем ведутся переговоры с прагматиками.
Эмоциональная окраска беседы меняется. От непринужденного дружелюбного смолл‑тока о боях UFC в начале — к подшучиванию над политиками‑демократами и безумными леваками, их сторонниками. Далее — ко взвешенной корректности в обсуждении неоднозначных моментов, касающихся консерваторов‑христиан, и вскоре Вэнс переходит к видимому раздражению и злости:
— Есть люди внутри американской системы, супер‑ястребы, которые подвергают сделку с Ираном нападкам и постоянно пытаются ее дискредитировать. Я всегда говорю таким людям: «Какие у вас предложения»? Их нет. Ормузский пролив очень узкий. Если его закрыть, перекрывается 25% мировых поставок нефти. Ты, Джо, можешь взять 100 тыс долларов, пойти купить себе на черном рынке дронов и, расположившись на острове в Ормузском проливе, запускать эти дроны по кораблям. Что‑то мы можем сбить, какие‑то корабли будут проходить, какие‑то не будут. Потому это идиотизм, что «нельзя вести переговоры с Ираном». Как еще прекратить атаки этих дронов? Можно их бомбить и бомбить, но что с того толку, если появится какой‑то сумасшедший и станет запускать дроны по кораблям? А это слишком легко и дешево сделать.
Непосредственно тема, вызвавшая столь бурную и противоречивую реакцию, поднимается через 1 час 22 минуты беседы, то есть расположена ровно в ее середине.
Джей Ди Вэнс заявляет, что неприятие «ястребами» переговоров с Ираном в основном инспирировано извне. Предпринимаются «исключительно хорошо финансируемые» усилия по торпедированию урегулирования. Также сам Джей Ди Вэнс подвергается нападкам из‑за его роли в переговорах:
— Они говорят, что я связан с Катаром, что я антисемит, что я следую приказам Такера Карлсона и так далее.
По словам Вэнса, в израильском правительстве есть люди, которым сильно не нравится перспектива сделки с Ираном. Существуют неоспоримые доказательства их причастности к кампании дискредитации дипломатических усилий администрации Трампа и причастности к манипуляциям общественным мнением в США. Вэнс ссылается на статью в журнале Time, где приводятся эти факты. По его словам, он сам узнал о таких фактах именно из этой статьи, которую переслал ему друг.
Вэнс отмечает, что практика лоббирования интересов является обычной в американской политике. Израиль, как и многие другие страны, пытается влиять на американскую политику. Это, по словам Вэнса, нормально: «Страны делают то, что им нужно делать. Катар это делает, другие это делают. Таково положение вещей в политике сегодня». Его, однако, сильно беспокоит, что «американское руководство позволяет оказывать влияние извне на принятие им (руководством) политических решений и позволяет влиять на то, за что оно (руководство) выступает… Этого не должно происходить. Мы должны думать прежде всего об интересах США».
Можно подумать, что Вэнс тут говорит о президенте Трампе и об израильском влиянии на него. Кто еще принимает политические решения касаемо переговоров с Ираном?
Между тем, на конкретный вопрос Джо Рогана, началась ли бы иранская кампания без израильского влияния на американских политиков, Вэнс ответил: «Уверен, что президент — совершенно отдельно от влияния со стороны Израиля — убежден в том, что Иран не должен иметь ядерного оружия».
— Мы их бомбили первый раз в июне прошлого года, верно? Ты думаешь, мы продолжили бы это сейчас без влияния Израиля?
— Да, я так думаю.
— На самом деле?
— Знаешь, есть такое мнение, что президента Трампа шантажировали. Это точно неправда. Я вижу, как он принимает решения, как он работает. Идея, что его можно шантажировать и заставить принять какое‑либо решение, совершенно сумасшедшая.
Далее разговор переходит, разумеется, к файлам Эпштейна. Контекст противопоставляется только что прозвучавшему тексту. Аудитории несложно сделать правильный вывод самостоятельно: Трампа крепко держит за причинное место волосатая рука «Моссада».
Остановимся на этом месте беседы. Ознакомимся со статьей в журнале Time, на которую ссылается Джей Ди Вэнс. По словам вице‑президента, именно из этой статьи, «пересланной ему другом», он узнал о фактах, касающихся израильской кампании влияния по дискредитации переговоров с Ираном.
В ходе мониторинга неким высокопоставленным американским чиновником реакции интернета на договоренность о прекращении огня от 17 июня были замечены неожиданные вещи. Так начинается статья.
Тут же возникают вопросы. Какие «высокопоставленные чиновники» мониторят интернет и отмечают там неожиданное? Думается, очень специальные. И первым делом специалисты сообщают о своих открытиях журналу Time! А вице‑президент США узнает обо всем случайно, от друга, который пересылает ему статью. Так себе легенда.
Оказывается, многие популярные в соцсетях блогеры и комментаторы, поддерживающие движение MAGA, выступили против соглашения с Ираном. Кто‑то постил заголовки израильских газет, другие делились с подписчиками видео, где премьер‑министр Катара демонстративно игнорирует Вэнса, выражая общее отношение государств региона к наивности администрации Трампа. Иные прямо обвиняли Трампа в том, что он сдался и не достиг заявленных целей.
В конце концов упомянутому чиновнику, согласно Time, якобы удалось отследить связь подозрительных комментаторов с менеджером избирательной кампании Трампа 2016 и 2020 годов Брэдом Парскейлом.
В сентябре 2025 года транснациональная медиакомпания Havas, предоставляющая консультационные и маркетинговые услуги в сфере массовых коммуникаций, заключила с компанией Парскейла Clocktower X контракт на проведение мероприятий в интернет‑медиа в интересах Государства Израиль. Заявленной целью кампании была борьба с антисемитизмом в интернете. Неназванный представитель израильского МИДа сообщил Time, что другой стратегической целью было предотвратить антиизраильский разворот в среде молодых американских консерваторов. Контракт был соответствующим образом зарегистрирован в США в соответствии с требованиями Акта о регистрации иностранных агентов (FARA). Согласно контракту Парскейл должен был производить 100 единиц оригинального контента в месяц, нацеленного в основном на молодежную аудиторию в тик токе, инстаграме , ютубе и подкастах. Еще одной задачей Парскейла было оказание влияния на то, как приложения искусственного интеллекта — Chat GPT, Claude, Gemini — характеризуют Израиль.
По утверждению неких анонимных официальных лиц, кампания Парскейла, нацеленная на улучшение публичного имиджа Израиля среди молодых американцев, вступила в конфликт с политическими интересами администрации Трампа, способствуя распространению доводов, подрывавших усилия Трампа по прекращению войны: «Речь идет об американских инфлюенсерах, получающих деньги от иностранного государства и пытающихся сформировать общественный запрос, чтобы изменить позицию президента или взгляды его окружения, — отмечает высокопоставленный представитель американской разведки, говоривший на условиях анонимности, поскольку не был уполномочен публично обсуждать этот вопрос. — Это ни в коем случае нельзя считать чем‑то незначительным».
Парскейл, в свою очередь, утверждает, что никогда не нанимал и не финансировал независимых инфлюенсеров в интересах Израиля, поскольку это противоречит законодательству об иностранных агентах — в таком случае ифлюенсеры обязаны сообщать об источниках финансирования. Весь контент, оговоренный контрактом, производился и размещался его компанией, о чем было известно правительству США, поскольку контракт был соответствующим образом зарегистрирован в реестре контрактов иностранных агентов. Сами инфлюенсеры также заявляют, что выражают исключительно свои собственные взгляды на происходящее и никогда не получали никаких денег от структур Парскейла.
Помимо прочего, при наличии фактов финансирования иностранным государством без регистрации в качестве иностранного агента в отношении инфлюенсеров должны быть применены санкции, предусмотренные законодательством. Ничего подобного не происходит. Следовательно, фактических оснований заявления анонимных официальных лиц не имеют. Простыми словами, это манипуляция общественным мнением, основанная на фикции и специально тиражируемых стереотипах. Но официальные лица ведь анонимные, какой с них спрос.
Утверждения о том, что я координирую усилия по затягиванию войны, совершенно ложные. Единственные, кто искусственно раздувает конфликт между президентом Трампом, Израилем и мной, это некие анонимные чиновники.
Итак, ситуация более‑менее проясняется. За заявлениями Джей Ди Вэнса на шоу Джо Рогана вырисовывается широкая картина.
Похоже, выступление Джей Ди Вэнса является частью подобной кампании влияния и манипуляции общественным мнением, о которой он сам говорит. Это составная часть «антисионистской» кампании, которая ведется, в том числе, под флагом борьбы с «израильским лобби». Другие ее составные части — дипломатическое и санкционное давление, ревизия Холокоста, борьба с «апартеидом» в Израиле, антиизраильское шоу в международных судах, кампания дезинформации в СМИ, конструирование «правильной» еврейской идентичности в диаспоре и т.д. Нарастающую интенсивность ее мы наблюдаем в последние годы, по мере развития военных успехов Израиля и изменения баланса сил на Ближнем Востоке с одной стороны, и по мере углубления социального кризиса и обострения внутриполитической ситуации в ряде «либеральных демократий» с другой стороны.
Кампания эта, как отмечалось , ведется поверх партийных или идеологических границ. К примеру, либеральный журнал The Economist в этой ситуации с готовностью предоставляет трибуну Такеру Карлсону, являющемуся вроде бы непримиримым идеологическим противником либерализма. Таких примеров масса, вплоть до продвижения совершенно маргинального персонажа, неофашиста Ника Фуэнтеса не только Такером Карлсоном, но и либеральным супертяжеловесом The New York Times .
Ту же картину наблюдаем в данном случае. В условиях крайне поляризованного, накаленного идеологического и политического противостояния в США непримиримые противники вдруг оказываются полностью солидарны друг с другом — и с Джей Ди Вэнсом.
То, что Джей Ди Вэнс решил принять участие в этой кампании, довольно любопытно. Не так давно он высказывал противоположные взгляды: что Израиль, в отличие от многих других стран, является настоящим союзником США, что военное сотрудничество с Израилем необходимо США, что израильские инновационные технологии и военный опыт их применения позволяют США поддерживать на должном уровне свой военный потенциал и так далее.
Политики говорят то, что им выгодно. Легко предположить, что разворот связан с политическими амбициями нынешнего вице‑президента, с планами в отношении него со стороны неких сил. Расчет на то, что борьба с сионистами, израильским лобби и так далее, вплоть до борьбы с еврейским засильем вообще (в бизнесе, кинематографе, СМИ), если понадобится, может сплотить поляризованное американское общество и привести нужного кандидата к власти на ближайших выборах. Исторические аналогии прозрачны. А эксперименты в этом направлении, позволяющие оценить реакцию широкой американской публики на подобного персонажа, уже делались, вспомним медиаэпопею с Канье Уэстом .
В ходе беседы Вэнс сетовал на дефицит времени, не позволяющий ему даже ознакомиться с информацией, касающейся НЛО. Очевидно, что политик такого уровня не станет тратить три часа своего времени на пустые разговоры и жалобы, что его обидно обзывают политические противники. Делается это не для развлечения подписчиков Джо Рогана.
Помимо темы израильского лобби и козней «Моссада» в виде файлов Эпштейна, Джей Ди Вэнс, во‑первых, обозначил своих конкурентов. Не политических противников, а именно конкурентов, так как любой из них может стать главным персонажем предстоящего предвыборного шоу, а другие будут играть роли второго плана, создавая ансамбль. Сначала шел губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом, над которым потешались Джо и Джей Ди в первом сегменте программы. Затем Зохран Мамдани. Тут ситуация поинтереснее.
Рассуждая о Мамдани, Джей Ди Вэнс в общих чертах обрисовал свою собственную идейную платформу. Он, как выяснилось, считает, что при нынешнем положении вещей социализм в США неизбежен. Это обусловлено не идеологическим сдвигом и кризисом политической системы, а экономической и демографической ситуацией. Сокращение промышленного производства в США, перенос производственных мощностей в Азию и Латинскую Америку, использование дешевого труда мигрантов, влияние искусственного интеллекта на рынок труда, инфляция и рост цен на недвижимость приводят к тому, что молодежь не может себе позволить тот уровень жизни, который позволяло себе предыдущее поколение. Новое поколение все больше разочаровывается в капитализме и традиционном американском образе жизни и склоняется к социализму.
Любопытно было услышать от вице‑президента‑республиканца рассуждения о рабочем движении, о необходимости усиления роли профсоюзов, что вместе с некоей «христианской политэкономией» и восстановлением промышленного производства в США должно изменить ситуацию и развернуть молодежь от идей социализма к традиционным американским ценностям. Если добавить к этому заявления из предыдущего сегмента беседы, то есть непосредственно идеи борьбы с израильским лобби и заговором «Моссада», исторические параллели становятся даже более прозрачными.
Можно сделать и более смелое предположение относительно того, для чего Вэнс сейчас, задолго до президентских выборов, появился у Джо Рогана с критикой Трампа, слегка задрапированной, но вполне отчетливой, и с неким прототипом собственной концепции Америки. Если республиканцы потерпят поражение на грядущих промежуточных выборах в Конгресс, то демократы вполне могут организовать Трампу импичмент, и не один — поводов достаточно. Тогда очередь за Джей Ди.
В последнее время многие задаются вопросом, кто стоит за антисемитской кампанией в целом и кто заинтересован в распространении антисемитских идей и теорий среди молодежи — как прогрессивной, так и консервативной, которая предпочитает интернет традиционным СМИ. В частности кто стоит за подкастами Джо Рогана, Такера Карлсона, Ника Фуэнтеса?
То, что за этими подкастами стоят серьезные силы, совершенно очевидно. Аудитория программ огромна, влияние того же Джо Рогана настолько велико, особенно среди молодых избирателей, что участие Трампа в его программе в ходе предвыборной гонки реально рассматривалось как ключевое для его победы. Мы видим на примере заявлений Джей Ди Вэнса и статьи в журнале Time, насколько пристально следят за происходящим в интернет‑медиапространстве и политики, и соответствующие службы, и какие теории заговора порождает отклонение от заданного алгоритма. При этом ни к Карлсону, ни к Рогану, ни даже к Фуэнтесу вопросов нет. Значит там все в порядке.
На страницах «Лехаима» мы обсуждали это пару месяцев назад в связи с программой Такера Карлсона с Ником Фуэнтесом , а незадолго до того в связи с программой Джо Рогана с Иэном Кэрролом . Поднимался он и в американских изданиях. Например, The Tablet осторожно предположило, что за этим стоят некие «иностранные правительства».
В США уже привыкли выражаться эзоповым языком, особенно по серьезным вопросам. Не будем делать за американских комментаторов слишком очевидные, простые и, возможно, поспешные выводы.
